Ссылки

Новость часа

"Когда нас задерживали, силовики сказали, что мы, пресса, мешаем им работать". Рассказ брестского журналиста, которому дали 15 суток ареста


Протесты в Бресте 30 августа 2020 года

Брестский журналист, внештатный корреспондент "Брестской газеты" Максим Хлебец в конце октября получил 15 суток ареста якобы за координацию протестных действий в Бресте: в постановлении суда сказано, что он "вел за собой колонну". На самом деле Хлебец освещал протестную акцию: делал фотографии и собирал материал для заметки – работал на улице в синем жилете с надписью "Пресса", как того требует закон. Вместе с ним к аналогичному сроку ареста на 15 суток был приговорен внештатный фотокорреспондент "Брестской газеты" и журнала "Бинокль Роман Чмель.

Хлебец не единственный белорусский журналист, который был отправлен под арест или оштрафован белорусскими властями за свою профессиональную деятельность. Он рассказал Настоящему Времени, как проходил суд над ним и как его содержали в брестском изоляторе.

Брестский журналист – о том, как его отправили под арест за то, что он освещал протесты
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:04:57 0:00

— На суде над вами судья упомянул синие накидки с надписью "Пресса", в которые вы 18 октября были одеты вместе с другим журналистом Романом Чмелем. В итоге вам обоим присудили по 15 суток лишения свободы, при этом судья с уверенностью сказал, что вы на митинге точно не работали, а, напротив, руководили митингом, вели колонну за собой. Как все было на самом деле?

— На самом деле, конечно, мы работали, потому что есть разные записи с камер наблюдения, где видно, что мы снимаем, и где мы даже не идем к толпе. Мы шли сзади, впереди или сбоку, но никогда не ходили в толпе.

Свидетелем того, что мы якобы "не работали", был замначальника УВД (свидетелем по обоим делам выступал замначальника УВД Брестского облисполкома Александр Кисель – НВ). То есть не просто какой-то участковый пришел на процесс, а один из главных чинов УВД. И его сорокасекундная видеозапись стала главным доказательством того, что мы "не работали". Якобы эти 40 секунд мы шли рядом с Романом и общались. И этого в суде было достаточно для того, чтобы нас осудить на 15 суток, хотя у нас даже был свидетель, который тоже доказывал то, что мы снимаем. У нас были фото на фотоаппарате и видео на телефоне, где тоже видно, что мы снимаем акцию.

Никакие доказательства судья вообще не учел. У нас уже было обжалование приговора, и точно так же оно ничего хорошего не выявило. 15 суток нам оставили, которые мы и отсидели.

— Семь лет назад в Киеве, когда была Революция достоинства, тоже была особая охота силовиков именно на журналистов, у которых была надпись на жилетах "Пресса". Насколько сейчас безопасно в Беларуси набрасывать на себя накидки с надписью "Пресса"?

— Вообще небезопасно. У меня есть такое ощущение, что в Беларуси точно так же началась охота на прессу, потому что в каждом городе задерживались [журналисты]. В середине октября, когда нас тоже задержали, мы примерно представляли, что будем мишенью. Но мы должны были себя обозначить, поэтому должны были пойти все-таки на акцию в накидках "Пресса".

И в недавнее воскресенье, 29 ноября, мы тоже были в бейджиках, и нас тоже задержали, двух журналистов. Было задержано не так много человек, но мы тоже были задержаны – два журналиста, которые работали на акции в Бресте. Как нам сказали силовики, когда задерживали, что мы, то есть пресса, мешаем им работать. Что они имеют в виду, я сказать не могу, но таким образом они дали понять, что пресса работать не будет нормально: за ней будут продолжать охотиться.

— Расскажите, где вы отбывали наказание, какие там были условия?

— Мы отбывали наказание в ИВС Ленинского РОВД Бреста. Это подвальное помещение. В этом подвальном помещении нет дневного света – горит простой свет: лампочка включена 24 часа. Нас снимает камера, которая пишет в том числе звук. Есть стол, который забетонирован в пол, но нет никаких стульев и лавочек. То есть если хочешь поесть – мы сидели на первых этажах кроватей. Всего в камере было шесть человек.

В первый раз мы сидели трое суток, когда [отбывали] 72 часа, с нами были все по [статье] 23.34, то есть это те люди, которые тоже были задержаны за участие в акциях протеста. Со мной сидел, например, врач-реаниматолог, который спасал даже милиционеров, как он сам рассказывал, и ветеринар. Потом какой-то бизнесмен со мной сидел, бывший футболист. То есть это были люди, которые реально в первый раз попали в такую ситуацию, и им тоже дали по 15 суток. Многие сидели по 15 суток.

Если говорить про еду – это просто одинаковая еда каждый день. Это не совсем нормальные условия для людей, которые даже если один раз в жизни ошиблись. 15 суток сидеть в таких условиях – мне кажется, это мучительно.

— Мы часто говорим о том, что происходит в столице Беларуси, в Минске, и гораздо меньше – о том, что происходит в регионах. Какая сейчас обстановка в вашем городе Бресте?

— В Бресте сейчас все говорят про уголовные дела, которые заведены. И все в ожидании того, когда они начнут рассматриваться. Но люди продолжают выходить на улицы. Даже если говорить про прошлое воскресенье: в одном из мест тоже была такая партизанская тактика, люди выходили в разных районах Бреста. И в одном районе было больше 100 человек, которые шли тоже с флагами, выкрикивали лозунги, поэтому нельзя сказать, что вообще все потухло.

Да, людей на улицах стало намного меньше, но причины тоже объективные – сейчас и холодно, и реально очень много людей штрафуют, сажают под арест на "сутки", заводят уголовные дела. Но люди продолжают выходить.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG