Ссылки

Новость часа

"Есть культура насилия – ее трудно взять и выключить". Психолог – о том, возможна ли профилактика шутингов в школах


Психолог Денис Давыдов – о том, возможно ли предотвратить шутинг в школе
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:08:44 0:00

Большинство убитых в Казани – ученики восьмого класса, в котором нападавший не учился

Девять человек – две учительницы и семь школьников – погибли в результате стрельбы в казанской гимназии 11 мая. Шестнадцать человек ранены, некоторые из них в тяжелом состоянии. Нападение на гимназию устроил бывший ученик Ильназ Галявиев, который на допросе заявил, что осознал себя "богом".

Реакция российских властей типична для такой ситуации: они предложили винить в случившемся компьютерные игры и анонимность в соцсетях, а также недостаточно строгие правила для владения огнестрельным оружием. Но каковы истинные причины, подвигающие молодых людей на шутинги?

В 2018 году в российском "Национальном психологическом журнале" вышла статья о причинах и механизмах массовых убийств в образовательных учреждениях. Авторы изучили все случаи нападений на российские школы и колледжи с 2014 по 2018 год: в зависимости от подхода к оценке и различий в оружии таких инцидентов они насчитали от 15 до 19. Один из авторов статьи, доктор психологических наук Денис Давыдов ответил на вопросы Настоящего Времени.

– В чем российская специфика массовых убийств и нападений на школы?

– Ограниченность доступности огнестрельного оружия и появление случаев с другим видом нападений неогнестрельного характера. Это не абсолютное отличие, это такая деталь. Сами механизмы поступков одинаковые у разных российских происшествий, то же наблюдается и в Европе, и в Америке.

– То есть они по всему миру. А можно ли это предотвращать?

– Мало вещей, про которые мы уверенно можем сказать, что этого никогда не будет. То же с нападениями на школы. Когда это началось в 2014 году в Москве (речь идет об инциденте со стрельбой в московской школе №263, в результате которого погибли учитель и полицейский – НВ), было опасение, что это будет как круги по воде расходиться на волне субкультуры "Колумбайна", подражательства. В принципе чем меньше мы будем это освещать, размусоливать в средствах массовой информации, тем меньше будет этот эффект подражательства. Но снижать вероятность этого тоже можно, есть исследования (к сожалению, только зарубежные – в России таких исследований почти нет) о путях снижения этого.

– А какие пути, если мы говорим о профилактике?

– Из самых работающих вещей, самых близких к действительности, это прежде всего профилактика школьного буллинга, создание очень комфортной школьной среды, это и физическая среда, и социальная среда, спокойные удовлетворенные жизнью педагоги, небольшие классы. Другое направление – это разнообразная включенность молодых людей в социальные группы. Три основные сферы – это школа, семья и внешкольная активность, peer-группы (группы сверстников со схожими интересами – НВ), это могут быть организованные спортивные, творческие группы, группы сверстников во дворе. Любые включения удерживают человека в паутинке таких социальных связей от подобных состояний, от подобных нападений.

12 мая объявлено в Татарстане днем траура. В среду же в республике состоятся первые похороны погибших
12 мая объявлено в Татарстане днем траура. В среду же в республике состоятся первые похороны погибших

– Денис, вы говорите: "Чтобы избежать подражательства, не нужно это размусоливать в СМИ", то есть, по вашему мнению, это не нужно вообще освещать?

– Нет-нет, ни в коей мере, но есть опять же руководства и правила для освещения таких вещей, меньше говорить о личности нападавшего, больше говорить о последствиях, о жертвах, о страданиях людей – то, что мы и видим. Да, к сожалению, есть культура насилия, ее трудно взять и выключить. К сожалению, это одно из условий проявления подобного поведения.

– А есть ли что-то общее у этих молодых людей, которые идут на такие страшные шаги?

– И да, и нет. Построить портрет очень точно не удается. Все очень приблизительно: это будут почти всегда юноши 14-19, может, 20 лет. Это всегда тихони, такие "средненькие" люди, где-то у половины, далеко не у всех есть психологические проблемы вроде депрессии, но это не очень серьезные состояния, их либо не замечают, либо как-то очень мягко купируют. А вот сам характер их поведения, сам профиль действий типовой, вполне поддается предсказанию. Они посылают сигналы, записывают ролики, позируют с оружием, иногда сигналы удается расшифровать, перехватить в соцсетях.

– А кто должен это выявлять?

– Во всем мире, и в России в том числе, важную роль играют полицейские меры. В России сейчас очень эффективно начали работать по пресечению таких акций. Полностью защитить эти меры не могут, но это очень важный момент. Кроме того, необходимы в школах педагоги, которые обучены различать такие сигналы в поведении школьников, ну и какая-то профилактическая работа среди самих школьников, им тоже надо доносить информацию, на какого рода фантазии надо обращать внимание. Своими фантазиями нападавшие часто делятся.

За несколько дней до нападения Ильназ Галявиев завел канал в телеграме. Перед нападением на школу он написал, что собирается убить много людей
За несколько дней до нападения Ильназ Галявиев завел канал в телеграме. Перед нападением на школу он написал, что собирается убить много людей

– О нападавшем на казанскую школу сегодня говорили преподаватели: тихий, спокойный, опрятный, неконфликтный. Если вспомнить керченского стрелка, то о нем говорили: веселый, нормальный, книги читал, тихий, спокойный парень. Формулировка "тихий-спокойный" – это разве не свидетельство того, что на самом деле никто не всматривался в этих подростков?

– Без специальной подготовки педагоги ориентируются в основном на бузотеров, на ярких людей, которые дерзят учителям, нарушают дисциплину. А человек сидит спокойно и в общем не тревожит учителя, на четверочки, на троечки учится – и слава богу. Но есть признаки, связанные не столько, может быть, с личностными особенностями, сколько с изменением поведения. Когда были социальные контакты, а потом человек замкнулся. Это один из примеров. Таких примеров много, психологов, педагогов, социальных психологов в школах обучают или должны обучать сигналам, по которым можно выявлять и предупреждать подобное поведение.

– Должен ли кто-то из преподавателей, школьных психологов понести наказание за случившееся?

– Я думаю, что не надо никого наказывать, люди выполняли работу как они умели. Из этого просто надо делать выводы, необходима специальная дополнительная подготовка, повышение квалификации, курсы, а в первую очередь необходимо в России организовать очень серьезную исследовательскую группу под патронажем серьезного министерства, не министерства просвещения даже. В Америке этим занимается Секретная служба, они привлекли самых лучших, самых известных психологов и выпускают регулярные отчеты с исследованиями. У нас как у ученых, в общем-то, нет доступа к фактическим данным, что там происходит.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG