Иран второго марта в ответ на удары Израиля и США по его территории ударил по нефтеперерабатывающему заводу Saudi Aramco в Рас-Тануре на востоке Саудовской Аравии. Комплекс в Рас-Тануре включает в себя один из крупнейших нефтеперерабатывающих заводов на Ближнем Востоке мощностью 550 тысяч баррелей в сутки и служит важным экспортным терминалом для саудовской нефти. По данным Bloomberg, Иран запустил два беспилотника по заводу, при перехвате дронов их обломки упали на территорию предприятия, что вызвало небольшой пожар. Завод приостановил работу.
Министерство обороны Катара также заявило, что два иранских беспилотника атаковали энергетические объекты в промышленном городе Рас-Лаффан, но никто не пострадал.
В ночь на второе марта Иран атаковал дронами и авиабазу ВВС Великобритании Акротири на Кипре. Президент Кипра Никос Христодулидис подтвердил удар, в результате которого, по его словам, базе был нанесен незначительный материальный ущерб.
Иран второго марта продолжил наносить удар по территории Израиля. Взрывы слышны и в Катаре, ОАЭ и Бахрейне.
Военная операция Израиля и США против Ирана началась 28 февраля. В ответ Иран стал обстреливать не только Израиль, но и другие страны региона. Тегеран заявил, что считает законными военными целями израильские объекты и американские военные базы. В результате операции были убиты верховный лидер Ирана аятолла Али Хаменеи и несколько высокопоставленных чиновников, в том числе советник Хаменеи Или Шамхани и командующий Корпусом стражей исламской революции Мохаммед Пакпур. Иранское общество Красного Полумесяца заявило о гибели 555 человек (подтвердить эти данные не представляется возможным). Американское командование ранее сообщило о гибели четырех военнослужащих.
Радикализация власти
После гибели аятоллы Али Хаменеи и назначения временного комитета из трех человек Иран ожидает раздел власти, говорит замдиректора украинского Центра ближневосточных исследований Сергей Данилов. Министр иностранных дел этой страны в течение одного-двух дней обещает провести заседание ассамблеи экспертов из 88 человек, на котором должны избрать нового верховного лидера.
"Но ситуация настолько стремительно меняется, что неясно, удастся ли им собрать этих 88 членов ассамблеи, смогут ли они избрать кого-то, – продолжает Данилов. – Поэтому будет, скорее всего, ситуация неопределенности, когда реальная власть сосредоточена в руках командования Корпуса стражей Исламской революции. Будут противоречивые сигналы. Кто-то передает, что мы готовы к переговорам. Это один трек. В то же время назначения на должности в Корпусе стражей, в силах безопасности, а также назначение аятоллы Алирезы Арифи [членом временного совета, который будет руководить страной и играть роль верховного лидера до избрания преемника погибшего Али Хаменеи] свидетельствует о том, что приходят даже более радикально настроенные лица, чем были до них, и ни о каких переговорах разговора быть не может".
Ранее президент США Дональд Трамп говорил, что лучшее, что может случиться с Ираном – это смена режима. Сейчас, считает Сергей Данилов, он, очевидно, рассчитывает на венесуэльский сценарий, когда во власти есть группа, которая готова заключить сделку, а США дадут им возможность укрепить власть.
"Сейчас есть неподтвержденные, очень слабые сигналы, что армия начинает думать про собственную игру, чтобы не всегда исполнять то, что ей передают из Корпуса стражей. Возможно, кто-то еще в истэблишменте думает о таком варианте, но пока никаких достоверных новостей об этом нет. Поэтому можно уничтожить второй раз все руководство, даже тройку временного правления. Но назначат следующих. Тактика Корпуса стражей и большей части истеблишмента состоит в том, что мы в бункерах пересидим неделю, две, три, четыре, сколько надо. Басыдж (иранское полувоенное добровольческое ополчение, входящее в состав Корпуса стражей Исламской революции – ред.) так или иначе останутся под контролем. Мы выйдем из бункеров, басыдж снова расстреляет протестующих, а мы продолжим править. Будем делать какой-нибудь вариант – то ли Венесуэлы, то ли в Северной Кореи".
Иранский вариант
После американской военной операции 2003 года в Ираке, страной управляла временная коалиционная администрация во главе с американским дипломатом Полом Бремером. Однако, говорит Сергей Данилов, США не рассматривают такой вариант для Ирана.
"В Ираке администрация получилась в результате наземной операции. А тут никто не собирается ее проводить. Во-первых, в США глубочайшая идиосинкразия на наземные операции на Ближнем Востоке. Усталость американцев от войны в Ираке и Афганистане была одним из факторов, который помогал Дональду Трампу выигрывать выборы. И, безусловно, он на это не пойдет. Во-вторых, это совершенно другая страна. И другая эпоха. 94 млн человек, огромная площадь, сложнейшая внутренняя структура, сильное разнообразие. Минимум 10, а возможно и 20 процентов населения страны на самом деле поддерживают именно Исламскую Республику Иран. Поэтому никто не пойдет на такой вариант, не будет создано какое-то правительство при американском участии. А в результате революции или гражданской войны может получиться какая-то конфигурация, в которой будут представлены часть нынешнего истеблишмента. Потому что даже в Корпусе стражей есть разные точки зрения относительно будущего, возможной трансформации Исламской Республики Иран в нормальное государство, не революционные, не вечных революционеров. Но сейчас, когда они все связаны кровью после подавления протестов, когда они чувствуют себя на одной подводной лодке, эти противоречия несколько уменьшаются. И поэтому мы будем видеть какой-то третий вариант, собственно, иранский, если будет происходить трансформация режима".
"Путин пытается пролавировать"
Мыслитель-традиционалист Александр Дугин, которого часто называют "кремлевским философом" из-за сходства его взглядов с некоторыми высказываниями Путина, написал, что что российский президент может стать следующей целью США после уничтожения союзников Путина в Сирии и Венесуэле. В связи с этим Дугин призывает начать в России "настоящие патриотические реформы".
"Дугин старается бежать впереди паровоза и выразить то, что думает Путин, что, возможно, Путин обсуждал на Совете безопасности в день начала военной операции Израиля и США против Ирана", – говорит российский политолог Иван Преображенский.
"Путин примеряет на себя убийство любых подобных диктаторов, – продолжает Преображенский. – И каждый раз после этого убийства он делает какие-то далеко идущие выводы в смысле удержания власти внутри самой России, поскольку удержание личной власти для него является главным, а также сохранение собственной жизни. По агрессии против Украины видно, когда происходят серьезные провалы, у Путина начинается вначале паника, потом возмущение, гнев, а после он принимает уже холодные решения. Сейчас, наверное, он из стадии паники переходит в состояние гнева, но никаких решений в эти моменты не принимается, соответственно, заявления его абсолютно беззубые, поскольку ничего сделать он не может, повлиять на ситуацию он никак не может. А договор России с Ираном написан так, что Россия, по сути, не берет на себя никаких обязательств военной помощи Ирану несмотря на то, что Иран оказался важнейшим военным союзником для России во время ее агрессии против Украины".
Президент России Владимир Путин выразил соболезнования иранскому народу и президенту Ирана в связи с убийством аятоллы Али Хаменеи. Он заявил, что убийство было совершено "с циничным нарушением всех норм человеческой морали и международного права". По словам Путина, в России Хаменеи будут помнить, как "выдающегося государственного деятеля", внесшего огромный вклад в развитие отношений между двумя странами. При этом Владимир Путин не уточнил, как именно погиб Хаменеи.
"Путин не упоминает и о том, что это были в первую очередь израильские удары, именно Израиль начал эту военную операцию, – отмечает Иван Преображенский. – Путин не портит отношения ни с Израилем, ни с США из-за того, на что он не может повлиять. Путин пытается пролавировать, не испортив отношения ни с Нетаньяху, ни с Трампом".
А глава МИД Украины Андрей Сибига указал на потерю большей части путинских союзников за год – Хаменеи, Асада и Мадуро. "Путин также не помог ни одному из них. Эта динамика доказывает три вещи. Во-первых, Россия не является надежным союзником даже для тех, кто в значительной степени полагается на нее. Во-вторых, пока Россия застряла в бессмысленной войне против Украины, которую она никогда не выиграет и отказывается прекратить, ее влияние в мире резко падает. В-третьих, домино свергнутых диктаторов должно продолжаться, и падение Путина однажды неизбежно".
