Ссылки

Новость часа

"Есть революция, но пока нет революционеров". Что происходит с протестным движением в Беларуси


В Беларуси продолжаются протесты против результатов президентских выборов и последовавшего за ними милицейского произвола. В воскресенье в Минске проходит "Марш новой Беларуси".

Что происходит с протестным движением в Беларуси, мы поговорили с политологом Валерием Карбалевичем.

Что происходит с протестным движением в Беларуси
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:07:06 0:00

– Насколько, по вашему мнению, сегодняшний митинг важен для самих протестующих на фоне общего затишья в последнее время?

– Безусловно, сегодняшний митинг очень важен, прежде всего с точки зрения психологической, с точки зрения демонстрации, что протестный потенциал никуда не исчез, он есть, что народ продолжает бороться. Это очень важно, потому что власть перешла в наступление достаточно решительное. И пытается, скажем, вернуть назад то пространство свободы, которое удалось отвоевать в эти две недели после выборов.

– Что вы называете наступлением?

– Я имею в виду и те митинги провластные, которые были организованы во многих городах Беларуси, и включение механизма политических репрессий: стали увольнять активных участников забастовок, на государственных предприятиях администрация предприятий стала жестко давить на людей, которые хотят бастовать. И поэтому удалось фактически приостановить процесс всеобщей забастовки в стране. Продолжается блокирование интернета, более того, сейчас оно приобрело какую-то легитимную форму. Даже две газеты не вышли вчера, что странно – в эпоху интернета бороться с газетами. Ну и вся риторика Лукашенко, официальных лиц, министр обороны пугает и военнослужащих, и народ гражданской войной, демонстрирует готовность армии пострелять народ. И награда Лукашенко людей, сотрудников Министерства внутренних дел, которые участвовали в тех самых репрессиях в местах заключения.

– А почему он все это делает? Почему Лукашенко перешел в наступление, как вы сказали?

– Во-первых, он почувствовал, что протест начинает буксовать, что не удалось протестующим дальше отвоевать какое-то пространство свободы, не удалось освободить политзаключенных – более того, их количество начинает увеличиваться. И самое главное, он видит, что не удалось протестующим добиться раскола государственного аппарата, раскола номенклатуры или хотя бы откола от этой номенклатуры достаточно крупных структур. Пока, мы видим, государственный аппарат демонстрирует лояльность Александру Лукашенко, он демонстрирует свои мобилизационные возможности, те самые митинги, о которых я говорил. И все это дает ему основания перейти в наступление. О чем он, кстати говоря, постоянно предупреждает.

– А из-за чего на спад пошел протест? Из-за чего протестующим не удалось добиться и эйфория их уходит? Что-то было неправильно сделано или чего-то не было сделано, может быть?

– Видимо, не удалось достаточно полно мобилизовать то большинство народа, которое протестует против Лукашенко. Самое главное поражение – это не удалось осуществить забастовку хотя бы на крупных предприятиях. Были локальные попытки, но они пока не закончились успехом. Существует определенный дефицит лидерства, дефицит руководства и управления протестным движением. То есть нет генштаба. Есть революция, но пока нет революционеров. И это тоже определенным образом влияет на то, что нет движения в сторону победы. Любая революция тогда может быть успешной, если она добивается каждый день хоть маленьких побед. Если этого нет, то власть в силу самой инерции как бы укрепляет свое положение, она адаптируется к этой ситуации и начинает переходить в наступление – это правило, закон любых революций.

– А какой шанс, что революционеры в белорусской революции появятся? Может быть, среди протестующих на улице.

– Шанс всегда есть. И уже я вижу появление лидеров, например, тот же Павел Латушко совершенно очевидно претендует на лидерство. Но пока мы наблюдаем усиление наступлений со стороны власти.

– Как вам кажется, чего нам ждать в ближайшие дни? Конкретно меня интересует уже завтрашний день, потому что Александр Лукашенко обещал, что с понедельника все будет по-другому. Стоит ли опасаться каких-то еще более жестоких мер?

– Во-первых, к его риторике надо относиться скептически, потому что он часто больше пугает, чем реально осуществляет те действия, о которых говорит. Но, безусловно, он рассчитывает на силовой сценарий. Безусловно, он будет пытаться его реализовать. Насколько успешно – я думаю, что власти будут зажимать гайки понемножку, шаг за шагом, потому что первые три дня попытались очень резко, и в результате оказалось, что резьба сорвана, общество возмутилось масштабом репрессий. Поэтому сейчас он будет делать это постепенно, шаг за шагом.

Вот, смотрите, в Гродно: когда протестующим удалось отвоевать главную площадь – и даже по местному государственному телевидению шел прямой репортаж с митинга на этой площади, Лукашенко увидел, что местные власти либеральничают, и тут же поменял руководителя области. То есть как только он увидит, что где-то, в каком-то месте прорывает плотину, он тут же ее затыкает.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG