Ссылки

Новость часа

КПП есть, помощи нет, виноватых тоже нет. Как живут дунганские села в Казахстане, где месяц назад произошли погромы


Месяц назад в нескольких селах в Кордайском районе на юге Казахстана произошли погромы: погибли более 10 человек, около 150 получили ранения, были сожжены десятки машин и домов и несколько магазинов.

В пострадавших селах живут в основном этнические дунгане. Но власти Казахстана неоднократно отрицали этнический характер погромов. По версии президента Токаева и казахстанских силовиков, это был криминальный конфликт двух кланов контрабандистов.

Как сегодня, спустя месяц, живут жители пострадавших сел? Как они восстанавливают дома и найдены ли виновники погромов? Корреспонденты Настоящего Времени съездили в Масанчи, где столкновения были особенно масштабными, и поговорили с теми, кто там живет.

Масанчи: как живет дунганское село, где месяц назад были погромы
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:07:35 0:00

Баги Сулаев, как и многие другие жители села Масанчи, вздрагивает, когда вспоминает о том, что произошло 7 февраля, и не может сдержать слез. По его словам, в ту ночь в Масанчи было как на войне.

"Везде горит, стреляют. Прямо убивали людей, – говорит он. – За что? Из-за людей, которые между собой подрались? Есть же правосудие, кто что сделал. А они сами самосуд делают".

"У меня внуки мелкие растут. Что с ними будет? Я не знаю", – расстраивается Сулаев, семья которого после погромов уехала из села.

Обстановка в Масанчи и сегодня напоминает о погроме: именно здесь пострадало больше всего домов и других строений. Когда власти Казахстана уговаривали вернуться домой уехавших от погромов местных жителей, они обещали выделить деньги и помочь восстановить сгоревшие дома. Но прошел уже месяц, а обещанную помощь люди так и не получили, поэтому решили самостоятельно восстанавливать свои хозяйства. Когда будет выделена денежная помощь – сельчане не знают даже примерно.

"Подсчеты сделаны, сметы составлены, сумма ущерба предварительно определена. Теперь сделана заявка и ждем финансирования", – говорит заместитель акима Кордайского района Ерлан Орынбаев.

"Пока сами делаем по чуть-чуть. Там крышу надо было убрать, крышу сделали, – говорит Азим Мухтасынов, который арендует помещение в местном магазине. – Мы хотели уже открываться – когда они будут делать?"

Азим зарабатывает на тандырной выпечке: его торговую точку тоже сожгли во время погрома. Владелец небольшой палатки разрешил ему не платить арендную плату, пока не восстановят магазин.

Алиму Малиеву принадлежал один из крупных по местным меркам супермаркетов в Масанчи: его тоже сожгли 7 февраля. Сейчас он торгует лишь на трети торговой площади – это то, что он смог восстановить своими силами.

"Ситуация плачевная, честно скажу, – признается Алим. – Обещали восстановить. Но уже больше месяца прошло. И это мы сами все сделали. Видите, люди ходят. Один магазин на два-три поселка".

В Масанчи очень много разрушенных домов. Многие сегодня пустуют. На уцелевших дверях встречаются таблички с надписью: "Осмотрено". Это означает, что ущерб, нанесенный этому домохозяйству, уже подсчитан.

Сельчане рассказывают, что те, кто участвовал в погромах, дома поджигали выборочно – в основном большие, добротные, красивые. Как и случае с магазином Алима, пока ни один из пострадавших домов за счет государства отремонтирован не был. У многих владельцев сгоревших домов нет средств для их восстановления, и они были вынуждены уехать к родным либо в Кыргызстан, либо в Россию. Остаются, как правило, те, у кого нет родственников в других странах.

Айша Парова восстанавливает свой дом сама, но сделано пока очень мало. До погромов в ее доме было 4-5 комнат, сейчас вся семья ютится в одной.

"Пока почти ничего не восстанавливали. Финансы не позволяют", – признается она.


В соседних с Масанчи селах массовых разрушений домов нет. В Сортобе зачинщики беспорядков поджигали в основном машины: власти потом вывезли их за пределы поселка.


Закир Мусаев – местный фермер. Когда вспоминает февральские события, у него тоже начинает дрожать голос, а из глаз текут слезы:

"Ну, живем, но все равно не как раньше, у нас в селе шесть человек пострадали, – говорит он. – В соседнем селе три человека погибли, все молодые. И за что нас вот так? У них по четыре, по пять маленьких детей остались".

Мусаев, как и другие местные жители, уверен, что массовые беспорядки и погромы устроили "пришлые" люди. У многих местных жителей чемоданное настроение.

"Говорят, что если все нормально будет, может, они передумают. Мы здесь, в Казахстане, жили, в Казахстане родились. Как мы уедем? – говорит Мусаев. – Но если такое положение сейчас, люди вынуждены будут уехать. Такое настроение: многие хотят уезжать".

В Масанчи и в соседних селах все еще действует ограничение на въезд, на постоянной основе размещены военные. На въезде и выезде из Кордайского района установлены временные контрольно-пропускные пункты: там данные пассажиров и водителей из других регионов вносят в специальные списки. Сколько продлится такой режим – никто ответить не может, даже сами военные.

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG