Ссылки

Новость часа

"Необходимо было реагировать жестко, иначе мы не страна, а тряпка". Экс-глава МИД Чехии – о дипломатическом скандале с РФ из-за Врбетице


Карел Шварценберг во время интервью Настоящему Времени в 2015 году

Между Россией и Чехией продолжает развиваться дипломатический скандал, связанный с тем, что Чехия обвинила двух сотрудников ГРУ РФ во взрывах на военных складах в Врбетице в 2014 году и выслала 18 российских дипломатов. Взаимная высылка дипломатов двух стран уже привела к парализации работы консульских служб в Праге и Москве.

Скандал также отразился на внутриполитической жизни Чехии. На минувшей неделе в Праге и других городах страны прошли многотысячные митинги, участники которых критиковали позицию президента страны Милоша Земана и обвиняли его в связях с Россией: комментируя расследование чешской контрразведки об обстоятельствах взрыва в 2014 году, Земан выразил сомнение в том, что за организацией этого преступления стояли российские агенты. Досталось и вице-премьеру Яну Гамачеку: чешские медиа обвинили его в том, что политик во время поездки в Москву якобы был готов "обменять" молчание по делу о Врбетице на 1 млн доз российской вакцины "Спутник V".

Журналисты Радио Свобода попросили прокомментировать чешско-российский дипломатический скандал бывшего министра иностранных дел Чешской Республики Карела Шварценберга, одного из самых уважаемых лиц в чешской политике и почетного председателя либерально-консервативной партии TOP 09. 83-летний Шварценберг ведет свою родословную из древнего аристократического семейства и, несмотря на немецкое происхождение рода, последовательно занимает патриотическую позицию по отношению к Чехии. По его словам, Чехия просто не могла не отреагировать на информацию о взрывах в Врбетице так, как отреагировала, то есть максимально жестко.

– Что вы думаете о последних событиях в российско-чешских отношениях? Можно ли сказать, как это делают многие наблюдатели, что речь идет о самом серьезном кризисе в этих отношениях за многие десятилетия?

– Да, это очень значительный кризис. Но после того, что произошло в Врбетице, для нас возможности действовать иначе не было. Это необходимость – отреагировать жестко. Иначе мы были бы не страна, а тряпка какая-то.


– Как вы оцениваете то обстоятельство, что Россия может внести Чехию в список "недружественных стран"? Можно ли считать это угрозой для Чешской Республики?

– Мы оказались в хорошей компании: США, Великобритания и ряд других демократических государств. Мы – небольшая страна, и быть в таком обществе почетно. Со стороны России это запугивание, но надо воспринимать ситуацию спокойно. Каких-то серьезных инструментов воздействия на нас у России нет.

– Почему вы так думаете?

– Ну а что они могли бы сделать? Слава богу, мы с ними больше не граничим, между нами еще Украина и Словакия, так что вряд ли русские пройдут сюда военным маршем. Если бы они захотели перекрыть нам газ, то навредили бы этим сами себе.

Москва может ограничить экспорт чешских товаров в Россию. Но если вы посмотрите на структуру нашего внешнеторгового оборота, то увидите: бизнес с Россией – весьма незначительная часть нашей торговли (примерно 2% объема внешней торговли Чехии, по данным на 2019 год). В общем, нет причин для того, чтобы мы давали себя запугивать.

– Речь о том, что российское посольство в Праге по числу сотрудников слишком раздуто, велась годами. Почему чешской стороне не удалось добиться сокращения его штатов раньше, скажем, в период, когда вы были министром иностранных дел? Это произошло только сейчас, при чрезвычайно драматических обстоятельствах.

– О сокращении штатов посольства российская сторона и слышать не хотела. А для того, чтобы выслать дипломатов, нужен серьезный повод. Это стало возможным только после преступления – вроде того, что произошло в Врбетице. В нормальных условиях такие вещи в дипломатии не делаются.

– Вы лично разговаривали в качестве министра на эту тему с российскими представителями?

– Я лично – нет. Но сотрудники нашего министерства такие вопросы задавали и получали однозначный отказ.

– Нередко приходится слышать о том, что в чешской политике и обществе в целом существуют два противоположных течения: пророссийское и прозападное. Как вы считаете, их можно как-то комбинировать или тут речь идет о жестком выборе: "или – или"?

– Я убежден в том, что сейчас мы должны проявить твердость именно для того, чтобы потом иметь хорошие, равноправные отношения с Россией. Если Москва считает, что может обращаться с нами как с вассалами, как во времена существования Организации Варшавского договора, то нормальные отношения невозможны. Но если Россия признáет, что мы пусть и небольшое, но суверенное, самостоятельное государство, то вполне может иметь с нами корректные, нормальные отношения, как, допустим, с Данией или Португалией.

Здесь у нас против России как таковой никто ничего не имеет, в том числе и я. Отец воспитывал меня в уважении и любви к русской культуре. Нам нужны корректные отношения, но тут все упирается в одно – Российская Федерация должна отказаться от подхода, привычного для СССР с 1940-х годов: что она – великая держава, нависающая над нами.

– В одном из своих интервью в 2018 году вы сказали, что Россия не в состоянии вести себя в Центральной и Восточной Европе иначе как колониальная держава...

– Я думаю, что Владимир Путин – умный человек, несмотря на свои повадки и предрассудки старого кагэбэшника, гордого выпускника Высшей школы имени Дзержинского. Прошлое формирует его образ мышления, оказывает влияние на его поведение. В то же время я уверен, Путин достаточно умен, чтобы понимать: это тупиковый путь.

– Но и в самой Чехии не так уж мало людей, которые, несмотря на все происходящее, симпатизируют России. Как вы думаете – почему? Как вы оцениваете их мотивы?

– Я их понимаю. Я уже старый дед, помню 1945 год, когда мы все встречали красноармейцев как освободителей от нацистов. Есть здесь у нас и панславистская традиция, начиная с середины XIX века. У многих чехов были симпатии к русским, к Советскому Союзу. В межвоенный период в Чехословакии была большая белогвардейская община, русские создали здесь много своих институций. Все это оказало на нас влияние.

Полная версия интервью опубликована на сайте русской службы Радио Свобода

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG