Ссылки

Новость часа

"Просто какой-то рандомайзер". Российские журналисты – о логике властей в назначении статуса "иноагента"


Как и зачем в Кремле выбирают "иноагентов". Отвечают российские журналисты
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:11:11 0:00


Издание The Insider не будет помечать свои материалы сообщением о том, что оно признано "иностранным агентом", как того требует Минюст России. Об этом Настоящему Времени рассказал главред издания Роман Доброхотов.

The Insider известен своими расследованиями: в частности, о сбитом в небе над Донецком пассажирском "Боинге" и "отравительном" НИИ №2 Федеральной службы безопасности.

Ранее Минюст включил The Insider в перечень СМИ – "иностранных агентов". Также в реестр попали журналисты издания "Проект" Михаил Рубин и Соня Гройсман, главный редактор самарского интернет-журнала "Другой город" Юлия Апухтина, журналисты "Открытых медиа" Илья Рождественский и Алексей Постернак.

В предыдущий раз реестр СМИ – "иностранных агентов" обновлялся 15 июля. Тогда в перечень были включены журналисты "Проекта" Роман Баданин, Петр Маняхин, Ольга Чуракова, Мария Железнова, Юлия Лукьянова, журналисты издания "Открытые медиа" Юлия Ярош и Максим Гликин, а также журналистка русской службы Радио Свобода Елизавета Маетная.

Настоящее Время попыталось найти логику властей вместе с Романом Доброхотовым и новоиспеченной "иноагенткой" Соней Гройсман.

Роман Доброхотов: "Путин пытается превратить Россию в Туркменистан"

По мнению главреда The Insider, в России набирает обороты "кампания по тотальной зачистке независимых медиа".

— Если рассматривать это в контексте, то, на мой взгляд, очевидно, что речь идет не просто о борьбе с какими-то конкретными изданиями из-за каких-то конкретных статей, а речь идет просто об уничтожении независимой прессы в России. И, судя по всему, мы не последние и не первые. Все более или менее независимые издания власти планируют уничтожить, закрыть к ним доступ, сделать так, чтобы эти издания не могли получать финансирование. Возможно, открыть уголовные дела в отношении каких-то журналистов, редакторов или директоров медиа. Поэтому я рассматриваю это [признание "иностранным агентом"] не как какое-то конкретное действие Минюста, а как войну против независимых медиа, которая была объявлена, по сути, в начале этого года и которая явно будет продолжаться.

Закон написан очень глупо, и он подразумевает огромное количество способов уйти от его формального действия

Прошлым летом Путин решил обнулить свои сроки, поменять Конституцию, по сути, оформить другой социальный контракт с обществом. Если раньше там была какая-то претензия на легитимность, подтверждаемая через некое голосование, пусть и фальсифицируемое, то сейчас Путин, по сути, объявил о том, что он собирается пожизненно оставаться у власти. Он, видимо, ожидал, что это будет непопулярное решение, оно действительно было очень непопулярным. Именно летом прошлого года, мне кажется, он перешел Рубикон, именно тогда он попытался убить [основателя Фонда борьбы с коррупцией Алексея] Навального. В этот момент, мне кажется, была точка невозврата, после которой стало понятно, что Путин будет пытаться превратить Россию в Туркменистан. Зачистка журналистов – это только один из элементов этого движения. Мы видим такое же давление на некоммерческие организации, на юристов, на разного рода правозащитников, про активистов я уже молчу – огромное количество уголовных дел, арестованных людей. Широким фронтом идет давление на гражданское общество, где журналисты – только один из элементов.

— Как российские власти могут отреагировать на ваш отказ обозначать себя СМИ-"иноагентом"?

— Можно сегодня повесить на себя какую-то плашку, как это сделала "Медуза" – и, возможно, рационально: у "Медузы" очень большая аудитория. Но понятно, что в нашем случае, в случае "Проекта", в случае "Важных историй" и других медиа, которые занимаются расследованиями, власти будут их додавливать, потому что речь идет о расследованиях, которые вскрывают самые запрещенные темы, связанные с коррупцией, с политическими убийствами, с пытками в ФСБ и так далее. Речь идет о том, чтобы просто прекратить доступ к информации. Пока эти издания будут публиковать журналистские расследования, на них будут сваливаться все новые и новые обвинения, репрессии и так далее.

Мне, например, вообще непонятна ситуация с этими формальными ограничениями. Сейчас в список "иностранных агентов" внесено юридическое лицо. А если оно закроется, домен изменится и будет зарегистрирован на другое лицо, то что тогда делать? На мой взгляд, закон написан очень глупо, и он подразумевает огромное количество способов уйти от его формального действия. Вопрос скорее политический – будут ли они пытаться додавливать по беспределу журналистов? Они, конечно, могут это сделать. В конце концов, всегда можно просто прийти к журналисту в подъезд и дать ему дубинкой по башке.

Что касается основных расследователей, то многие из них уже сейчас находятся за границей, многие из них имеют возможность туда уехать, и The Insider их будет поддерживать, если они решат работать оттуда. В принципе, большой разницы – работать из России или работать из-за рубежа – нет, поскольку мы работаем в основном не с источниками, а с данными.

После объявления The Insider "иностранным агентом", насколько мне известно, четыре человека отписалось от донатов и порядка 50 человек подписалось сразу в первый день. Собственно, никаких юридических последствий для людей, которые перечисляют средства даже юрлицу, которое объявлено "иностранным агентом", не предусмотрено. Я уж молчу о том, что получает донаты не то юридическое лицо, которое объявлено "иностранным агентом". Поэтому здесь совершенно ничего не грозит этим людям.

Соня Гройсман: "Такого медиа, как "Проект", сейчас не существует"

Логика властей относительно назначения "иноагентов" непостижима, считает экс-журналистка "Проекта" Соня Гройсман (в списке Минюста она под именем Софья).

— Вы попросили представить себя как бывшую журналистку издания "Проект". Что это значит – "Проект" закрыт или вы из-за давления властей решили прекратить сотрудничество с изданием?

— Я не знаю. Наверное, пока ни то ни другое. "Проект" – та организация, которую признали нежелательной, – ликвидирован. А судьба "Проекта" как медиа еще не определена. В данный период такого медиа, как "Проект", сейчас не существует, к сожалению (16 июля в телеграм-канале "Проекта" появилось сообщение: "О том, в какой форме наш журналистский коллектив продолжит свою работу, мы сообщим отдельно" – прим. НВ).

— Я смотрел на список на сайте российского Минюста, и там написано: Гройсман Софья Романовна. Как вообще можно понять, что это именно вы, а не какая-нибудь ваша тезка? Вы получали какие-то официальные уведомления от властей?

— Я узнала точно так же, как и все вы, – из сообщения знакомой, из которого все стало понятно, а дальше я уже увидела свою фамилию на сайте Минюста. Действительно, там не указаны никакие паспортные данные, ни какие-то еще другие идентифицирующие конкретно меня сведения. Я не получала никаких уведомлений. Другое дело, что это, наверное, так не работает. Если я сейчас скажу: "Извините, это не я, это какая-то другая Гройсман Софья Романовна" – и не буду исполнять требования законодательства, то, боюсь, к сожалению, это не те люди, с которыми стоит в такие игры играть.

— Вы только интуитивно понимаете, что Софья Гройсман на сайте Минюста – это именно вы?

— Исключительно так. Наверное, еще и учитывая контекст, что там находятся еще пять моих коллег по "Проекту", мы предполагаем, что имеемся в виду именно мы.

— Вы будете оспаривать включение в реестр "иноагентов"?

— Оспаривать мы, конечно, будем. Но надо понимать, что пока что прецедентов исключения из списка СМИ-"иноагентов" не было, процедура этого тоже никак не прописана толком.

— У вас есть какие-то предположения – почему в этот список внесли именно вас? Например, там нет некоторых других журналистов "Проекта".

— Во-первых, мы предполагаем, что еще не вечер. Я очень надеюсь, что никаких моих коллег больше в этот список не внесут, но у меня нет понимания, почему список составлен именно так. У нас с самого начала были к нему большие вопросы. Все мы предполагаем, что в список должны вносить авторов наиболее резонансных расследований или еще как-то. Я не занималась в "Проекте" громкими расследованиями, поэтому мы предполагаем, что это просто какой-то рандомайзер (Гойсман – лауреат премии "Редколлегия" за фильм о том, как черный пиар вошел в русскоязычную "Википедию" – прим. НВ). Может быть, и нет, может быть, у этого есть какая-то извращенная логика. К сожалению, она нам непонятна, и я боюсь, что у этих людей нам ничего не удастся узнать.

— Некоторые журналисты, попавшие в этот список, зачищают свои посты на фейсбуке на протяжении последних двух лет. Вы понимаете, как изменится ваша жизнь после включения в список "иноагентов"?

— Как минимум есть требования законодательства, связанные с тем, что физические лица – СМИ-"иноагенты" должны завести юридические лица, обслуживать эти юридические лица, подавать бухгалтерскую отчетность и отчетность в Росфинмониторинг. Плюс, конечно, это маркировка любых постов. Сейчас моя лента выглядит забавно – я имею в виду не та, которую я веду, хотя она тоже, а [личная]. Поскольку в моей ленте теперь много знакомых журналистов-"иноагентов", там девчонки выкладывают цветочки и пишут: "Данное сообщение распространено лицом, выполняющим функцию СМИ – иностранного агента". Абсурдность этой ситуации, мне кажется, очень хорошо показана в этом всем.

  • Закон о СМИ-"иноагентах" был принят в России в 2017 году. Согласно документу, "иностранным агентом" может стать любое зарубежное СМИ, которое получает финансирование или имущество из-за границы (в том числе от российских юридических лиц, спонсируемых из иностранных источников). В списке СМИ-"иноагентов" числятся уже 34 организации и физлица.
  • Физлицо, признанное СМИ-"иноагентом", должно в течение месяца зарегистрировать в России юридическое лицо, которое раз в полгода обязано сдавать отчетность о деятельности человека и его финансах. Сразу после регистрации юрлица требуется уведомить об этом Минюст.
  • "Иноагенты" должны ставить пометку о своем статусе на каждом сообщении и материале, в том числе в соцсетях. За нарушение – штраф. Также они должны раз в квартал сдавать в Минюст отчет о деятельности и финансовой активности и проходить обязательный ежегодный аудит.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG