Ссылки

Новость часа

"Этого Лукашенко никогда не простят". Обозреватель DW – о реакции западной прессы на миграционный кризис


Шантаж, который устроил ЕС Лукашенко, помог странам блока пока забыть разногласия прошлого. Еще недавно консервативное правительство Польши регулярно вызывало нарекания Брюсселя, звучали предложения даже сократить или вообще прекратить субсидии, которые ЕС выделяет Варшаве. Теперь страны евроблока заявляют о полной солидарности с Польшей. Как в Европе и, в частности, в Германии, куда стремятся попасть мигранты, воспринимают нынешний кризис? Что пишут местные медиа, как реагирует общество? Мы задаем эти вопросы журналисту, обозревателю, много лет работающему в Германии – Ефиму Шуману.

Что о миграционном кризисе пишут в немецких медиа? Отвечает обозреватель DW Ефим Шуман
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:06:20 0:00

– Есть ли единый нарратив в немецких медиа, когда речь заходит о ситуации на белорусско-польской границе? Вспоминают ли миграционный кризис 2015-го?

– Как пишут немецкие СМИ, как рассказывают, говорят репортеры, комментаторы на немецком телевидении, сравнивать 2015 год и ситуацию сейчас – нельзя. По разным причинам. Одна из причин – то, что сейчас речь идет о нескольких тысячах, тогда речь шла о миллионе, или больше даже миллиона беженцев. Вторая причина – она не количественная, а качественная. Тогда речь шла действительно о беженцах, которые выбирали очень трудные пути, – через несколько стран, через опасное море, гибли – и до сих пор гибнут некоторые из Северной Африки, кто пытается добраться в Европу морем.

Сейчас речь идет, как показывает практика, о людях, которые взяли билеты на самолет. Продав все, что у них было, получив деньги за свое, может быть, жилье, мебель, там, но купив билеты на самолет и прилетев в Минск, где их препроводили к границе. Конечно, это беженцы. Ясно, что они хотят в Европу. Но ситуация другая. И поэтому сравнивать немецкие СМИ – не сравнивают, или, скажем, даже пишут о том, что сравнивать нельзя. Причем как консервативные, как например Frankfurter Allgemeine Zeitung, так и левая Taz.

– А что с обещанием Меркель принять всех беженцев, о котором старательно напоминают белорусские и российские СМИ?

–​ Надо сказать, что вот “обещание Меркель принять” – это не совсем точно характеризует то, что она сказала. Она сказала о том, что существует проблема и мы с этой проблемой справимся. Справились. Проблемы этой сегодня нет. Как нет проблемы, например, беженцев из балканских стран, когда там шли войны сразу в нескольких новых странах, образовавшихся на месте бывшей Югославии.

– Получается, немецкие медиа согласны с тем, что кризис на границе искусственный, что он создан Минском. Можно ли считать операцию Лукашенко успешной, как вы считаете?

–​ Лукашенко сделал большую ошибку. Тем, что попытался шантажировать – и именно это слово употребляют и политики, и средства массовой информации, “шантаж” – Европейский союз тем, что вот, координированно пустил беженцев к границе, чтобы они прорвались.

Дело в том, что в Германии, например, да и вообще в Европе, больше всего людей занимают именно страдания других людей. И когда речь идет о том, что таким образом манипулировать людьми, инструментализировать беженцев, их страдания, чтобы добиться своих политических целей – этого Лукашенко никогда не простят. Ни прежние какие-то его похождения политические, ни посадка самолета в Минске не вызвали такой бурной, стопроцентной отрицательной реакции в отношении Лукашенко.

– Если Лукашенко – изгой европейской политики, то как немецкие СМИ оценили звонок Ангелы Меркель? Белорусская пропаганда бахвалится – мол, позвонила сама и целых 50 минут разговаривала.

–​ Были публикации, в частности, бульварной, но очень крупной газеты Bild, что вот, мол, Меркель пошла просить или позвонила Лукашенко, чтобы просить у него что-то. Пошла на поклон к Лукашенко.

Огромное большинство комментаторов расценивают это совершенно по-другому. Она ищет компромисс. Вот эта реакция пропагандистских СМИ, и в Беларуси, отчасти и в России – “аааа, забоялись! начали звонить!” – это глупая реакция. Это не признак слабости, а признак силы. И заметьте: она не позвонила человеку сначала, который спровоцировал конфликт, – Лукашенко. Она позвонила Путину. И это тоже политический ход. Мол, "ты тут фигура второстепенная". А разговор – 50 он минут шел, может, он шел 48 минут, – это уже вопрос второй.

– Как вам кажется, шантаж Евросоюза – единственная цель Лукашенко?

–​ Что он пытается, кроме того, сделать – он пытается под шумок этого кризиса дальше давить оппозицию, реальную или мнимую. В день, когда была координированная попытка прорвать границу, в тот же день арестовали Ольгу Горбунову, правозащитницу в Беларуси. За день до этого – лыжницу Александру Романовскую, чемпионку мира.

Сейчас на Западе, когда говорят о Лукашенко и Беларуси, естественно, пишут прежде всего об этом кризисе. Но не забывают и о том, что в Беларуси сейчас 830, если я не ошибаюсь, политических заключенных, официально признанных, что это репрессивный режим и с таким режимом, с таким человеком вести диалог невозможно.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG