Владимир Путин на пресс-конференции после окончания парада 9 мая в Москве впервые заговорил о завершении войны, которую Россия ведет против Украины. Он сказал, что сейчас война "близка к завершению", но чем именно она завершится, не уточнил.
Путин также сказал, что не исключает личной встречи с президентом Украины Владимиром Зеленским, заметив, что она может состояться "даже в третьей стране". Причем неожиданно назвал украинского лидера "господином Зеленским", а не "главарем киевской хунты", как Кремль называл его все предыдущие годы. Однако, по словам Путина, встреча с Зеленским состоится "только в том случае, когда будут достигнуты окончательные договоренности о мирном договоре, который должен быть рассчитан на длительную историческую перспективу, и это должна быть окончательная точка".
После этих заявлений Путина в западной прессе массово стали появляться заголовки о скором окончании войны в Украине и якобы готовности Путина к мирным переговорам. Но многие эксперты считают эти ожидания преждевременными и слишком оптимистичными. Подтверждением этого стали слова помощника Путина по внешней политики Юрия Ушакова: говоря о возможных условиях для завершения войны в Украине он еще раз выдвинул неприемлемое для Киева требование вывести ВСУ с Донбасса.
Сам Зеленский заметил, что Украина "немного подтолкнула" Путина к встрече двух лидеров, но не стал комментировать реалистичность двусторонней встречи.
Как читать заявления Путина о возможном завершении войны с Украиной? Готов ли российский лидер реально вести переговоры и встречаться с Зеленским или в реальности его риторика не изменилась, и Россия намерена продолжать воевать в Украине и добиваться ее капитуляции? Зачем Путин предлагает в качестве посредника в переговорах с ЕС своего давнего друга, экс-канцлера Германии Герхарда Шредера? И что значит слово "господин", когда Путин его употребляет в адрес Зеленского? Телеканал Настоящее Время поговорил обо всем этом с политологом Александром Морозовым.
– Что значат слова Путина об "окончании войны" в Украине? Это случайная брошенная фраза, сигнал Западу или что-то иное?
– Это не то чтобы сильный сигнал, но он воспринят, мне кажется, не совсем адекватно. Но, тем не менее, это некоторая существенная реакция, потому что перед этим в течение трех или даже четырех месяцев от Кремля не поступало каких-то ясных заявлений относительно окончания войны. Складывалось впечатление, что не только переговорный трек с Соединенными Штатами, но и вообще в целом какие-либо усилия, какие-то шаги в направлении возможного перемирия полностью прекратились.
Киев в это время, со своей стороны, делал заявления на эту тему довольно активно и показывал, что подталкивает и пытается подтолкнуть Москву к тому, чтобы вернуться к тематике прекращения огня. Ну и вот Путин, собственно говоря, воспользовался парадом и 9 мая и встречей с журналистами, и в сделал достаточно осторожное и не обнадеживающее заявление. Но тем не менее, на фоне полного молчания оно прозвучало достаточно заметно.
– Может Путина вообще все поняли неправильно? И под "окончанием" войны он имел в виду, что Россия, несмотря на помощь европейцев Киеву, побеждает в войне в Украине и скоро победит?
– Да, так оно и есть на самом деле. Военные эксперты и те, кто следят за ходом военной операции, все в один голос именно это констатируют, опираясь на публично высказываемые Путиным и российскими военными руководителями планы. Согласно им, в 2026 году Россия собирается штурмовать Славянско-Краматорскую агломерацию, углублять или расширять "буферную зону" в Харьковской области и воевать в Запорожье. Эти все планы на летнюю кампанию согласованы.
Поэтому надо очень осторожно относиться к продолжающейся игре и маневрам Кремля вокруг мирных переговоров. Я думаю, что надо очень осторожно интерпретировать слова Путина.
– Путин намеренно сказал так, чтобы было непонятно, что именно он имеет в виду? Чтобы его слова можно было трактовать и в сторону завершения переговоров, и в сторону окончания "специальной военной операции", как ее называет Путин?
– Я думаю, что сам он не считает, что он как-то маневрирует. Если спросить Путина, скоро ли будет завершение войны скоро и почему, его ответ будет такой: потому что скоро Киев выйдет из Донбасса или сдаст Донбасс или Россия захватит Донбасс.
И в этом плане ничего не меняется. Цели в любом случае, с его точки зрения, – полный захват Луганской и Донецкой областей, создание "буферной зоны" в Харьковской области. И дальше следует целый перечень тех же самых требований, которые Кремль выставлял и во времена Стамбульского меморандума, и после, во время переговоров с Соединенными Штатами, при участии Соединенных Штатов. И все хорошо помнят, что этот перечень включает в себя не только территориальный вопрос, и Кремль от этого не отказывался и не проявляет никаких знаков того, что готов здесь изменить свою позицию.
– И в то же время Кремль никогда не говорил, что если Донецкая и Луганская области будут захвачены Россией полностью, российская армия не пойдет дальше, например, в сторону Днепра...
– Это во-первых. Во-вторых, как только Киев проявляет готовность и начинает активную дипломатию в направлении возможного перемирия, то Кремль тут же начинает ставить вопрос о гарантиях самому себе. Не о гарантиях Украине со стороны Соединенных Штатов или Евросоюза или какого-то альянса стран, а он начинает говорить о гарантиях самому себе. И начинает поднимать тему того, что эта война, которую Кремль ведет, якобы развязана самим Западом, и поэтому Запад должен дать Кремлю какие-то гарантии.
Это сразу всю ситуацию направляет в полный тупик. Потому что это означает, что окончание этой войны Кремль ставит в зависимость от каких-то глобальных договоров. Они, конечно, вполне могут быть какими-то переговорными треками в будущем, потому что есть реальные вопросы глобальной безопасности, которые должны быть, или договоры, которые нужно продлить или заново заключить. К окончанию конкретно российской агрессии против Украины эти договоры никакого отношения не имеют! Но Кремль будет на этом настаивать.
– Путин также сказал о готовности переговоров с Европой и даже предложил своего друга, экс-канцлера Германии Герхарда Шредера в качестве посредника со стороны европейцев. В Германии уже от этойй кандидатуры отказались. Но тем не менее, почему сейчас речь зашла о переговорах с Европой?
– Во-первых, Путин, как и многие, знает, что через 10 дней состоится саммит министров иностранных дел стран Евросоюза. На котором впервые будет обсуждаться вопрос, что надо создать позицию переговорщика с Россией со стороны Евросоюза, учитывая, что, возможно, Соединенные Штаты прекратят свою активность в этой области.
Во-вторых, Евросоюзу действительно необходимо выработать какую-то позицию в отношении переговоров по Украине в 2027 году. Путин это, конечно, слышал, и поэтому он в издевательской, с моей точки зрения, форме, на опережение предложил, что да, мол, мы хотим, но мы хотели бы беседовать с вашей стороны со Шредером. Путин заранее прекрасно знал, что не только в Германии, но и во всех странах Евросоюза никто не согласится на эту фигуру. Реально человеком, который может вести переговоры с Кремлем или разрабатывать какие-то стратегии в отношении переговоров с Россией, должен быть действующий министр иностранных дел одной из крупных европейских стран, или, одним словом, опытный действующий дипломат. Скорее всего мы увидим эту фигуру очень скоро, после совещания министров иностранных дел Евросоюза.
– Путин также назвал Зеленского "господином". Не "главарем" киевского режима или "шайки наркоманов", как ранее. Почему?
– Я бы не придавал этому большого значения. Конечно, во всех его словах ищут какой-то позитивный сигнал. Но надо сказать, что мы прекрасно знаем, мы привыкли к тому, что сегодня Путин назвал Зеленского так, а завтра он снова скажет, что в Киеве "хунта", которая не имеет никаких полномочий. Посмотрим, что будет через месяц-два.
