Ссылки

Новость часа

"Тринадцать раз был в статусе террориста, 14 – экстремиста". Кто попадает в черный список Росфинмониторинга и как из него выйти


"Находишься публично как экстремист и террорист в списках с Усамой бин Ладеном". Список Росфинмониторинга как способ давления властей
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:06:58 0:00

"Находишься публично как экстремист и террорист в списках с Усамой бен Ладеном". Список Росфинмониторинга как способ давления властей

В России за последний год резко увеличилось число людей и организаций, признанных "иностранными агентами". Но это не единственный инструмент давления властей. Еще один способ – список Росфинмониторинга. В него попадают люди, которых государство считает причастными к экстремистской деятельности или терроризму. У них блокируют банковские счета, и многие не могут пользоваться картами и устроиться на работу.

"Захожу я в банк и говорю: могу я оформить карту? Они говорят, да, давайте паспорт. Вбивают данные в базу и говорят: ой, извините, банк выдает отказ", – рассказывает Иван Асташин. Он отсидел более 9 лет. Суд посчитал Ивана виновным в терроризме и участии в деятельности "Автономной боевой террористической организации", в России она запрещена и признана террористической. "Мемориал" признал Ивана Асташина политическим заключенным, а Европейский суд по правам человека присудил ему 6 тысяч евро за нарушение условий отсидки. Но получить эти деньги, да и вообще любые деньги Иван не может.

"Людей, которые находятся в списке Росфинмониторинга, государство загоняет в серую зону. Не все поймут, если объяснить, что сидел за терроризм", – говорит Асташин. Он оказался в списке Росфинмониторинга после приговора суда.

Список создавался для противодействия финансированию терроризма, и людей, упомянутых в нем, более пристально проверяли при совершении финансовых операций. Но в 2013 году были приняты поправки к закону, согласно которым всем осужденным за терроризм и экстремизм и подозреваемым, если того захочет следователь, нельзя пользоваться банковскими картами, осуществлять финансовые операции с имуществом, вступать в наследство, получать выплаты по страховке.

"Человек может тратить на себя или иждивенца 10 тысяч рублей в месяц, а если ему нужно больше, он пишет просьбу и объясняет, почему ему нужно больше. А если человек был осужден за некоторое деяние, не связанное с деньгами? Почему автоматически он получает дополнительное наказание? Человек мог совершить серьезное преступление, просто оно не про деньги. Какие основания думать, что он будет финансировать какую-то деятельность?" – задается вопросом руководитель центра "Сова" Александр Верховский.

Тюменского блогера Алексея Кунгурова осудили по делу об оправдании терроризма. Блогер в своем "Живом журнале" в 2016 году раскритиковал военную операцию российских военных в Сирии.

"Пока отбывал наказание в местах лишения свободы, – рассказывает Кунгуров, – жена перевела тысячу рублей на "ларек", как зэки говорят. Тут же ее банковский счет был заблокирован за финансирование терроризма.

Кунгуров освободился из заключения в июне 2018 года, правозащитники "Мемориала" считали его политическим заключенным.

После освобождения Кунгурову пришлось пользоваться карточкой жены, так как ему отказывали в открытии собственного счета. Из-за нового уголовного преследования он уехал в Грузию.

Там же теперь живет и Данила Бузанов, который отсидел полтора года за разжигание ненависти и вражды. Бузанов подрался со своим знакомым, который симпатизировал так называемым "ДНР" и "ЛНР". По версии следствия, в драке Бузанов выкрикивал проукраинские лозунги.

"Росфинмониторинг тяжел тем, что ты находишься публично как экстремист и террорист в списках чуть ли не с Усамой бен Ладеном, об этом сразу публикуется новость – первый экстремист в нашем городе, и это очень морально давит и на жизни сказывается", – говорит Бузанов.

После освобождения из колонии Данила не мог устроиться на официальную работу. Через три года, после погашения судимости, его вычеркнули из списка Росфинмониторинга.

"Вряд ли работодатель захочет связываться с человеком, который находиться в таких списках. Он не хочет проблем, проверок, привлекать внимание полиции. Работал у друзей, наличными получал, так и выбирался, очень сложно, и так три года", – рассказывает Бузанов.

Глава центра "Сова" Александр Верховский считает, что автоматическое добавление всех подозреваемых и осужденных за терроризм и экстремизм в лист Росфинмониторинга не имеет смысла. На практике следствие могло бы более избирательно подходить к блокировкам, говорит он: "Я бы понимал, если б эти меры устанавливались судом. Вот приходит следователь в суд и говорит, что у нас есть данные, что этот человек будет финансировать противозаконную деятельность, скажем, экстремистскую, давайте ограничим его в пользовании своим счетом. Суд это утверждает. Это похоже на то, как утверждается мера пресечения".

Иван Шукшин из Геленджика работает программистом. О списке Росфинмониторинга он узнал после дела Марии Мотузной – ее осудили за мемы, которые, по версии следствия, оскорбляли чувства верующих. Шукшин создал телеграм-бота, который публикует обновления списка тех, кто, по мнению российских властей, причастен к терроризму и экстремизму.

"В июне было добавлено 100 экстремистов. За мои годы наблюдения это рекорд. В целом лето было очень напряженное. Был удивлен, что туда добавляют и детей. Я думал, что там закоренелые преступники, а не маленькие дети, которые в школу ходят", – говорит Иван Шукшин.

Новички списка часто сами находят Ивана и пишут ему. Кто-то делится радостной новостью об исключении из листа, кто-то просит удалить свою фамилию. Иногда Иван дает советы о базовой правовой помощи. Бывают и курьезные случаи, рассказывает Иван: "Один парень поменял свой статус несколько раз. 13 был в статусе террориста и 14 раз – в статусе экстремиста. Возможно, какие-то службы не договорились, что он так часто менял этот статус".

Руководитель информационно-аналитического центра "Сова" Александр Верховский считает, что практика массового добавления людей в список Росфинмониторинга является не только дополнительным наказанием, но и вообще не работает на исправление осужденных: "Неразумно со всех мыслимых точек зрения, если мы говорим об этих людях как о преступниках, которые должны, отбыв наказание, вернуться в общество, ресоциализация. Как они могут ресоциализироваться, если они не могут легально устроиться на работу?".

В октябре Росфинмониторинг предложил без суда блокировать счета и банковские карты при подозрении, что они используются для финансирования терроризма, экстремизма, организации массовых беспорядков и оборота наркотиков. Решение о блокировке операций могут принимать руководители ФСБ, МВД и Росфинмониторинга, а также их заместители и отдельные руководители территориальных органов ФСБ и МВД. Принимающий решение о блокировке счетов руководитель должен направить копию решения прокурору. В случае если прокурор опротестовал такое решение, оно отменяется.

На сегодняшний день в списке ведомства находится 11569 человек.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG