Ссылки

Новость часа

Что такое "Вилаят Хорасан", который в США считают виновным в теракте в Кабуле, и какие у него отношения с "Талибаном"


Боец "Талибана" охраняет место взрыва двух террористов-смертников в аэропорту Кабула, 27 августа 2021 года

В результате взрывов в аэропорту Кабула погибли более ста человек, 150 получили ранения. Среди жертв – 13 американских военнослужащих, ранены 18.

Президент США Джо Байден поручил Пентагону подготовить удары по руководству и объектам взявшей на себя ответственность за теракты группировки "ИГИЛ" (признана террористической и запрещена в России), где бы они ни находились. По его словам, теракты устроила ячейка "ИГИЛ" "Вилаят Хорасан", действующая в Афганистане и Пакистане. Он отметил, что пока нет доказательств, указывающих на сговор боевиков "Талибана" и "ИГ" для проведения этой атаки.

Какие отношения между "Талибаном" и "ИГИЛом", к чему могут привести заявления Байдена и можно ли опасаться новой войны в Афганистане, в эфире Настоящего Времени рассказали корреспондент отдела внешней политики газеты "Коммерсант", автор Московского центра Карнеги Кирилл Кривошеев и Игорь Семиволос, исполнительный директор украинского Центра ближневосточных исследований.

Кирилл Кривошеев: "Талибы и "Исламское государство" очень разные идейно"

Насколько опасна "Вилаят Хорасан" в Афганистане
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:08:27 0:00

– Ответственность за теракты взяла на себя группировка "ИГИЛ". В Афганистане действует ее центральноазиатский филиал "Вилаят Хорасан". Что вы можете сказать об этом филиале?

– "Вилаят Хорасан" – это действительно такая группировка, которая присягнула на верность "Исламскому государству" именно в Центральной Азии. Также было "Исламское движение Узбекистана", которое тоже как бы состоит из этнических узбеков – и поэтому наиболее опасно, в частности, для постсоветского пространства – и тоже действует в Афганистане.

И кроме того, именно к центральноазиатской группировке "Исламского государства" в свое время примыкал один из командиров таджикского ОМОНа, что было тоже беспрецедентным случаем, который сильно напугал и Россию, и страны-союзники. Потому что если даже силовики из каких-то стран могут переходить на сторону террористов, то это как бы очень серьезный знак. Да, эта группировка действует, и если в Сирии они разбиты, я имею в виду "Исламское государство", то в Афганистане продолжают [существовать].

И должен сказать, что именно российские власти задолго до США говорили об опасности этой группировки. Подчас это даже казалось несколько странным. Потому что когда талибы просто выдавливали афганских военных на территорию сопредельных стран и казалось, что главную угрозу несут они, например, господин Патрушев, глава российского Совбеза говорил: "А мы вот обсуждаем угрозу со стороны "Исламского государства" и "Аль-Каиды".

И казалось бы, ну как, ну это же очень странно, это вызывало определенный скепсис. И мои собеседники, например, в Таджикистане говорили: "Мы не понимаем, почему они так делают". Потому что "Исламское государство" в Афганистане не контролирует ни одного района, оно рассеяно, представлено какими-то небольшими группировками.

И даже по словам самой российской разведки, численность боевиков – полторы-две тысячи, это совершенно несравнимо с силами того же "Талибана". Тем не менее мы видим, если они смогли организовать такую серию терактов, о которой при этом знали США, знали талибы и не смогли это предотвратить, то это да, действительно угроза, с которой надо бороться.

– США и другие страны предупреждали о возможности теракта, но при этом почему не удалось предотвратить это?

– Это очень сложно сказать. Для этого, наверное, надо быть на месте, понимать. Возможно, действительно, есть какие-то предатели в структурах. Может быть, действительно, кто-то в рядах "Талибана" был перекуплен.

Говорят, что талибы и "Исламское государство" очень разные идейно, потому что если действительно "Вилаят Хорасан" и "Исламское государство" в целом придерживаются безмазхадности, то есть такой в чистом виде шариат, салафитский ислам, то как раз таки талибы придерживаются ханафитского мазхаба. Это как бы другое течение, более мягкое, которое может принимать в себя традиции стран региона, в котором находятся.

Да, идейные разногласия есть, и они очень серьезные. Как мне говорили друзья-мусульмане, исламоведы, даже могут быть какие-то разницы в традициях. То есть, условно говоря, представитель "Исламского государства", оказавшийся в рядах "Талибана", будет не понят, потому что он не так молится, не так перебирает четки, просто не так выполняет какие-то религиозные обряды. И он будет чувствовать себя странно, как если бы протестант оказался в православном монастыре.

Поэтому, пожалуй, сотрудничество прямо на уровне глав, на уровне руководства невозможно, ну а рядовые перебежчики, предатели либо просто перекупленные люди – этого, разумеется, нельзя исключать.

– Джо Байден говорил о том, что пока еще не установлена точная связь террориста-смертника с талибами, и пока что вы говорите, что публично конкурируют и талибы, и группировка "ИГИЛ". Но как вы считаете, после этих терактов какие могут быть дальнейшие отношения у талибов с этой организацией "ИГИЛ"?

– Публично талибы всегда говорили, что они конкурируют. И на самом деле, если уж Фрэнк Маккензи, которого вы только что показывали в эфире, глава центрального командования, говорил, что "мы делились с талибами информацией об этих атаках и пытались вместе их предотвращать", и даже якобы талибы предотвратили некоторые атаки, то давайте здесь будем надеяться на лучшее – что все-таки талибы действительно не сотрудничают с "Исламским государством" и действительно не будут им помощниками, не будут их укрывать.

Если бы был какой-то случай предательства, ну это просто предательство, это случается везде и всегда. На самом деле, для талибов было бы очень странно сейчас все-таки вступать в отношения с "Исламским государством", оказывать им какую-то поддержку, потому что они помнят свой печальный опыт из 90-х: их тогда мир отверг, разумеется, в том числе за их, скажем так, варварское поведение, за их жестокие порядки, которые они установили.

Но именно военная операция НАТО против "Талибана" началась после того, как они отказались выдать Усама бен Ладена. А Усама бен Ладен был не талибом, не афганцем, он был лидером "Аль-Каиды" после того уже, как она нанесла удар по Нью-Йорку, уничтожив башни-близнецы. И да, действительно, талибы тогда сказали, что "он наш гость, все-таки как бы пуштунские традиции предписывают учтиво относиться к любому гостю и ни в коем случае не подвергать его опасности".

А, разумеется, если бы они выдали его США, это бы означало бы для него верную смерть. Да, они его не выдали тогда и понесли за это вот такой тяжелый удар.

Я думаю, что после 20 лет борьбы, после 20 лет попыток наладить отношения с миром и стать легальной политической силой талибы не станут марать себя сотрудничеством с этими террористами, потому что это будет означать откат назад, еще 20 лет борьбы, еще 20 лет таких попыток. Они вроде бы пытаются сейчас показать себя цивилизованными людьми. Но хочется верить, что здесь что-то получится.

– Президент США Джо Байден сообщил, что нанесет серию ударов по объектам "ИГИЛ" и при необходимости может даже увеличить военный контингент в аэропорту Кабула. Можно ли сейчас говорить, что будет новый виток войны в Афганистане?

– Я сомневаюсь, что можно говорить о новом витке войны, просто потому что численность "Исламского государства" очень маленькая, это полторы-две тысячи человек, они рассеяны. И на самом деле, чтобы их атаковать, это должны быть точечные атаки по лагерям. И Джо Байден уже сам упоминал не только Афганистан, но и Пакистан.

То есть мы-то не знаем, где они находятся, возможно, какая-нибудь разведка знает: американская, а, может быть, и российская, а, может быть, и талибы сами в курсе того, где же находятся их тренировочные лагеря.

Да, обеспечить вывод войск, обеспечить эвакуацию – это главная задача для США. Меры безопасности, разумеется, будут усилены, но ничего не говорит о том, что американцы останутся в Афганистане после 31 августа. Вроде бы как раз таки центральное командование говорит, что "у нас с талибами одна цель: они хотят, чтобы мы ушли, и мы хотим уйти". А если они останутся дольше, это будет означать 100% новые смерти. А зачем это? Это и так не нужно подорванной репутации Байдена.

Игорь Семиволос: "Террористы и экстремисты будут пытаться расшатать власть в Афганистане"

К чему приведет теракт в Кабуле
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:04:36 0:00

– Как вы оцениваете заявление Джо Байдена о нанесении ответного удара по террористам? Что сейчас стоит ожидать?

– Как мне кажется, Джо Байдену в любом случае нужно что-то говорить, каким-то образом реагировать, поэтому эта его реакция вполне ожидаема. Другой вопрос заключается в том, что, собственно, сейчас американцы могут сделать самостоятельно, учитывая то, что, по сути, они сворачивают свою активную деятельность в Афганистане. И насколько талибы готовы будут готовы сотрудничать с американцами для определения целей ударов и, собственно, наведения тех же беспилотников и других средств поражения на цели "ИГИЛа".

– Как вы считаете, есть ли вообще какое-то взаимодействие между талибами и боевиками организации "ИГИЛ"?

– Если проследить их взаимосвязи с 2015 года, то есть с момента, когда возникает и "Вилаят Хорасан", то это конкурирующие организации, и фактически с самого начала отношения достаточно враждебные. Более того, по сути можно сказать, что между талибами и "ИГИЛ" идет достаточно непримиримая война: с обеих сторон есть достаточно большие жертвы. И в рамках этой достаточно жесткой конкуренции и талибы даже шли достаточно нехотя, но шли на сотрудничество с американцами для того, чтобы наводить на цели "ИГИЛа" в Афганистане.

– После захвата власти талибами в Афганистане произошло достаточно много событий. Сейчас спрогнозировать будущее Афганистана можно? Талибы просят продовольственной помощи ООН, боятся в стране голода, накануне проходит серия взрывов. Талибы так легко захватывали власть в стране. Как считаете, при таких условиях они способны продержаться?

– Я думаю, что запас прочности достаточно большой, потому что в любом случае у талибов нет сейчас альтернативной силы, которая может серьезно бросить вызов "Талибану", то есть ни у какой другой силы нет достаточно ресурсов, чтобы подвинуть "Талибан".

Но вопрос, конечно же, будет заключаться в том, что будет происходить дальше, насколько талибам удастся избежать голода, насколько удастся решить вопрос с более радикальными группами, которые будут оспаривать у них власть. Все это, конечно же, ставит будущее Афганистана под большой вопрос, и через несколько месяцев можно уже более четко прогнозировать, какие последствия для Афганистана принес захват власти талибами.

– В Пентагоне говорят, что ожидают, что взрывы продолжатся. Некоторые эксперты сразу после захвата власти талибами предрекали, что во всем мире активизируются радикальные группировки. Как считаете, эти взрывы ограничатся ли только Афганистаном?

– Вы знаете, по сравнению с тем, что происходило в 2014-2015 году, когда мы видели расцвет "Исламского государства" и, собственно, захват огромных территорий, практически коллапс нескольких государств, то в настоящее время это, конечно, такие достаточно трагические события, но они не идут в сравнение с этим периодом.

Естественно, если говорить об Афганистане, то как раз это территория, в которой сейчас власть нестабильна, и террористы и экстремисты будут пытаться расшатать ее, то есть использовать этот момент для прихода к власти, для захвата территории.

– Но за границы Афганистана это выйти не должно?

– Нет, если говорить за границу, то есть пока оснований об этом говорить нет.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG