Ссылки

Новость часа

"Восьмое марта – это про то, чтобы женщины жили в безопасности". Глава фонда "Насилию.нет" – о статусе "иностранного агента" и обложке Time


Почему центр защиты женщин признали "иностранным агентом"
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:06:33 0:00

Почему центр защиты женщин признали "иностранным агентом"

Американский журнал Time поместил на обложку мартовского выпуска Анну Ривину — правозащитницу и основательницу кризисного центра "Насилию.нет", который с 2015 года занимается проблемами защиты женщин от насилия и адресной помощью пострадавшим, а также проблемами гендерного равенства.

Символично, что в России этот центр Минюст признал "иностранным агентом", уведомление организация получила в декабре 2020 года. Политической деятельностью центра, за которую организация и получила свой статус, Минюст назвал работу над законопроектом против насилия и "пропаганду ЛГБТ". "Насилию.нет" пытается оспорить решение Минюста в суде.

Анна Ривина рассказала Настоящему Времени, поможет ли теме защиты прав женщин в России внимание международной прессы, как влияет на работу центра статус "иностранного агента" и что изменилось в отношении общества к женским правам в последнее время.

О взаимоотношении "агента" и властей:

"Ни для кого не секрет, что сейчас женская тема всячески обсуждается совсем в других масштабах. Но у меня нет никаких разночтений на этот счет, и, главное, что я не думала, поскольку это приятно, это важно, но это, по сути, ничего фундаментально не меняет.

Завтра я опять приду на работу и буду работать в организации, которая якобы выполняет функцию иностранного агента и сталкивается со всей этой бюрократией и отвратительным отношением, которое мы имеем от наших оппонентов.

Статус иностранного агента — это, конечно же, вопрос отчетности, которая теперь больше, непонятно, каким образом надо этим заниматься, чтобы точно удовлетворить все потребности Минюста.

Но самое противное – это абсолютно размытые формулировки касательно штрафов. Где должна быть маркировка, какая должна быть маркировка – мы реально ведем абсолютно слепую игру. Совершенно не ясно, за какое действие, за какое неупоминание где-либо чего-либо нам может прилететь достаточно существенный штраф.

А то, что искренне мне жаль, и уже мы ощущаем результат, – это то, что в прошлом году мы делали баннеры по Москве при поддержке департамента СМИ города Москвы, и они нас очень всегда поддерживали и хотели продолжать этот процесс. Но из-за маркировки на этих баннерах "иностранный агент" они не могут это размещать. То есть мы уже знаем, что меньше людей, идя по улице, смогут это увидеть и как-либо отреагировать на ситуацию.

Также я знаю, что департамент транспорта хотел с нами общаться, но поскольку мы получили этот статус, они не могут себе позволить рассказывать людям в метро о том, что есть "Насилию.нет".

О реакции людей на статус "агента" и работу центра:

"Проигрываем не мы. Я абсолютно спокойно отношусь к тому, что обо мне не знает каждый человек, который ездит в метро. Проигрывают те люди, которым нужна эта помощь, и они не узнают о том, что они могут прийти и сделать так, чтобы жизнь была лучше. Вот в чем беда.

Люди, которые до нас не дошли, они не в нашей выборке, и мы не знаем, сколько таких людей, которых такой статус мог отпугнуть. Но могу сказать, с чем мы сталкивались, а именно – когда мы сообщили, что будем оказывать психологическую помощь тем, кто пострадал от полицейского насилия, несколько людей – это абсолютное меньшинство – написали: "Вы занимаетесь политической деятельностью. Мы в вас разочарованы и отписываемся". Но это несопоставимо с тем количеством поддержки, которую мы получили за то, что начали делать и это в том числе. Логика какая была? Нас уже назвали чем-то, что занимается политической деятельностью. Естественно, мы поэтому стали меньше, наверное, пытаться четко разделять: "Никакой политики, никакой политики".

С одной стороны, хочется верить, что, невзирая на статус, мы бы все равно помогали людям в беде – не важно, по какой причине они там оказались. А с другой стороны, конечно же, нам этот статус очень сильно развязал руки, и теперь мы можем себе позволить намного больше, потому что нас уже назвали организацией, которая делает что-то в политическом смысле, что, конечно же, не так. Но если нас так назвали, то давайте теперь будем делать.

Нет никаких сомнений, что в Минюсте сидят очень большие идиоты, профнепригодные люди. Но они просто свели формальности: иностранное финансирование есть, политическая деятельность есть. И все, они отчитались: "Мы такие хорошие, мы молодцы, боремся с врагами народа, не покладая рук". А то, что они реально сейчас своими действиями позорят страну и они рассказывают всему миру, что, оказывается, в нашей стране насилие – это и есть государственная политика. Их интеллекта не хватает понять, что они вредят себе.

Мы переживем этот статус, наша жизнь от этого не изменится. Повторюсь, мы получили огромное количество внимания и поддержки. А они просто портят своему любимому президенту жизнь своими неправильными действиями. Они делают хуже. Идиоты, что я могу сказать".

О советских женщинах, современном феминизме и 8 Марта:

"У нас очень сильно недооценен советский период в плане феминизма, потому что действительно советские женщины получали то, о чем американские могли только мечтать. И мне хочется, чтобы мы потом тоже могли об этом подробно разным образом разговаривать, что советские женщины были очень крутые и во многом равноправнее, чем во всех других странах.

Наоборот, есть ощущение, что после конца холодной войны к женщинам пришла эта западная волна, где они должны быть более сексуальными, где они должны больше ублажать мужчин – все эти маркетинговые ходы, которые там были. Советская женщина, конечно же, также страдала от домашнего насилия и от отсутствия разных свобод, но она была больше самодостаточная, у нее было больше опоры на различные общественные силы.

В то же самое время я могу сказать, что темой насилия я занимаюсь шестой год, и это небо и земля, как это обсуждается, – и тема безопасности, тема женской сексуальности. И я понимаю, что я живу в достаточно ограниченном мире, но мне уже не приходят все эти открытки: "Будь украшением коллектива" – и тому подобное. Потому что и от меня и от женщин, которые меня окружают, люди, которые такие открытки шлют, понимают, что они могут получить тапком по голове, потому что мы люди, а не какое-то украшение какого-то коллектива.

Я считаю, что женщины проделали большой путь по возвращению себе субъектности, и еще многое предстоит. Восьмое марта – это, конечно же, это про то, чтобы женщины друг друга поддерживали, жили в безопасности, имели право свободно выбирать, как проводить свою жизнь, и на них не накладывалось огромное количество шаблонов и стереотипов только потому, что они родились девочками, а не мальчиками".

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG