Ссылки

Новость часа

"Дубинал", зарплата в 40 копеек и самоубийство. Рассказ отсидевшей 9 лет в мордовской колонии


Федеральная служба исполнения наказаний России подтвердила, что в мордовской исправительной колонии №14 используют рабский труд. Несколько подчиненных и исполняющего обязанности начальника колонии Юрия Куприянова отстранили от работы, против него возбудили уголовное дело.

О рабском труде в колонии №14 стало известно еще в 2013 году, после рассказа участницы группы Pussy Riot Надежды Толоконниковой, которая отбывала там наказание.

Сайт Idel.Реалии нашел других бывших заключенных этой ИК. Нина Межуева, просидевшая в мордовских ИК-2 и ИК-14 девять лет за убийство, рассказала о своем опыте. В колонию она попала в 2008 году, а вышла оттуда в 2017-м.

Настоящее Время публикует монолог Межуевой с незначительными правками и сокращениями.

Нина Межуева
Нина Межуева

"В ИК-2 я приехала 3 апреля 2009 года, на свой день рождения. В первую очередь получила "дубинал" – прошлась по всем кабинетам, где меня избивали. Все началось с того, что администрация порвала фотографию моей дочери – я начала нервничать, ругаться с ними. Поэтому меня и повели по кабинетам "дубинала". Замначальника колонии Вячеслав Кимяев заставлял становиться на колени и просить прощения за конфликт с администрацией. Я отказалась. После чего он начал меня бить кулаками по голове: по вискам, в затылок.

В колонии была девушка Наталья – она была мамочкой, в доме матери и ребенка (ДМР) находился ее сын. Наталью постоянно оскорбляли, унижали. К ребенку ее не пускали, пока не отошьет норму. Когда были хозработы, она забежала на территорию ДМР и повесилась там на яблоне. В администрации указали, что у нее случился сердечный приступ.

В ИК-2 я ходила на промзону, шила. Через три дня ты уже должен отшивать свою норму, но это невозможно – я же машинку никогда до этого не видела. Меня начали водить в кабинет к мастеру цеха, которая меня избивала. Когда она схватила меня за волосы, я случайно ударила ее по руке. После этого меня посадили в ШИЗО (штрафной изолятор) на 13 суток.

Я пробыла там семь дней, после чего меня этапировали в ИК-14. На плацу у нас провели обыск: сказали постелить свое постельное белье – простынь – и выкладывать вещи. После этого меня сразу повели в ШИЗО досиживать те 13 суток, нужно было отсидеть там еще шесть дней.

Меня привели в ШИЗО, сняли всю одежду, нижнее белье, надели какое-то очень холодное оранжевое платьишко и посадили в "американку" (помещение в ШИЗО без дверей, вместо них – решетка). Там я заболела, начали болеть почки, ведь дверь в здание всегда была открыта.

Напротив меня был СУС (строгие условия содержания). Девчонки там по-своему куролесили: добивались от администрации своих прав с помощью вскрытия вен, шеи и других частей тела. Я сама "вскрывалась", это было в жилзоне. Когда я вышла из ШИЗО, меня отправили в пятый отряд – так называемых дальнобойщиков – где живут те, у кого большие сроки. В этом отряде как себя поставишь, так и будешь жить. Я для себя решила, что никто меня в этой колонии больше пальцем не тронет.

Работали мы – особенно в последние годы – без выходных, до часа ночи. Зарплата, вы сейчас будете смеяться, была даже – 40 копеек в месяц. Нас заставляли писать заявления о выходе на смену в нерабочее время по собственному желанию, чтобы работать до ночи. В конце заявления писали, что причина этому – "хочу помогать родственникам деньгами", которые ты не получаешь.

После конфликта с инспектором отдела безопасности Любовью Рубежниковой я "вскрылась". Меня довели до истерики, депрессии – я уже не хотела жить, взяла стекло и порезала себе руки. Меня привели к Куприянову в кабинет, где он дал мне нож и сказал: "На, режь!" Я спросила, серьезно ли он, на что он ответил: "Конечно! Я разве когда-то шутил?" И смеется. Такое было не только со мной. Я просто его послала и вышла из кабинета. После этого меня закрыли в ШИЗО.

Прошло какое-то время, и случился еще один инцидент. Это было весной 2016 года. В моем отряде была осужденная Екатерина. Очень милая девушка, на свободе у нее остался маленький сын. Мы вышли покурить в "локалку". Она сидела на лавочке и держалась за сердце. Я спросила, что случилось. Она ответила, что сильно колет сердце. Я предложила ей обратиться в санчасть – сама я не могла ее отвести, потому что на меня постоянно давила администрация этими рапортами. Ее повела другая осужденная – Оксана Тищенко. После зарядки я пошла к санчасти и слышу, как Катя говорит: "Пожалуйста, помогите, я не хочу умирать". Я залетаю туда, спрашиваю, что случилось. Вижу, как лицо Кати немного надувается – может, отек был – и она начинает синеть. Врач Вера Гавриловна сделала ей укол от сердца, не посмотрев медицинскую карту, – у нее была аллергия на этот препарат. Кате стало плохо, ее затошнило, ее повели в туалет. Катя упала и умерла.

Про открытое письмо Толоконниковой и жалобы на рабский труд в ИК-14 сняли передачу "Пусть говорят". Начальник ИК-14 Александр Кулагин и Куприянов нашли двух осужденных и, видимо, заплатили им. В передаче они полностью поддерживали администрацию, говорили, как все было хорошо, а Надя все врет. Когда в ИК-14 приезжала комиссия, осужденные боялись что-либо рассказать, потому что Куприянов постоянно угрожал тем, что они не получат УДО, не выйдут из ШИЗО или не выйдут вообще".

Полный материал читайте на сайте Idel.Реалии

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG