Ссылки

Новость часа

"Кому ордена и медали, а кому ничего не дали". Что помнит дочь остарбайтера о войне


“Были хорошие немцы, а были русские не дай бог”. Что помнит дочь остарбайтера о войне
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:08:07 0:00

В начале декабря на ярмарке интеллектуальной литературы Non/fiction (Москва) состоится презентация комикса “Принудительный труд в Третьем Рейхе”, созданного чешской некоммерческой организацией Postbellum, которая занимается устной историей – сбором личных воспоминаний обычных людей о ключевых событиях XX века. Комикс перевела на русский Ксения Тименчик, а издал “Международный Мемориал”.

В основе комикса – истории жизни трех женщин, оказавшихся на принудительных работах в Германии во время Второй мировой войны, так называемых остарбайтеров.

Остарбайтеры (“восточные рабочие”) — это представители гражданского населения оккупированных германской армией областей СССР, занятые на работах в пределах Третьего Рейха. До сих пор нет точных цифр, сколько человек было угнано на работы. По документам Нюрнбергских процессов, с территории СССР за годы войны были вывезены 4 млн 979 тыс. человек гражданского населения. В основном это были дети, подростки и молодые люди до 25 лет, преобладали женщины. Большинство же мужчин с оккупированных территорий были мобилизованы в армию. Много было и совсем маленьких детей.

В сентябре прошлого года мы познакомились с Анной, или как она представляется, Ниной, при записи интервью для Мюнхенского документационного центра истории национал-социализма. Она рассказывала о жизни в лагере с точки зрения ребенка. Все это подкупило меня, и я приехала к ней снова в канун празднования 9 мая.

Анне Нартовой было пять лет, когда немцы в 1943 году, отступая из Болхова (Орловская область), погнали ее с родителями, братом и двумя сестрами и другими семьями в Германию. “Когда нас сюда пригнали, в Германию… Вот помню только лагерь. Он был под Мюнхеном. И железные ворота… А у железных ворот было как-то так организовано… Там было камушки какие-то красивые, водопад. И рыбки плавали. Это было прямо как заходишь, по левую сторону. Как сейчас помню эти рыбочки”. С раннего утра взрослых и подростков из барака угоняли на работу, а дети были предоставлены самим себе. Их помещали в отдельную комнату, где они играли чем придется – в ход шли различные палочки, камушки, вспоминалась и довоенная игра камедика, похожая на “классики”. Иногда детей привлекали к работе в лагере – например, заставляли чистить туалеты.

Анна хорошо помнит одного из детей, мальчика Мишу. Он был старше ее на год и тоже был из Болхова. “Немка как-то принесла нам яблок, а мы голодные были! Высыпала их на стол, а мальчишка, который с нами там был, лег на них и кричит: “Никому не дам, это все мое!”, а сам яблоки хватает и надкусывает. А немец раз – и прям из автомата его застрелил. Его всего изрешетило пулями. Так он и остался с этими яблоками: яблоки во рту, яблоки в руках”.

Кормили в лагере плохо: “Один раз в день, и то вода и два кусочка чего-то как свеколки. Называли по-ихнему кольраби. И больше ничего. Кусочек ма-а-аленький хлебушка”. Дети сделали подкоп под колючей проволокой. Когда бывала смена “доброго немца”, они шли побираться. Жители по-разному относились к ним: бывало, что и в дом заведут, и накормят, а некоторые метлой гнали со двора. Иногда удавалось что-то принести в лагерь для родителей.

Освобождали лагерь американцы, которые предлагали поехать с ними: “Папа с мамой ни в какую – пусть сажают в тюрьму, но мы никуда не поедем. И вот приехали и жили”.

Родина встретила неласково – пришлось возвращать дом, в который заселили других жильцов. В школе Анну обзывали “немецкой подстилкой”, хотя она даже не понимала, что это означает. Но самое главное, пребывание в Германии в годы войны наложило на семью груз молчания вплоть до 90-х годов. Сложилась парадоксальная ситуация: во время войны больше половины города были угнаны на принудительные работы, но после возвращения соседи между собой и в семьях не говорили об этом. Люди боялись обвинений в коллаборационизме.

По словам Павла Поляна, историка и автора книги “Жертвы двух диктатур. Остарбайтеры и военнопленные в Третьем рейхе и их репатриация”, важно понимать, что история остарбайтеров – массовое явление, “это часть войны, часть военной истории, которая не является историей сражений, а является историей человеческого бытования, страдания людей. В этом смысле она неотделима от тех людей, которые воевали. Я это называю гуманитарными аспектами войны, о котором важно говорить и помнить”.

“Кому ордена и медали, а кому ничего не дали”, – говорит Анна Комиссарова, собираясь на празднование Дня Победы.

В центре Болхова, между храмом и памятником Ленина, устроена сцена, на которой в разных “секциях” сидят ветераны войн – Великая Отечественная, афганская, чеченская. Больше всего женщин и мужчин-остарбайтеров.

Со сцены звучат слова поздравления с праздником Великой Победы, музыкальные и танцевальные номера сменяют друг друга.

Только в этот юбилейный год, 75-летие освобождения Орла от фашистов, никто не говорит о судьбах мирного населения, угнанного на работы в Германию. Не говорили до и, скорее всего, не скажут и в будущем…

Автор выражает благодарность в подготовке материала Павлу Поляну, историку, автору книги “Жертвы двух диктатур. Остарбайтеры и военнопленные в Третьем рейхе и их репатриация” и Ирине Щербаковой, руководителю образовательных программ «Международного Мемориала».

Больше узнать про остарбайтеров, а также послушать и посмотреть их интервью можно на сайте “Та сторона” - http://tastorona.su.

КОММЕНТАРИИ

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG