Ссылки

Как антикоррупционные войны чуть не лишили Украину безвизового въезда в Евросоюз


Парламент Украины снял с должности главу антикоррупционного комитета депутата Егора Соболева. Это первая политическая отставка с такой должности за всю новейшую историю Рады, заявил в своем фейсбуке нардеп и один из организаторов Майдана Мустафа Найем. Он также обвинил в атаке на Соболева президента Петра Порошенко.

Украина также в один день могла лишиться безвиза – парламент неожиданно решил переподчинить себе глав всех основных антикоррупционных ведомств и получить возможность их увольнять. Лидеры фракций "Блок Петра Порошенко" и "Народный фронт" зарегистрировали законопроект, который позволяет парламенту уволить, в частности, директора НАБУ по упрощенной процедуре – без аудита, простым большинством голосов.

В поддержку НАБУ выступили чиновники Евросоюза и Соединенных Штатов, Transparency International, Всемирный банк и Международный валютный фонд.

Политологи сразу же заговорили о том, что антикоррупционная реформа – главное условие безвизового режима. Если ее свернут, ЕС будет обязан начать процедуру отмены безвиза.

Как объяснить неожиданное решение парламентариев и чем еще оно могло грозить Украине, Настоящему Времени отвечают депутаты Верховной Рады, члены партии "Блок Петра Порошенко" Светлана Залищук и Алексей Гончаренко.

— Алексей, вы же понимаете, что если бы не кредиты Запада, именно не кредиты и не это давление ночное, сейчас бы антикоррупционные реформы похоронили и построили квази-Россию, а сделали бы это те же самые люди, которые обычно говорят о патриотизме?

Гончаренко: Нет, я так не считаю, потому что, во-первых, законопроект, о котором вы говорите, рассматривался на заседании фракции "Блока Петра Порошенко". Его регистрация – это была позиция председателя фракции Артура Герасимова, но мы не принимали подобное решение на заседании нашей партии. Из-за того, что часть наших коллег блокировали предпочтение какого бы то ни было аудитора НАБУ, мы не можем провести аудит этой организации еще за 2016 год, а у нас уже заканчивается 2017 год.

— Алексей, то есть фактически вы говорите, что над НАБУ нет контролирующего органа. Говорит это и прокурор Юрий Луценко. Я хочу спросить у Светланы: над НАБУ нет контролирующего органа, и когда Луценко говорит, что НАБУ превращается в ЧК, в некотором смысле, кажется, он прав. Давайте уже придумаем этот орган.

Залищук: Именно поэтому мы создали независимых аудиторов, которые должны давать аудит, и по результатам аудита, если бы аудит был негативным, тогда парламент получил бы инструмент, возможность увольнять господина Сытника.

— Послушайте, какая история. Видимо, найти трех аудиторов, которые устроят всех, не получится, вы очень давно это делаете. Я, Светлана, вас спрашиваю: может быть, нужен компромисс с этими коррупционерами хотя бы в том, чтобы выбрать одного из них похуже, но все-таки чтобы не было этих вопросов про неподконтрольность НАБУ, как вы считаете?

Залищук: Я считаю, что не это наша проблема, а проблема огромнейшей коррупции в стране, связанной вокруг и президента, и министра, вы знаете, сегодня происходит известное расследование про его сына, также недавно НАБУ начало расследование про злоупотребления в Министерстве обороны, которое подконтрольно президенту, недавно тоже были обыски на заводах, которые принадлежат президенту. Конечно же, с этим связано и желание монополизировать, в общем-то, инструменты в отношении увольнения главы НАБУ. Именно поэтому мы создавали такой инструмент, когда нельзя, чтобы парламент увольнял главу НАБУ.

Почему – потому что любое расследование, которое он начинает в отношении какого-нибудь известного члена парламента, сразу же включает круговую поруку, и депутаты объединяются для того, чтобы либо уволить кого-то, либо не позволить расследование в отношении того или другого своего близкого соратника.

— Теперь к Алексею Гончаренко хочется вернуться с этим же вопросом. Дело в том, что когда человек чувствует, что делает что-то плохое..., но те люди, которые, кажется, сейчас атакуют НАБУ, в том числе и в парламенте, они понимают, что делают плохо, и не стесняются этого. Это неправильно, вам не кажется?

Гончаренко: К сожалению, действуют (нрзб) личностные аспекты в отношении директора НАБУ и его заявлений. Он часто делает очень критические заявления, что мне кажется ошибкой. Я не атакую НАБУ, никогда этого не делал и не собираюсь этого делать. Я очень рад тому, что эта институция создана. Другое дело, что ее эффективность сегодня очень низкая, я бы хотел от нее совершенно другой эффективности. Я не хочу, чтобы ставили знак равенства между институцией, желанием сохранить НАБУ и директором с конкретной фамилией. Напомню вам, что в Польше, например, первый директор антикоррупционной институции, подобной НАБУ, был впоследствии арестован за свою деятельность как директор и посажен в тюрьму. Так что истории бывают разные.

— Алексей, то, что Запад так давит, кажется, это уже всем понятно, на власти Украины, требуя, чтобы НАБУ сохранилось в нынешнем виде, чтобы антикоррупционная прокуратура сохранилась в нынешнем виде – это действительно единственная гарантия существования антикоррупционных органов, как вы считаете?

Гончаренко: Данный запрос – это внутренний запрос украинского общества на борьбу с коррупцией. И при всем уважении к нашим западным коллегам, этот запрос является намного более важным для каждого из нас.

— Светлана, не будет ли это слишком обидно и унизительно для граждан Украины, что постоянно Запад давит? Я в том смысле, что в какой-то момент, я просто даже вижу реакцию в фейсбуке, люди, которые за вас вроде бы, говорят: ну это уже чересчур, это наше внутреннее дело, так нельзя.

Залищук: Я думаю, что это самый большой урон для Украины будет сейчас – потерять, во-первых, поддержку ЕС, поддержку США, особенно в момент, когда Украина борется с российской агрессией. Второе: самый большой урон для Украины будет, если мы потеряем те институты, которые нам удалось создать, потому что это будет полное возвращение до Евромайдана.

— Потеря Егора Соболева на посту главы комитета – это потеря или нет? Она восстановима для вас?

Залищук: Это однозначно потеря, и я расцениваю это как сворачивание антикоррупционных реформ в стране.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG