Ссылки

Новость часа

"Руководить страной, где каждый его ненавидит, он долго не сможет". Почему Лукашенко не идет на переговоры


Плакаты у Дома правительства в Минске, 16 августа 2020 года

В воскресенье, 27 сентября, белорусы вновь вышли на протестный марш. Только в Минске, несмотря на задержания и плохую погоду, в акции участвовали более 100 тысяч человек.

Журналист Франак Вячорка в эфире Настоящего Времени рассказал, как долго, на его взгляд, могут продолжаться такие масштабные акции и почему Александр Лукашенко не сможет пойти на уступки оппозиции и начать переговоры с Координационным советом.

Журналист Франак Вячорка – о том, почему Лукашенко не идет на переговоры
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:09:12 0:00

– Говоря о том, что сейчас происходит в Беларуси, в какой фазе все находится?

– Сейчас все показали, что могут, на что способны, – мы находимся в фазе оппозиционной борьбы. За Лукашенко есть группа силовиков, группа военных, есть поддержка Москвы. У протестующих есть улицы, есть огромная поддержка регионов. Некоторые города более активны, некоторые менее. Есть поддержка Варшавы, Вильнюса, Брюсселя, Вашингтона. И теперь кроме этой уличной фазы борьбы будет еще фаза дипломатическая.

Сейчас проговариваются разные сценарии возможных переговоров как в Минске, так и в Брюсселе, и в Вашингтоне. И я думаю, что нет другого решения, кроме переговоров. В любом случае Лукашенко надо будет делать такие уступки, он не сможет удерживать ситуацию таким образом вечно, а руководить страной, где каждый его ненавидит, он тоже не сможет долго.

– А почему не сможет?

– Он [представлял себя] голосом народа, он так пришел к власти, он так проводил свои выборы, а теперь [все] нужно перестраивать в модель военной милитаристской диктатуры, где руководят генералы и военные КГБ, – но я не думаю, что это в ментальности и характере белорусов. Или соглашаться на какие-то уступки.

Ему очень страшно. Ему кажется, что если он пойдет на уступки, то он потеряет имидж, он потеряет репутацию сильного лидера, который все держит в руке. И нужно каким-то образом ему объяснить, показать, что еще есть шанс пойти на уступки, уйти – и никто тебя не поведет в Гаагу, не расстреляет и не арестует.

– Светлана Тихановская предложила некие гарантии, если он сделает это немедленно. Она сказала, что если надо, то протесты будут идти годы. Вы считаете, что это возможно?

– В такой форме, как теперь, когда выходят каждое воскресенье 100-150 тысяч человек, конечно, невозможно. Зимой выводить людей чаще чем раз в две недели, раз в месяц очень трудно, потому что холодно. Плюс огромная сложность этих протестов в том, что нет сцены, нет митинга. Вы могли заметить, что на всех семи маршах, которые проходили [по воскресеньям], не было выступающих, не было плана, не было сценария. Это не митинг организовать, где политики выступят, какую-то резолюцию примут.

– Так и лидеров нет.

– Лидеры сидят в тюрьмах или за границей. Для Тихановской сейчас главная задача – это удерживать запал и мотивацию. Для организаторов протестов, для Тихановской и для Координационного совета в том числе, важно показывать победы, даже если они небольшие.

Сейчас самый главный враг протеста и белорусской революции – это усталость и апатия. Ни в коем случае нельзя позволять кому-либо из протестующих или лидеров именно в эту апатию впадать. Но мне кажется, что у омоновцев депрессия и апатия намного сильнее, чем у протестующих.

– Как вам кажется, возможно ли такое, что какая-то третья страна выступит неким модератором перехода власти?

– Я думаю, что это, возможно, и будет единственным сценарием. Если ситуация не будет улучшаться и мы не будем видеть таких громких переходов представителей Лукашенко, мы не будем видеть, что режим падает, то тогда нужна будет эта или площадка, или очень сильные медиаторы. Швеция – не самый сильный медиатор, но как платформа – может быть. Нужно, чтобы обязательно участвовали такие страны, как Германия, Франция, Великобритания и, конечно, Россия. Только такая комбинация а-ля "нормандский формат", возможно, и заставит кого-то из представителей Лукашенко пойти на этот диалог.

– Возможен ли диалог Светланы Тихановской с некими представителями из Москвы, из Кремля?

– Абсолютно возможен, но нужен кто-то типа Макрона, который сейчас приезжает в Вильнюс и этот диалог фасилитирует. Макрон две недели назад говорил уже с Путиным и попросил Путина помочь освободить политзаключенных как первый шаг к диалогу, но Путин ничего не сделал. И в этом заявлении Макрона, опубликованном сегодня, мы услышали какие-то нотки разочарования, что "я просил Путина, но он ничего не сделал". Поэтому, мне кажется, недостаточно давления ни на Лукашенко, ни на Путина, чтобы они отказались от своей тактики, потому что у Лукашенко и у Путина свои сценарии. И этот сценарий диалога, где говорят с протестующими, – это не входит в их планы.

В Беларуси – 50-й день протестов
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:03:02 0:00

– Сейчас Светлана Тихановская находится за границей. Довольно часто встречается с западными лидерами, с различными европейскими, западными институциями. Как вам кажется, в чем смысл таких частых ее встреч?

– У Светланы Тихановской сейчас не только роль президента, народно избранного лидера, но и роль такого министра иностранных дел, представителя Беларуси в мире.

Главная задача – это делегитимизировать Лукашенко, чтобы западные страны, мировое сообщество не признавало его и все договора, с одной стороны. А с другой стороны, чтобы признали Координационный совет как вторую сторону для переговоров.

И эти встречи, которые уже были с министром иностранных дел, с премьер-министром, с министром иностранных дел в Голландии пару дней назад, будет ли встреча с Макроном – пока неизвестно. А цель – это добиться. С Вашингтоном, кстати, тоже: задача – российских пропагандистов включить в санкционные списки. Я думаю, что эта идея, которая появилась неделю назад и сейчас витает в воздухе, – и очень возможно, что Симоньян окажется в белорусском санкционном списке именно из-за своей поддержки Лукашенко.

– Тихановская сделала такие заявления, что "белорусские власти будут вправе не возвращать России кредит на 1,5 миллиарда долларов", что "то, что заключили между собой Москва и Минск после 9 августа, будет пересмотрено". Такие ее заявления насколько, наоборот, говорят о безоговорочной поддержке Кремля в отношении Лукашенко?

– Это заявление-предупреждение. Это заявление, направленное на превентивное воздержание другими государствами сотрудничества с Лукашенко. И это же не только в сторону России – это в сторону Турции, в сторону Китая, всех тех государств, которые продолжают признавать Лукашенко, торговать с ним и сотрудничать.

Она дает четко понять, что легитимность – это не просто красивые слова, это тоже обязательства, и если вы не признаете Лукашенко лидером, а выборы честными, то будьте, пожалуйста, добры остановить свои контакты и экономическое сотрудничество.

Для Путина это еще и такой инструмент безопасности от потенциальных угроз суверенитету: для Кремля сейчас очень выгодно получить от Лукашенко какие-то уступки в плане Союзного государства – совместная валюта, совместная налоговая система. В том числе и выкупы белорусских госпредприятий. Теперь, когда белорусская экономика падает в бездну, Лукашенко нелегитимный, ему нужно срочно деньги платить ОМОНу, он спокойно может просто пойти ва-банк и на распродажу "Беларуськалия" и других стратегических бюджетообразующих предприятий. И этого нельзя допустить ни протестующим, ни Тихановской, ни Координационному совету, потому что это потом аукнется на долгие годы для белорусской экономики даже после Лукашенко.

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG