Ссылки

Новость часа

Винсент, Карим, Александра и Фрэнсис. Истории трансгендерных людей


17 мая – международный день борьбы с гомофобией и трансофобией. День отмечается в память об исключении гомосексуальности из международной классификации болезней в 1990 году.

В России последняя масштабная акция в этот день прошла в 2009 году по инициативе Российской ЛГБТ-сети. Более чем в 30 городах активисты выпустили в небо воздушные шарики с "записками к миру".

Журналист Настоящего Времени Екатерина Пономарева создала проект "Форма 087". Именно под таким номером медики выдают справку желающему сменить пол.

Герои проекта – трансгендерные люди – открыто рассказывают о том, как их принимает социум, родные и близкие, чем они живут и что любят.

Винсент

Винсенту 31 год, он живет на Урале и является активистом, помогающим трансгендерным людям чувствовать себя полноценно в окружающем мире.

Для меня была трагедия, когда я узнал, что стану женщиной

"Я был девочкой, были у меня длинные волосы. Я надевал очень свободную блузку, такое жабо было красивое. Мама мне завязывала большой бант, тут была брошь. Я же был самым красивым в школе! Это было самое главное. И то, что во всем этом великолепном прикиде и в юбке я мог спокойно полезть на дерево, подраться с мальчиком – это не было парадоксом для меня, это было само собой разумеющееся. Я чувствовал себя красивым в этой одежде и хорошим ребенком", – вспоминает Винсент.

"Для меня была трагедия, когда я узнал, что стану женщиной, мне мама рассказала, что, оказывается, все девочки становятся женщинами. Сейчас я все это отношу к тому, что понимал, что это не то будущее, которого я себе хотел", – признается Винсент.

До 19 лет он жил в коммуналке вместе с родителями. Когда они узнали, что Винсент встречается с девушкой, случился "дикий скандал", и он ушел из дома. Точно не помнит, когда узнал слово "трансгендерность".

"Я боялся признать это, я боялся сказать вслух себе самому, что я чувствую себя мужчиной и что мне некомфортно. Я очень долго убеждал себя, что все ок, что я могу подкачаться. Я пытался разглядеть за этим мизогинию, женоненавистничество, может быть, какую-то травму я искал в себе. Пошел к психиатру, они тоже ничего не нашли и выдали мне справку", – делится Винсент.

Сейчас он начал принимать гормоны и говорит, что ему стало намного легче. Откладывает деньги на операцию.

По словам Винсента, насколько бы ни было неприятно его состояние, он привык жить в нем 28 лет, и выходить из него было очень страшно. Начались панические атаки, сопряженные с каминг-аутом, то есть необходимостью все рассказать родителям.

"Это неприятно, это очень тяжело, когда ты хочешь понимания, ты хочешь принятия, ты хочешь быть собой элементарно – и ты не можешь это сделать в ближайшем кругу семьи. У нас хорошие отношения с родителями. Они не готовы отказываться от меня, но и принимать тоже не готовы", –​ признается Винсент.

Винсент стал активистом – делится своим опытом с теми, кто находится в подобной ситуации.

"Не хватает информации. Какие-то экстренные ситуации, защита прав. Люди обращаются в юридическую службу, она работает постоянно. Проводим встречи неформальные для трансгендерных людей. Это мероприятие, где мы встречаемся, общаемся без каких-либо купюр", –говорит Винсент.

"Как активист и человек с трансгендерным опытом, я могу что-то сделать, и я это называю миссией. Я хочу сделать транс-сообщества лучше настолько, насколько это возможно, и в принципе сделать Екатеринбург и Россию более принимающим пространством, без ненависти. Я не думаю, что я для кого-то стану примером, но, может быть, кого-то вдохновит, что трансгендерные люди живут в России и не умирают, это будет здорово", – заявляет Винсент.

Карим

Кариму 38 лет. Он – трансгендерный мужчина, который совершил переход около двух лет назад.

"Заставить меня быть снежинкой или принцессой было нереально. Это только для девочек!" – вспоминает Карим свое детство.

"Я просто понял, что мне комфортнее в мужском образе, с мужской внешностью. Я 37 лет был женщиной и выглядел как женщина. Может быть, я себя не так вел, как все женщины себя ведут, но я никогда об этом не задумывался. Я настолько против этого "гендерного поведения". Меня раздражает, что мужчины хотят казаться мачо-мужчинами, то же самое с женщиной, которая пытается изобразить какую-то экстремальную феминность. Я считаю, что это все должно быть как-то гармонично", – рассказывает Карим.

Сейчас, по словам Карима, он гораздо комфортнее ощущает себя в своем теле, и у него появился некий азарт, чтобы его улучшать. Для этого он стал регулярно тренироваться под руководством знакомого тренера, тоже трансгендера.

Единственное, что сложно было – это местоимения правильно использовать

С рождения Карим живет в селе, в доме с мамой, младшим братом, его женой и дочерью. Он говорит, что семья спокойно отнеслась к его переходу.

"Все использовали одну фразу: мы так и думали, что рано или поздно это случится. Никто не удивился. Единственное, что сложно было, – это местоимения правильно использовать. Еще даже не прошло два года, и до сих пор они оговариваются, приходится постоянно поправлять, иначе они так и будут оговариваться", – говорит Карим, которого родные долго знали как Карину.

"Люди разные. И я понимаю, что мне просто повезло, наверное. Но я так отношусь к людям, что им достаточно сложно на меня злиться, потому что я, в общем-то, очень дружелюбный. Когда ты общаешься с человеком по-доброму, приветливо, никогда не грубишь и так далее, человеку очень сложно негативно на тебя реагировать, – говорит о своем опыте Карим. – Мне повезло, например, судья в нашем суде была очень адекватная и толерантная, имела дело уже с трансгендерами и всем помогла. Но я знаю, что судья в другом районе этого же города делает все строго наоборот, то есть не пропускает, не дает разрешения. Трансфобия или что – я не знаю".

Александра

Александре Селяниновой 67 лет. Она одна из первых трансгендерных женщин в России. Александра живет в собственном доме в поселке Рябинино Пермского края.

"Я 16 лет проработала в системе МВД: сначала в уголовном розыске, потом была участковым инспектором, последняя моя должность была – начальник участкового пункта милиции на Севере. Там колония строгого режима, и я там четыре года отработала" – рассказывает Александра.

Александра вспоминает, что когда началась перестройка, она поняла, что может найти выход из своего положения. Почитала медицинскую литературу. Тогда она уволилась из армии, буквально сняла мундир и надела платье, что, по ее словам, в 1989 году "восприняли как взрыв бомбы". Александра признается, что мечтала надеть женское платье еще со школьных лет.

Я человек сильный, поэтому я и живу одна

В молодые годы, еще будучи Александром, она пыталась создать семью, надеялась, что "все образуется, перемелется".

В начале 90-х Александра искала в Москве все возможные варианты для совершения гендерного перехода. Она даже достала деньги на операцию, но позже обнаружила Всероссийский центр, где подобные операции делали в порядке эксперимента. Она стала одной из первых пациенток в России, для которых гендерный вопрос был решен кардинально.

"Я не могу сказать за всех трансгендеров, потому что у каждого человека своя судьба. Мне живется нормально. Я человек сильный, поэтому я и живу одна, мне трудно ужиться с каким-либо человеком. Я не буду чувствовать себя окончательно свободной, какой я хотела бы быть", – считает Александра.

Фрэнсис

Юлию Савиновских, бывшую жительницу Екатеринбурга, признали в Испании трансгендерным мужчиной, Савиновских стала называться Фрэнсис. Сейчас он живет в съемной квартире в провинции Барселоны вместе с тремя детьми и проходит гормональную терапию.

Пока себя не видишь в зеркале – диссонанса какого-то нет

"Хоть мы и зависим сейчас от других людей, хоть свобода эта не в полной мере, но здесь ты чувствуешь себя человеком, именно человеком", – говорит Савиновских.

"Когда я вспоминаю свою жизнь, то понимаю, что я с детства знал, что я не девочка. Пока себя не видишь в зеркале – диссонанса какого-то нет. Всем своим близким людям я сразу говорил, что я не то, чем кажусь, что я на самом деле парень", – говорит Фрэнсис.

Однако, по его словам, он не признавал этого для широкой публики, ведь "когда живешь в центре Уралмаша", это нелегко и, как выяснилось, небезопасно. "Я себя даже принять до конца не успел как мужчину трансгендерного. Я только вступил на этот путь, только начал читать, находить себе подобных, понимать, что со мной происходит. Я был очень рад и счастлив, когда понял, что со мной, что это не раздвоение личности, что это не шизофрения. Что бесконечные эти поиски себя, они закончились – и вот он я такой как есть", – делится Фрэнсис.

Летом 2017 года Юлия Савиновских сделала операцию по удалению груди седьмого размера. После трех родов грудь, по ее словам, доставляла ей дискомфорт. В качестве хобби женщина вела в интернете блог от имени вымышленного трансгендера. Этого чиновникам показалось достаточно, чтобы обвинить Юлию в наличии психического заболевания, несовместимого с опекунством.

В августе 2017 года органы опеки отобрали у нее двоих приемных сыновей. В свою защиту Савиновских предоставила экспертизу, которую подготовили в Свердловской психиатрической больнице. Медики заключили, что проведенная операция не может помешать женщине воспитывать детей. Однако Орджоникидзевский районный суд Екатеринбурга решил, что приемные дети Юлии Савиновских должны остаться в детском доме.

Родные дети сейчас называют Фрэнсиса мамой. "Когда-нибудь я попрошу, чтобы они обращались ко мне по имени просто. Но это, скорее всего, нескоро будет, ближе к периоду полового созревания, когда у них возникнут вопросы об устройстве этого мира. Когда мне придется отвечать на эти вопросы, мне что-то придется рассказать и о себе", – признается Фрэнсис.

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG