Ссылки

Новость часа

"Попытка выторговать преференции перед Евросоюзом". Зачем белорусским властям показывать Протасевича на прогулке и звуковые щиты МВД


Зачем показывать спецоружие белорусского МВД и заводить твиттер Протасевичу
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:11:33 0:00

Зачем показывать спецоружие белорусского МВД и заводить твиттер Протасевичу

Экс-главред телеграм-канала Nexta, задержанный в Беларуси после принудительной посадки самолета и переведенный недавно под домашний арест, завел твиттер. В аккаунте от его имени появилось видео с прогулки, там же автор просит задавать ему вопросы. Сообщения выглядят позитивно, там сообщается, что он живет в загородном доме вместе со своей девушкой, россиянкой Софьей Сапегой, а "товарищ майор живет этажом ниже".

Эти сообщения отличаются от всего того, что Протасевич писал в соцсетях до задержания, и больше похоже на те "интервью", которые он давал под контролем силовиков. Один из пользователей попросил его подать знак, что он пишет эти сообщения под контролем, например написать два знака препинания подряд. В одном из твитов Протасевич поставил два дефиса подряд вместо тире.

Зачем появился этот аккаунт и насколько можно доверять его содержимому, Настоящему Времени рассказал экс-начальник отдела ГУБОПиК белорусского МВД Александр Азаров.

— Роман Протасевич вдруг вышел в соцсети, записал обращение 15 секунд, якобы рассказал о том, что он живет сейчас в одной квартире, даже в одной комнате с Софьей Сапегой, на нижнем этаже живет кто-то из силовиков. Как вы можете это расценить? Многие пользователи заподозрили, что в соцсети Протасевича вывели недобровольно.

— Конечно, недобровольно. Если человек находится под арестом, в отношении него возбуждено уголовное дело за совершение особо тяжких преступлений, то он добровольно вообще делать ничего не может. Что он делает – это все только по указанию того же КГБ, который курирует эти дела. Поэтому относиться к этому серьезно нельзя.

— Для чего силовики вывели в соцсети Романа Протасевича?

— Тут не только силовики – тут власть работает именно с Евросоюзом. Здесь идет противоборство с Евросоюзом. Евросоюз наложил санкции, и, как всегда у нас бывало в таком случае, власть начинает применять какие-то свои методы, чтобы выторговать уменьшение этих санкций, снятие их и так далее – преференции какие-то. Они задерживают людей, которые признаются политическими заключенными, потом их начинают выпускать взамен на снятие санкций. Тут то же самое – Протасевича отпустили из-под стражи, держат его в каком-то доме, но это попытка выторговать какие-то преференции перед Евросоюзом, потому что власть видит, что санкции действуют и это очень сильно влияет на экономику.

Я, допустим, знаю, что сейчас даже поступило указание всем предприятиям государственной формы собственности расторгнуть договора с Евросоюзом и переориентировать их на восток. Но те же россияне уже не хотят с нами заключать договора. Россияне заключают договора чисто из-за того, что Лукашенко лично к ним съездит, попросит, и они в виде исключения [скажут]: "Ну ладно, так уж и быть, давайте купим 10 тракторов". Им уже не нужно белорусское оборудование, и у нас уже сейчас идут такие разговоры в структурах власти, что уже небывалый кризис. Поэтому власти идут на все, что можно: "Давай выпустим Протасевича и что-нибудь попросим", – только так я вижу.

— На этом пятнадцатисекундном видео Роман достаточно бодрый, вроде бы как веселый. Вы понимаете, что сейчас на самом деле может происходить с Романом Протасевичем?

— Ему ставится задача – он ее должен выполнять. Как мы раньше разбирали его речи – это в большинстве своем заученные ответы на вопросы. Ему пишутся тексты, он их заучивает, а потом их озвучивает в эфире. Даже радость у него может быть неподдельная, потому что он сидит не в камере с уголовниками, а находится на свежем воздухе на улице и смотрит вдаль. Человек этому может радоваться. А любой выход человека из камеры – даже по службе, к примеру, ты человека подымаешь из камеры для разговора, и он уже рад, что ты его забрал из этой камеры, и не важно, для чего его оттуда забрали. Просто само нахождение в камере очень тягостно, и любой выход – не важно для чего: для дачи интервью, для проведения следственных действий или еще чего-то – его очень радует.

— И родители стали отказываться от эфиров, в том числе и с нашим телеканалом, я так понимаю, что фактически и родители находятся в заложниках у белорусских властей?

— Конечно. Я даже не исключаю, что на них выходят люди из органов и просят их вести себя в определенных каких-то ситуациях так, как нужно именно органам, взамен на какие-то преференции по содержанию Романа.

— Сейчас можно предугадать дальнейшие действия белорусских властей по отношению к Роману Протасевичу? Допустим, Евросоюз ослабляет санкции – Романа Протасевича отпускают на свободу и, может быть, даже из Беларуси его куда-нибудь депортируют?

— Насчет свободы я сомневаюсь. Ему могут, конечно, уменьшить срок либо поменять статьи уголовные. Но то, чтобы его полностью отпустили, мне кажется, это невозможно. Он однозначно будет осужден, но вопрос – когда? Потому что у нас по политическим делам решения принимаются сверху – не как следователь решит, а как ему скажут сделать. Поэтому дело могут расследовать бесконечно долго. И если Евросоюз не отреагирует на эти послабления в отношении Романа, то, соответственно, Роман станет не нужен власти, они его обратно посадят в камеру и забудут про него.

***

Тем временем белорусский телеканал СТВ показал фильм, посвященный 22-летию создания Специального отряда быстрого реагирования (СОБР) МВД. На кадрах – новое вооружение, помощью которого бойцы спецназа будут бороться с оппозицией: противоударные щиты, звуковые щиты, палки-электрошокеры. Азаров рассказал Настоящему Времени, действительно ли СОБР могли усилить столь красочными спецсредствами и зачем надо показывать это по телевизору:

— Введите нас в курс, какую славу имеет СОБР на территории Беларуси? Я помню, что бывшего командира подразделения Дмитрия Павличенко называли "командиром эскадрона смерти", по неофициальной версии, совершавшего убийства по распоряжению Лукашенко.

— Да, такая информация имеется. Но когда я служил, СОБР всегда использовался ГУБОПиКом именно для задержания преступников, то есть очень плотно работали мы вместе, и всегда если группа ГУБОПиКа куда-то ехала, брали группу СОБР для совершения задержаний.

Просмотрев этот фильм, он у меня вызывает только улыбку, потому что эта экипировка похожа на экипировку каких-то суперменов из американских фильмов. СОБР не может никак ее применить в реальности, потому что их задача – задержание преступника. Они подъезжают на микроавтобусе, быстренько выскакивают, задерживают человека, засовывают в микроавтобус, уезжают. То есть они не предназначены для разгона каких-то демонстраций. Их подразделение малочисленно. К примеру, представьте, что выскакивает из автобуса сотрудник СОБРа с вилами, которые два метра высотой, – они в микроавтобус не поместятся, их нужно крепить на крыше. Это вообще непрактичное вооружение, и я считаю, что этот фильм снят чисто для демонстрации какой-то силы, чтобы людей напугать. Это чистейшая пропаганда. Вы все знаете, что сейчас средств финансовых не имеется и закупать дорогостоящее вооружение нет возможности. И такое оборудование может быть приобретено, как я читал комментарии, даже люди находили на китайских каких-то сайтах. То есть это приобретено чисто в единичном экземпляре только для снятия фильма.

— Вы говорите, что для устрашения белорусов. В Беларуси еще есть люди, которые не боятся силовиков и которые не боятся СОБРа, в частности?

— Сейчас пропаганда такая по телевидению общегосударственному идет, чтобы людей запугать окончательно, чтобы никто не выходил на протесты. Если раньше, вы помните, Карпенков в своих речах говорил, что нужно каждого человека покалечить таким образом, чтобы он физически не мог на следующий день выйти на улицу, то сейчас пропаганда нагнетается ежедневно, задерживают людей. Даже могут не задерживать людей – садят человека, который рассказывает различную ерунду, что он зарегистрировался, где-то его задержали или он еще что-то там делал. То есть это все направлено на устрашение, чтобы люди перестали выходить на протесты. Это именно работа пропагандистов.

— По поводу этих спецсредств, которые показаны в этом так называемом фильме. Раньше этого всего на вооружении СОБРа в принципе не было?

— Конечно, нет. Им не нужны никакие щиты, вилы или еще что-то. Они должны быть мобильными. Им даже автомат мешает. Они выскакивают из автобуса мгновенно, кого-то захватывают, обратно в автобус запихивают и уезжают. То есть это их задача. Но чтобы с вилами, со щитами бегать – ну это вообще.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG