Ссылки

Новость часа

Лев Пономарев: "Правозащитная организация обязана не дружить с властью, а требовать от нее. Мы это делаем"


Верховный суд России 1 ноября ликвидировал движение "За права человека". Оно работало более 20 лет – с 1997 года. Движение возглавлял Лев Пономарев, известный российский правозащитник, соратник академика Сахарова. Причиной ликвидации организации Верховный суд назвал "нарушения законодательства".

В рамках форума "Свободная Россия" в Вильнюсе Лев Пономарев рассказал журналистам Настоящего Времени о дискуссии в рядах оппозиции и о создании новой правозащитной организации.

Лев Пономарев – о роли правозащиты в России
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:03:43 0:00

О роли правозащитников

— Если о сути дискуссии говорить, в чем наше главное противоречие, то, конечно, такие радикальные политические взгляды у некоторых рисуют черно-белую картину. Особенно когда люди живут за границей.

Я правозащитник, я живу в России, у меня две позиции: с одной стороны, я в России, это уже немножко другое, а с другой стороны, правозащитная организация обязана не дружить с властью, а взаимодействовать и требовать от власти. Вот это мы делаем.

И упрекать правозащитников за то, что они взаимодействуют с властью, – это как бы сказать: "Вы не нужны, просто не нужны". А мы нужны. Мы знаем, что мы нужны гражданам России. Более того, я абсолютно уверен, что правозащитники играют огромную роль в том, чтобы страна сползала к мирному разрешению тех противоречий, которые есть в стране.

Есть много любителей, которые хотели бы действительно подтолкнуть страну к столкновению граждан. Не люди и власть, а чтобы еще граждане друг с другом [столкнулись], как это было на Украине. На Украине так это и произошло отчасти. И я должен сказать, что роль радикалов на Украине я тоже считаю деструктивной. Хотя они, конечно, воевали.

Но я знаю, что когда был мирный Майдан, я там был в Киеве, первый самый Майдан, и я знаю, что группа молодых людей ринулась и прямо на моих глазах напала на полицию. И била о них бутылки с зажигательной смесью – не полиция нападала. Это то, что нельзя допускать во время мирного протеста. То есть группа радикалов внедрилась, и они сделали жесткое противостояние, напали на полицию. И, конечно, это то, что выгодно в том числе и власти, – чтобы радикализировать, чтобы было насилие.

Во время мирных протестов в Москве насилия не было. Но мне некоторые участники нашего шествия говорили, что они видели таких людей, которые [провоцировали]. Но почему-то их сейчас не судят. И то же самое было на Болотной площади. Там были люди, которые пытались разжечь насилие против полиции. Их потом не судили – судили других, которые невиновны.

О перспективах правозащиты в России

— Они остаются довольно большие. Более того, они увеличиваются, потому что мы, по крайней мере, моя организация, не только защищает юридически людей, но мы занимаемся созданием общественных компаний, объединением людей, созданием гражданского общества как такового. Это часть моей работы. Она не совсем стандартно правозащитная. Я вижу, как гражданское общество создается на моих глазах. Где-то я помог, где-то сами.

Я хочу эту работу дальше продолжать. И буду. Поэтому если ликвидируют нашу организацию, мы создадим общероссийскую общественную организацию. Она будет другой формы, не будет движением, без юридического лица. И будем функционировать, пока нам будет позволять власть. Пока нас в очередной раз не прижмут так, что мы будем искать новую форму.

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG