Ссылки

Новость часа

Как сложатся российско-израильские отношения после обвинений Москвы в крушении Ил-20


Российский военный самолет Ил-20 с 15 людьми на борту был сбит в ночь на 18 сентября на востоке Средиземного моря недалеко от берегов Сирии. В Минобороны РФ подтвердили, что российский самолет сбили ПВО Сирии. Но вину возложили на Израиль. Президент России Путин назвал крушение "цепью трагических обстоятельств".

Позже днем премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху выразил Путину соболезнования. Он возложил ответственность за уничтожение российского самолета Ил-20 на власти Сирии и пообещал Путину предоставить "всю необходимую информацию" для расследования инцидента, пишет Reuters.

Как отреагировала израильская сторона на резкие заявления из Москвы и как эти обвинения повлияют на дальнейшее развитие российско-израильских отношений, Настоящему Времени рассказал политолог Ариэль Бульштейн.

В чем суть конфликта между Израилем и Сирией – объясняет политолог Ариэль Бульштейн
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:03:21 0:00

"Израиль очертил красные линии и никому не позволит их переходить"

– Обвинить третью сторону в ситуации, когда сирийские ПВО сбивают российский самолет, – это нужно действительно обладать большим воображением.

– Каким образом эти обвинения повлияют на дальнейшее развитие российско-израильских отношений?

– Сегодня израильская сторона немедля, тут же, выявила все обстоятельства этого инцидента: сообщила о том, что израильских самолетов во время пуска ракеты вообще там уже не было – они были над Израилем; сообщила о том, что когда, наоборот, израильские самолеты находились над сирийской территорией, там не было российского самолета.

Все эти слова о том, что якобы израильские ВВС прикрываются российским самолетом, конечно, ничего общего с действительностью не имели.

После всего этого, я предполагаю, что точные данные уже были переданы российской стороне. И все, наверное, дальше вернется на круги своя: то есть координация между военными израильскими и российскими продолжится.

До сих пор в течение последних лет мы наблюдали ситуацию, когда Россия, радуясь тому или нет, но уважает израильские стратегические интересы и понимает, почему именно Израиль вынужден действовать над сирийской территорией.

Кстати, пару слов именно об этом. Израиль время от времени совершает те или иные налеты на определенные цели в Сирии не потому, что нам нечем больше заняться. А потому, что там, в этих точках, происходит деятельность, которая затрагивает непосредственно израильскую безопасность. У Израиля нет своей позиции относительно того, кто должен править Сирией, и мы не вмешиваемся в сирийский гражданский конфликт, в гражданскую войну.

Но несколько лет назад Израиль очертил красные линии, которые мы никому не позволим переходить. Одна из этих красных линий такая: пользуясь сирийским конфликтом, Иран доставляет сверхточное оружие, стратегически новое оружие Хезболле. Израиль с этими попытками [Ирана], пользуясь дымовой завесой войны в Сирии оснастить Хезболлу стратегическим оружием, которое поставило бы нашу безопасность под угрозу, Израиль с этим не соглашался, не соглашается и, поверьте мне, не согласится.

Поэтому когда выявляется, что на определенной части сирийской территории находятся те или иные – обычно это ракеты, но иногда другие виды вооружения, которые Иран пытается доставить Хезболле, – Израиль, естественно, вынужден вмешаться.

Именно это произошло прошлой ночью.

Россия хорошо знает, что только подобного рода вещи заставляют Израиль вмешиваться, а не какие-то внутрисирийские разборки.

Поэтому я вынужден сказать, что для сирийского и для российского руководства есть только один эффективный способ предотвратить израильское вмешательство – пресечь все попытки Ирана воспользоваться сирийской войной.

"Выводы не будут носить характер взаимных обвинений"

Какие претензии у России к ЦАХАЛу [пресс-служба Армии обороны Израиля] и как теперь она будет сотрудничать с сирийскими военными, которые стреляли по воздушным целям над Латакией, в эфире "Вечера Тимура Олевского" рассказал генерал-майора запаса Павел Золотарев.

Павел Золотарев о сбитом в Сирии Ил-20: "Выводы не будут носить характер взаимных обвинений"
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:05:57 0:00

– Впервые столкнулись, наверное, с беспрецедентным вариантом. Я не помню, чтобы в истории аналогичные ситуации возникали. На территории одного государства – в данном случае Сирии – столкнулись интересы, в чем-то совпадающие, в чем-то не совпадающие, западных стран во главе с США, Россией, Израилем, Ираном. По-крупному так. И все эти страны стремятся между собой каким-то образом договориться с тем, чтобы свести не совпадающие интересы к минимальным отрицательным последствиям.

В данном случае основные претензии к израильской стороне заключаются в том, что они слишком малое время отвели на предупреждение. С одной стороны, их можно понять, они боятся, что информация о предстоящем ударе будет доведена до сирийской стороны, и они смогут свести эффективность этих ударов до минимума. С другой стороны, не совсем, конечно, корректно действовали израильские летчики, хотя, может быть, они не знали, что за самолет идет на посадку. Но они использовали этот прием – прикрыть этим самолетом. Сам этот прием не нов.

– Не очень понятно, о каком времени идет речь для принятия решения в воздухе. Сейчас Израиль говорит, что российский самолет был сбит, когда израильские истребители уже находились на израильской территории. Звучит это так, как будто Израиль уже давно улетел, а сирийцы только выстрелили. А в реальности речь идет о чем – о минутах, о секундах, о каком времени?

– Я думаю, что здесь речь должна идти о другом. Если получено предупреждение о том, что будет такое нападение и невозможно предотвратить необходимость посадки нашего самолета (он находится в воздухе, и тут нет возможности куда-то уйти на запасной аэродром), он должен здесь сесть, значит, израильская сторона предупреждается, что воздушное пространство в этой зоне будет под наблюдением средств ПВО полностью – и российских, и сирийских. И все, кто там будет мешать, все будут сбиваться. Вот один из вариантов взаимодействия. Поэтому требуется заранее, конечно, оповещать в подобных случаях.

Ну и, наверное, израильскую сторону тоже есть смысл в таких вариантах оповещать, что здесь могут находиться наши российские самолеты, имейте в виду, к чему это может привести. То есть это вопросы конкретного взаимодействия структур военного управления тех государств, которые действуют сейчас на территории Сирии. И я думаю, соответствующие выводы будут извлечены как политическим руководством, так и, соответственно, органами военного управления.

– Когда говорят "сирийские ПВО сбили", имеется в виду, что кнопку нажимают тоже сирийские военные или там есть российские консультанты? И какого качества оборудование у них?

– Я думаю, что пальцы у них работают достаточно, чтобы самим нажимать на кнопки той техники, которая находится в их распоряжении.

– Почему тогда так вышло? Я хочу уточнить техническую сторону вопроса, потому что, как мне кажется, должна быть у российских самолетов и у сирийских ВВС в этой ситуации единая система оповещения "свой-чужой".

– Я не уверен, что она должна быть единая, не так проста эта задача. Поэтому это все-таки вопросы чисто взаимодействия организационного, а не технического.

– Когда будут разбирать последствия того, что произошло, я думаю, какие-то выводы будут российские военные делать и в отношении взаимодействия с Израилем, и в отношении взаимодействия с Сирией. Как вы думаете, какие выводы будут?

– Я думаю, что, во-первых, эти выводы не будут носить характер взаимных обвинений, а прежде всего будут нацелены на поиск вариантов взаимодействия, которые бы исключали подобного рода инциденты. Конкретные или практические шаги.

– То есть не будет военного обострения? Это будет попытка найти такой компромисс, который бы помог российским военным избежать потери, я правильно понимаю?

– Уверен. Более того, если бы аналогичная ситуация была применительна к ситуации применения авиации американской, мне кажется, что здесь бы подобный инцидент не возник бы.

– Почему?

– Потому что, по-моему, налажен такой уровень взаимодействия, который бы позволил на более раннем этапе оповестить российскую сторону и избежать подобной ситуации.

– Кстати, как вы думаете, как российские военные относятся к ситуации, в которой они находятся: когда Израиль наносит удары по Сирии, то есть по союзнику России, и при этом отказываться от этих планов не будет, объясняя их необходимостью защищать свое государство, свои интересы? Это будет продолжаться?

– Я думаю, конечно, несмотря на то, что клубок противоречий достаточно серьезный в регионе, до российских военных руководство доводит всю политическую обстановку.

Какие группировки и войска чьих стран контролируют Сирию
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:02:19 0:00

Две недели назад журналист Настоящего Времени Ксения Соколянская взяла интервью у министра обороны Израиля Авигдора Либермана. Они, в том числе, поговорили и о ситуации в Сирии. Вот фрагмент этого интервью.

Министр обороны Израиля Либерман – о ситуации в Сирии
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:01:33 0:00

– В данном случае во многом российские интересы и наши совпадают: стабильность Сирии, отсутствие иранского военного присутствия. Будут ли там строить многоэтажные дома или будут там заниматься сельским хозяйством – это нас меньше волнует.

Вы знаете, там уже 600 тысяч убитых, миллионы раненых и семь миллионов беженцев и перемещенных лиц.

Мы не страдаем комплексом величия. Мы понимаем, что мы – маленькая страна. Мы не мировая держава, мы не собираемся решать проблемы всего мира. Есть ООН, есть Совет Безопасности, есть Лига арабских государств, есть Евросоюз, НАТО – пускай они решают проблемы по всему миру. Единственное, чего мы хотим добиться, – чтобы нас оставили в покое и чтобы мы могли спокойно, мирно созидать, производить тут то, что мы можем. Я имею в виду наши IT, ICT, заниматься развитием науки. Но, к сожалению, нам никто не хочет позволить это делать спокойно, без угроз, без провокаций.

Поэтому да, наверное, цена этой стабильности будет достаточно высокая, но это отнюдь не наша проблема.

КОММЕНТАРИИ

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG