Ссылки

Новость часа

"Я хотела гуманизировать коммунальщиков". Документалист Надя Парфан о победе на "Золотой Дзиге"


Обладателем украинской национальной кинопремии "Золота Дзига" в номинации "Лучший документальный фильм" в 2020 году стал полнометражный дебют Надежды Парфан "Поет Ивано-Франковсктеплокоммунэнерго", созданный при поддержке Настоящего Времени.

Фильм рассказывает о коммунальщиках, которые в перерывах между починками труб и скандалами с недовольными гражданами поют в хоре.

Надя Парфан – куратор независимых культурных проектов и соосновательница фестиваля кино и урбанистики "86" в Славутиче. Изучала культурологию в Киеве и социальную антропологию в Будапеште. В 2012–2013 годах была стипендиаткой программы академических обменов им. Фулбрайта в США. Автор статей и научных публикаций в журналах "Коридор", "Спільне", "Політична критика", "Україна модерна". В 2014-2015 годах училась на курсе документальной режиссуры в Школе Анджея Вайды, после чего дебютировала со среднеметражной работой Reve ta Stohne On Tour о молодых украинских музыкантах.

– Каковы твои ощущения после победы на "Золотой Дзиге"?

– Мы получили признание зрителей, но признание коллег особенно важно. Приятно чувствовать, что ты принадлежишь к сообществу кинематографистов Украины, что оно тебя видит и понимает.

– Ты по образованию культуролог. Что побудило тебя связаться с кино? Сначала фестиваль, потом – режиссура…

Кинофестиваль и кураторская деятельность – логическое развитие культурологического образования. Ты понимаешь, как работает культура, что такое коммуникация, так что это работа по профессии. Культуролог – это человек, который умеет хорошо думать, хорошо анализировать, хорошо писать, хорошо говорить. Эти умения помогают в фестивальной сфере. А вот в режиссуру я пришла случайно.

Я сняла эскиз о том, как люди передают деньги за проезд в маршрутках. Меня очень сильно проперло

В культурологической тусовке я всегда была больше антропологом. Человеком поля, практики. Я чувствую мир через людей. В Центральноевропейском университете в Будапеште у нас был курс визуальной антропологии, где нам предложили вместо того, чтобы производить очередные тексты, попробовать создать фотоэссе или видео.

Я не интересовалась кино серьезно, относилась к нему снисходительно, даже по-снобски. Но вот мне первый раз в жизни дали камеру, и я сняла эскиз о том, как люди в Киеве передают деньги за проезд в маршрутках. Меня очень сильно, что называется, проперло. Оказалось, что выразить то, что я имею в виду, с помощью движущейся картинки значительно проще и интереснее. Мне этот медиум нравится.

– Выходит, "Поет Ивано-Франковсктеплокоммунэнерго" – не стопроцентный дебют в кино?

Только в формате полного метра. До того я сделала несколько фильмов. Это отдельная школа – антропологическое или этнографическое кино. Оно более исследовательское, по-своему интересное, но с не очень сильными сценариями.

У меня была возможность без чувства вины заниматься таким бредом

Я год жила в Америке, купила себе камкордер Handycam и занималась бешеными вещами. Много экспериментировала, снимала очень радикальные видео, которые никогда никому не показывала. У меня была возможность без чувства вины и с некоторой экономической стабильностью заниматься таким в некотором роде бредом. А после этого пришла к более профессиональному кино.

– Тогда и появился Reve ta Stohne On Tour?

– Мне недоставало кинообразования. Я не до конца понимала, как все работает. Поступила в школу Вайды, получила щедрый грант польского Минкульта и там многому научилась. Reve ta Stohne On Tour – моя первая профессиональная работа. На ней я окончательно распробовала "искусство движущихся картинок".

– Какова была твоя режиссерская сверхзадача в "Поет Ивано-Франковсктеплокоммунэнерго"?

Коммунальщиков ненавидят все

– Очень простая и гуманистическая. Мы боремся за права меньшинств, невидимых групп. Есть прайд, когда мы выходим и солидаризируемся с правами ЛГБТ и это понемногу становится приемлемым. Есть много гомофобов, но все прогрессивные люди это принимают. А коммунальщиков ненавидят все. Это просто какой-то базис национальной идентичности. Вот я хотела гуманизировать коммунальщиков, показать, что они нормальные люди и во многом заложники ситуации.

– Что было самым сложным на этих съемках?

– Почти все. К "прыжку" от 30 минут до полного метра я была не готова совершенно. Но я и не знаю, как к такому можно быть готовым. И вся команда – дебютанты. Мы вообще не понимали, как это делать. Я много раз терялась, но у меня достаточно здорового перфекционизма и напористости, я вовремя увидела свои ошибки и потом ждала год, чтобы их исправить.

– Почему целый год?

– Потому что некоторые события там и происходят раз в год. Запуск котла, например, или отчетное выступление хора. То есть следующий дубль – через год. Я могла ждать, понимая, что у меня что-то не получилось. Значит, подготовлюсь и через год еще раз сниму. Как оказалось, это вполне нормальный метод работы, просто очень долго. Когда я начинала, то не представляла, думала, за год управимся. Оказалось нет – три года. Два на съемки, один на монтаж.

Мне очень повезло с продюсером (Илья Гладштейн – НВ). У него это тоже первый проект, он тоже учился на ходу. Он мой муж, что, кстати, не всегда хорошо, но не в этом случае: он абсолютно доверял мне как режиссеру. Я получила столько времени, сколько надо.

– А остальная семья какую роль сыграла?

– "Поет Ивано-Франковсктеплокоммунэнерго", кроме прочего, –психотерапевтическая история про принятие себя и своих истоков, своей семьи. Я здесь, в Киеве, живу как такая хипстерка: фестивали, культурология... А моя семья – про другое. Я всегда думала, что они никогда не поймут моих увлечений и того, чем я занимаюсь. Они обычные люди, их больше интересует, чтобы я внуков родила, кушать готовила, в церковь ходила. Но они понемногу поняли, что не тот случай. Болеют за меня, поддерживают все начинания. А на съемках проявились невероятным образом.

Когда я говорю, что семья была половиной продюсерской группы – это не метафора

Вот на бабушке, например, был кейтеринг. Вся съемочная группа жила с ней. Она просыпалась в 5 утра и готовила нам кофе с бутербродами. Очень полюбила нашего оператора-вегетарианца, постоянно пыталась подкормить его каким-то мясом. Моей мамы в кадре почти нет, но в титрах она записана линейным продюсером, потому что была источником информации, без нее я просто бы не поняла этот мир. Она бегала за батарейками в киоск, когда надо, решала какие-то технические вопросы. Когда я говорю, что семья была половиной продюсерской группы, – это не метафора. Без них такой фильм я бы не сняла.

– Как изменилась жизнь Ивано-Франковсктеплокоммунэнерго?

– Одной из моих целей было то, чтобы их хор продолжил существовать, потому что он постоянно под угрозой закрытия. Это роскошь для предприятия содержать его. Теперь, думаю, в ближайшие пять лет его никто не тронет.

Съездили на пару кинофестивалей, выступили хором и вернулись к своей жизни – отвечать на звонки и копать картошку на огородах

Раньше они просто пели, а теперь они стали артистами, про них сняли фильм. Люди гордятся участием в хоре, предприятие тоже гордится хором, и весь Ивано-Франковск им гордится. Пользователи инстаграма постят фотографии – вот, мол, видели "Теплокоммунэнерго" на улице. Уже нет той злобы. А сами хористы – очень спокойные, "буддистские" люди. Их узнают на улицах, им это приятно, но их жизнь особенно не изменилась. Съездили на пару кинофестивалей, выступили хором и вернулись к своей жизни – отвечать на звонки и копать картошку на огородах.

– Конечно, это хорошо, но не могу не спросить, поскольку ты теперь в материале – можно ли спасти наше коммунальное хозяйство?

– Здесь я не специалистка, но там внутри достаточно интеллектуального ресурса и конкретного пошагового понимания, что нужно делать. Тот же глава хора Иван Васильевич прекрасно понимает, как все устроено. Проблема в том, что с 1960-х эту систему ни разу не реконструировали, не поддерживали как следует.

Последние 30 лет коммунальщики оставлены один на один со своими проблемами, но они очень хорошо понимают, что надо делать. Просто базовых вещей недостает. На 5 мастеров – один гаечный ключ. Материальное обеспечение плюс стратегическое мышление – то, что может здесь помочь.

– Есть ли у тебя режиссерские планы после всех успехов?

– Это, скорее, мечты. Я достаточно долгое время работаю над проектом "Мисс Рок-Европа". Хочу рассказать о становлении независимости Украины, показать период конца 80-х, начала 90-х с рок-н-рольной, субкультурной перспективы – на примере жизни львовской панк-рок-певицы, тогдашней звезды Вики Врадий, "сестрички Вики".

Это очень женская, феминистическая история и постколониальная тоже. Мы долго были колонией других стран и все еще не знаем, какие мы крутые. Вот у меня и есть идея рассказать об этом. Хочу показать то время, ту тусовку, зарождение украинской поп-культуры. Это должен быть фильм по большей части документальный, основанный на архивных материалах плюс мокьюментари. У меня даже есть актриса, которая сыграла бы Викторию 20-30 лет назад. То есть будут и настоящие кадры с Викой, и аналогичные постановочные, чтобы устроить такую замечательную мистификацию, в которой много правды и красоты. Но, конечно, это очень масштабная затея и по работе, и по бюджету. Так что – скорее мечта, чем план.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG