Ссылки

Слабое место "Маяка". Как объяснить долгое молчание об утечке радиации


Росгидромет официально подтвердил рост содержания радиоактивного рутения-106 в атмосфере в сентябре этого года. При этом до сих пор никто официально не признал, что к выбросу рутения в атмосферу привел какой-то инцидент – несмотря на то, что экстремально высокой концентрация рутения была в Челябинской области в ста километрах от комбината "Маяк".

Пресс-служба "Маяка" отрицает причастность комбината к утечке. Росатом также заявляет, что аварий на атомных станциях в России не происходило. Впрочем, еще несколько дней назад, даже после того, как о радиоактивном облаке сообщили ученые Германии и Франции, Россия отрицала сам факт наличия рутения в атмосфере.

Рутений-106 – это изотоп, который в естественных условиях в природе не существует. Поэтому даже небольшое количество вещества в атмосфере говорит об аварийном выбросе. А вот что говорят ученые о том, как рутений воздействует на организм человека.

"Рутений, он в основном накапливается в человеческих органах – печень, почки, селезенка. И, конечно, если это высокая концентрация – это яд, естественно. Ну, примерно его действие можно сравнить с полонием-210, которым был отравлен Литвиненко. Но это очень высокая концентрация должна быть. Мы не знаем, какая концентрация была", – говорит сопредседатель Российского Социально-экологического союза Андрей Талевлин.

И сегодня же сайт "Вести.ру" опубликовал новость с заголовком "В Башкирии прошел безопасный рутениевый дождь".

В материале сообщается о том, что зафиксированное в конце сентября высокое содержание рутения в атмосферных осадках в Уфе не представляет опасности для окружающей среды.

Главный онколог Челябинского края, где зафиксирован выброс рутения-106, порекомендовал жителям не переживать, смотреть футбол и пить пиво, а в городе Озерск, где расположено предприятие по переработке ядерных отходов "Маяк", агентству "Интерфакс" сообщили, что паники не наблюдается.

Раньше в Озерске работал фонд "Планета надежд", который российские власти признали иностранным агентом. Фонд защищал права жертв радиационного облучения в Челябинской области. После обвинений в промышленном шпионаже его глава, юрист и эколог Надежда Кутепова была вынуждена эмигрировать. Настоящее Время попросило эксперта объяснить, почему об аварии на "Маяке" стало известно только сейчас.

— Надежда, благодаря вашим довольно глубоким знаниям того, как устроен завод "Маяк", мы можем предположить, что нам удастся сегодня хотя бы приблизиться к раскрытию тайны этого облака из рутения. Но первый вопрос у меня вот какой: вы понимаете механизм того, как и что происходит? Европа сообщает об утечке ядерных веществ раньше, чем об этом становится известно жителям России.

— Я понимаю этот механизм, потому что всегда так было в истории "Маяка". Некие внешние наблюдатели, некие внешние исследователи всегда находили результаты деятельности "Маяка", и только потом, спустя длительное время, "Маяк" признавался в этом.

— Почему "Маяк" не признается в этом сразу? Это связано с какими-то судебными исками или просто такая практика?

— В разных случаях ситуация бывает разная. Почему сейчас он не признается, я вам поясню: дело в том, мы предполагаем, что авария произошла на печи остекловывания высокоактивных радиоактивных отходов на радиохимическом заводе № 235 завода "Маяк". Эта печь остекловывания отходов является частью любимой легенды "Маяка" о замкнутом ядерном цикле.

Что это такое? Отработанное ядерное топливо, извлеченное из атомных станций, поступает на "Маяк", далее они на этом заводе его перерабатывают, и в процессе этой переработки у них образовывается огромное количество радиоактивных отходов, самыми опасными из которых являются высокоактивные отходы. Они представляют большую опасность для окружающей среды. И для этого была изобретена технология остекловывания. Они смешивают отходы с жидким стеклом, охлаждают и помещают их на вечное хранение под землю. И без этой печи миф о замкнутом топливном цикле не существует. Поэтому им печь эта нужна просто позарез.

— Это единственная печь на заводе?

— Это единственная печь вообще в России. Таких предприятий в мире всего три.

— Она не очень хорошо работает? Если это такая важная печь, то как это может быть?

— Вы знаете, история печей остекловывания на ПО "Маяк" начинается с 1987 года, их было уже несколько – если я не ошибаюсь, то это уже пятая по счету. И это какое-то слабое место "Маяка", то есть с этими печами всегда что-то у них происходило, какие-то мелкие инциденты. Причем между собой в городе мы говорим: на печке то произошло, печку остановили. Примерно как вы говорите про микроволновую печь.

Последняя печь по плану должна была быть построена в период 2015-2016, но из-за того, что "Маяк" заключил договор с предприятием-банкротом на строительство этой печки, вовремя она построена не была, и сегодня мы не знаем, кто построил эту печь, какие специалисты ее строили. Но очевидно, что построена она была с нарушением сроков, очень быстро, и, возможно, принята была точно так же. Именно поэтому, видимо, что-то произошло.

— Теперь немножко физики. Рутений-106, вы написали у себя в блоге, обладает особенностью: при остекловывании существует такая фаза состояния вещества газообразная, когда он может утечь мимо фильтра и попасть в открытый воздух. Я правильно излагаю в общих чертах суть?

— Вы излагаете правильно, именно так эту историю изложил специалист по физике. То есть здесь нужно понимать, что я социолог и юрист, я занимаюсь защитой прав пострадавших, и для того чтобы получить версию специалиста по физике и химии, я обратилась к экспертам, именно так был описан этот процесс. И потом уже по этому процессу мы нашли виновника.

— Француз-физик действительно об этом написал, вы про это так и рассказали. Теперь вопрос: вы дальше в своем блоге утверждаете, что руководство завода № 235 могло не сообщить об этой утечке руководству предприятия "Маяк" и даже "Росатому". Из этого я делаю вывод, что "Маяк" состоит из многих предприятий, у каждого свой директор. Ок. Но это же радиация. Как может нижестоящий начальник не сообщить о таком происшествии вышестоящему начальнику? А главное, в чем смысл?

— Вы знаете, эта проблема достаточно комплексная. Почему я так предположила – потому что такой случай уже был. В 2007 году анонимный звонок поступил на мой телефон, и кто-то сообщил мне, что на этом же заводе № 235 произошел разрыв пульпопровода, и радиоактивная пульпа вылилась на территорию завода, был привлечен персонал. Я пыталась узнать что-то по своим каналам, была тишина.

На свой страх и риск я сделала заявление, и оказалось, что все это правда. И как раз в этом случае руководство завода № 235 скрыло эту аварию от руководства "Маяка", директор завода был уволен, были многочисленные последствия – штрафы и все прочее. Поэтому такая история уже была.

— Облако рутения, которое перемещается из Челябинской области в Европу, проходит через огромное количество дозиметрических станций, расположенных на территории Российской Федерации. Неужели контролирующие органы в России не знали о том, что произошла утечка?

— Я не могу комментировать систему контроля в Российской Федерации, я могу комментировать только те документы, которые я видела. Документ опубликован Росгидрометом, он показывает нам различные точки контроля на территории Российской Федерации и даты контроля. Например, если мы смотрим на те города, которые находятся вблизи Озерска, то есть это Новогорный, Худайбердинск, Аргаяш и Метлино, то замеры там производились 25-26 сентября или, например, 26 сентября – 1 октября. Это производился отбор проб. А далее стоит дата, когда производились измерения, из чего я для себя сделала вывод, что измерения проводятся позже, чем отбираются пробы, эта разница составляет две недели.

То есть здесь, видимо, происходят какие-то бюрократические вещи, которые нам, людям, не знакомым с их регламентом, непонятны. Нам кажется, что если прямо сейчас произошла утечка, прямо сейчас про нее должно быть известно. Но, видите, эта ситуация показывает, что это не так.

Кроме того, немножко непонятно, по какому принципу отбирались эти города, потому что, например, город Озерск в принципе лежит в направлении европейском, но по Озерску никаких измерений нет. По близлежащим городам никаких измерений нет, там ближайший населенный пункт – это Уфа, следующий – Бугульма, они там дают серьезные загрязнения. Поэтому что-либо сказать о системе контроля не могу. Честно говоря, я точно так же шокирована, как и вы, то есть я думала, что все гораздо лучше.

— Вы работали с этим предприятием "Маяк", скажите, его можно назвать стратегически важным для Российской Федерации, имидж предприятия "Маяк" очень важен для Российской Федерации или нет?

— Нет.

— Не важен имидж предприятия "Маяк" для Российской Федерации. Почему?

— Дело в том, что "Росатом" давно уже стал некоторым государством в государстве. И мне бывает очень обидно, когда то, что делает "Росатом", сваливают на Российскую Федерацию, потому что для меня очевидно, что Российская Федерация немножко не контролирует "Росатом" и не контролирует "Маяк".

— Эта ситуация, на ваш взгляд, верная или не вполне верная?

— Вы знаете, эта ситуация, с моей точки зрения, должна служить индикатором для нас, она должна служить сигналом опасности. Потому что действительно уровень загрязнения рутением был очень небольшой, он не представлял опасности для жителей Европы, докуда он долетел. Но если мы предположим, что какая-то серьезная авария произойдет на "Маяке", то ведь будет та же самая ситуация: "Маяк" будет до последнего отрицать, что что-то произошло. А мы тут будем сидеть и гадать с вами.

Меня удивляет система контроля, организованная внутри атомной отрасли. То есть "Маяк" что-то сообщил "Росатому", "Росатом" этому поверил, подтвердил, "Росатом" что-то сообщил МАГАТЭ, МАГАТЭ это тоже выдал за истину в последней инстанции, а мы потом сидим и гадаем, о чем они там втроем договорились. Они вне контроля.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG