Ссылки

Новость часа

"Кто-то в ФСБ решил поднять методички начала XX века". О причинах антиизраильских митингов – эксперт Центра ближневосточных исследований


Около тысячи человек вечером 29 октября собрались в аэропорту Махачкалы – они искали евреев на прибывающих из Тель-Авива рейсах. Через некоторое время толпа начала громить здание аэропорта, люди выбежали на взлетно-посадочную полосу. Ранения получили 20 человек.

Антисемитский погром в аэропорту в Махачкале 29 октября: как это было
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:03:26 0:00

Погром в аэропорту Махачкалы был не единственной антисемитской акцией на Кавказе в эти выходные. Днем ранее жители Хасавюрта "инспектировали" гостиницы в поисках якобы поселившихся там евреев, здания закидывали камнями.

Антиизраильские митинги прошли в Махачкале и Черкесске. Участники требовали не пускать "еврейских беженцев" и выселить из региона живущих там евреев. В Нальчике подожгли строящийся еврейский культурный центр.

О причинах антиизраильских митингов – в эфире Настоящего Времени рассказал заместитель директора Центра ближневосточных исследований, находящегося в Украине, Сергей Данилов.

Эксперт по Ближнему Востоку – о причинах антиизраильских митингов в России
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:09:58 0:00

Можно ли назвать случившееся в аэропорту Махачкалы "еврейским погромом"?

– Попыткой погрома – безусловно. Погрома не произошло, именно еврейского. Произошел погром аэропорта в поисках евреев либо израильтян, как декларировали сами участники этого действия.

Что стало причиной этого погрома именно в Махачкале и вообще этих антисемитских антиизраильских акций на Северном Кавказе?

– Очевидно, совокупность разных факторов. С одной стороны, государственная пропаганда, которая накачивает граждан России ненавистью к государству Израиль, к израильтянам, что, в частности, переносится на евреев – тех, которые проживают в самой России. Пропаганда явно дает понять, что она на стороне палестинцев. И не просто палестинцев, а ХАМАС. Это подогрело весь Северный Кавказ, а не только Дагестан. Просто в Дагестане это приобрело такие уродливые, ярко выраженные формы.

С другой стороны, есть подозрения, что антисемитская линия присутствует, во всяком случае, в участии силовиков. Например, в ФСБ. Перед этим был инцидент с пропагандистом Соловьевым, который уволил Евгения Сатановского, с которым я, кажется, был знаком в 1990-е годы, когда он поддерживал востоковедение в России. И вроде бы господину Соловьеву из Кремлевских кабинетов посоветовали, чтобы у него в эфирах было меньше евреев.

Такое впечатление, что кто-то в ФСБ решил поднять методички начала XX века, когда антисемитизм и погромы использовались для того, чтобы спустить пар, управлять ситуацией, создавать управляемые конфликты. А тут управляемый конфликт вышел из-под контроля. Он перерос ожидаемое.

А насколько, как вы думаете, в произошедшем велика роль религии? Люди на Северном Кавказе – это тоже мусульмане, как и люди, живущие в секторе Газа и в Палестинской автономии.

– Мне кажется, это больше про социальное напряжение, которое присутствует в обществе на Северном Кавказе, чем про религию. Хотя оно, безусловно, имеет религиозный атрибут и подогревается, в частности, отдельными этиками мусульманских общин. Оно строится вокруг религии как оболочки – для внешнего оправдания. Но оно одновременно и про проблемы, которые есть на Северном Кавказе.

Эти протесты на Северном Кавказе – можно ли их связывать с антиизраильскими выступлениями, которые идут в других странах, в частности в других исламских странах?

– Мне кажется, не очень можно. Тут все-таки совершенно разный контекст и разные мотивы. Да, безусловно, среди части протестующих есть те, кто очень хорошо понимает ближневосточный контекст. Они сидят на исламских форумах, телеграм-каналах, совместных с сирийскими, палестинскими и многими другими. И для них это именно продолжение протестов в городах Ближнего Востока против, как они считают, несправедливой войны против ХАМАС в секторе Газа. Но основная масса, безусловно, не является настолько погруженной в проблематику Ближнего Востока, она не настолько знает арабский и не настолько чувствует солидарность общей уммы (в исламе – религиозная община – НВ).

Как вы отвечаете на вопрос: почему, учитывая роль российской пропаганды, которая вещает на всю Россию, именно на Северном Кавказе случился этот погром?

– Во-первых, мобилизационные способности для отдельных групп, в частности исламских, на Северном Кавказе гораздо выше, чем в других регионах России. Очевидно, что социальное напряжение на Северном Кавказе выше, чем в других регионах России. Конкуренция между кланами, этническими группами на порядок выше именно на Северном Кавказе. Это не столько про ислам, сколько про напряжение и те проблемы, которые существуют на Северном Кавказе.

В этом контексте антиизраильских выступлений есть еще одна важная история этих выходных – пропалестинский митинг в Стамбуле. На него пришли тысячи человек. На митинге выступал президент Турции. Он сказал, в частности, что будет добиваться признания Израиля военным преступником. После этого израильский МИД отозвал своих дипломатов из Турции. Как вы можете объяснить, почему к этой антиизраильской риторике присоединился в том числе Эрдоган? Ведь Турция – страна НАТО.

– Да, страна НАТО. У Эрдогана скоро местные выборы. Ему надо как-то консолидировать свой электорат, ему надо победить в Стамбуле, Анкаре, Измире и других больших городах, где он хронически проигрывает местные выборы. И он использовал эту площадку для того, чтобы мобилизовать свой электорат.

С другой стороны, он видит, что его попытки стать коммуникатором, переговорщиком между ХАМАС, Израилем, Соединенными Штатами, то есть между ХАМАС и его противниками, провалились. К его большому сожалению, лавры переговорщика перешли к Катару – ближайшему союзнику Турции на Ближнем Востоке, стране, которая Турции в 2017 году не дала гарантий безопасности против вторжения Саудовской Аравии и Эмиратов в момент кризиса. Но сейчас Турция оказалась в ситуации, когда ее роль в этом конфликте сведена к минимуму. И это заявка на то, чтобы, во-первых, получить свою долю пирога в будущем, когда будут идти разговоры о том, как нам обустроить Газу, продемонстрировать себя как лидера суннитского мира, дать сигнал Центральной Азии, Южному Кавказу и Ближнему Востоку: "Теперь я как человек, который наиболее ясно, точно и агрессивно формулирует свое отношение к этому конфликту, буду игроком на этом поле".

Как в этой связи дальше будут развиваться отношения Турции с Соединенными Штатами и вообще с союзниками по НАТО, учитывая такие заявления?

– Это, наверное, самое экспрессивное заявление, самое радикальное. Однако после неудачной попытки государственного переворота в Турции отношения с НАТО, с Соединенными Штатами, с Европой переживали уже не один кризис. И только в этом году после выборов президента, когда Эрдоган все-таки выиграл, он начал возобновлять эти отношения. Я уверен, что когда и если ситуация сложится соответствующим образом, Эрдоган не только продолжит линию, которую он начал в начале лета этого года по нормализации отношений с Западом, но и восстановит отношения с Израилем, как он договорился с Нетаньяху на полях Генассамблеи ООН в сентябре этого года.

XS
SM
MD
LG