Ссылки

Новость часа

Стерилизация и эвтаназия. Доктор, именем которого назван синдром Аспергера, сотрудничал с нацистами


Мемориал, посвященный детям, погибшим в клинике Ам Шпигельгрунд в Вене, Австрия

Австрийский педиатр Ганс Аспергер, который жил и работал в Вене в первой половине XX века, активно сотрудничал с нацистами и участвовал в их программе эвтаназии, говорится в исследовании Хервига Чеха, историка медицины Венского медицинского университета. Научная работа опубликована в журнале Molecular Autism.

Австрийский психиатр и педиатр Ганс Аспергер – один из самых авторитетных исследователей аутизма. Еще в 1944 году он описал детей, отличавшихся отсутствием способностей к невербальной коммуникации, ограниченной эмпатией по отношению к сверстникам и физической неловкостью. Термин "синдром Аспергера" появился только в 90-х. Это один из самых частых диагнозов расстройства аутистического спектра.

В годы нацистского режима Аспергер, по утверждению историка Хервига Чеха, публично защищал законность политики "расовой гигиены". В том числе – принудительную стерилизацию, которой подвергались люди с психическими и физическими отклонениями. В некоторых случаях он активно сотрудничал с нацистской программой эвтаназии "неполноценных" детей.

"Аспергер смог приспособиться к нацистскому режиму и за свою лояльность был вознагражден продвижением по службе", – говорится в исследовании.

"Политически безупречный"

Автор исследования выяснил, что Аспергер не стал вступать непосредственно в НСДАП Адольфа Гитлера, но состоял в нескольких организациях, связанных с нацистами – например, был кандидатом в "Национал-социалистическую лигу врачей".

По словам Хервига Чеха, он изучил огромное количество публикаций того времени, а также ранее неисследованных архивных документов, включая личные записи врачей и истории болезней пациентов.

Один из таких документов – нацистская характеристика, составленная в ноябре 1940 года на Ганса Аспергера. Там сказано, что ученый "политически безупречен" и "согласен с национал-социалистическими идеями в вопросах расовых законов и стерилизации".

О своей приверженности нацистским идеям применительно к медицине Аспергер говорил и во время публичных лекций, которые читал студентам. После аннексии Австрии в 1938 году он подписывал свои медицинские заключения "Хайль Гитлер".

"В новой Германии мы, медики, взяли на себя множество новых обязанностей в дополнение к нашим старым. К задаче помочь отдельному пациенту добавляется великая миссия улучшения здоровья народа, что значительно важнее, чем благополучие отдельной личности. Нет нужды подробно рассказывать о добросовестной работе, ведущейся в этом направлении – о позитивных, поддерживающих мерах. Но мы все знаем, что ограничительные меры тоже необходимы.

Как врачи часто делают болезненные надрезы в ходе лечения конкретного пациента, нам тоже придется делать надрезы на теле народа, следуя чувству великой ответственности: необходимо убедиться, что больные, которые могут передать свои болезни новым поколениям в ущерб отдельной личности и всего народа, прекратят передавать свой нездоровый наследственный материал", – писал Аспергер в одной из публикаций в 1939 году (терминология авторская – НВ).

Евгеника и эвтаназия

Изучая документы, историк пришел к выводу, что отношение Аспергера к практике принудительной стерилизации было неоднозначным. В некоторых своих медицинских заключениях он подчеркивал "наследственный" характер отклонений, что прямо вело к стерилизации пациента, хотя этих отсылок можно было избежать без риска для карьеры. Но есть как минимум один случай, когда Аспергер своим диагнозом спас 14-летнего мальчика от стерилизации.

Отдельная глава исследования посвящена отношениям Аспергера с клиникой Ам Шпигельгрунд в Вене, где в годы нацистского режима были убиты около 800 детей. Туда помещали тех, кто не соответствовал критериям "наследственной ценности" и "расовой чистоты". Возглавлял учреждение ученик и бывший подчиненный Аспергера Эрвин Екелиус.

В июне 1941 года Аспергер обследовал девочку, которой еще не исполнилось три года. Он пришел к заключению, что ребенок из-за возможных последствий энцефалита будет "невыносимым бременем для матери", и счел "абсолютно необходимым постоянное размещение" пациентки в Ам Шпигельгрунд. 1 июля девочку госпитализировали, а уже 2 сентября она умерла от "пневмонии" – такой диагноз ставили пациентам, которых умерщвляли с помощью барбитуратов.

В ноябре 1941 года Аспергер рекомендовал отправить в Ам Шпигельгрунд еще одну девочку, также вероятно страдающую от последствий энцефалита. Пятилетний ребенок пробыл там с марта по сентябрь 1942 года, после чего также скончался от "пневмонии".

Историк отмечает, что ранее записи о детях, ставших пациентами этих клиник, считались утерянными во время войны. Автору статьи удалось найти примерно тысячу историй болезней, он предполагает, что на самом деле записей могло быть больше, а те, что сохранились, вероятно были скорректированы или подчищены.

Историк однозначно отвечает на вопрос, знал ли Аспергер, что обрекает своих пациенток на смерть, рекомендуя отправить их в Ам Шпигельгрунд. Он убежден, что, несмотря на секретность программы эвтаназии, доктор очевидно располагал такой информацией.

"Представляется невероятным, чтобы Аспергер, давний коллега [руководителя клиники] Эрвина Екелиуса и хорошо информированный участник профессионального сообщества, был не осведомлен о работе Ам Шпигельгрунд", – заключает историк.

Изучая диагнозы, поставленные Аспергером еще 40 будущим пациентам Ам Шпигельгрунд (где не было прямой рекомендации поместить детей именно в эту клинику), историк пришел к выводу, что врач часто ставил даже более жесткие диагнозы, чем его коллеги по клинике, где практиковалась эвтаназия. В большинстве случаев он настаивал на том, чтобы изъять проблемного ребенка из семьи и поместить в лечебное учреждение закрытого типа.

С программой эвтаназии связан еще один эпизод в жизни Аспергера – его участие в комиссии в психиатрической клинике города Гуггинга под Веной. Комиссия должна была классифицировать 200 детей и определить группу "необучаемых". В эту группу попали 35 детей, все они умерли в Ам Шпигельгрунд.

Рискованное положение

Частично исследования, основанные на документах, добытых Хервигом Чехом, ранее уже публиковались и становились объектом критики. В защиту Аспергера высказался Стив Сильберман, автор NeuroTribes, самой продаваемой книги об истории аутизма (русский перевод опубликован на сайте aspergers.ru).

"Как клиницист, работающий с детьми со многими видами врожденных заболеваний, Аспергер был в особенно рискованном положении; особенно из-за того, что человек, изначально назначивший его на работу в детскую клинику, специалист по инфекционным болезням Франц Гамбургер, стал одним из наиболее известных нацистов в Австрии. Гамбургер живописал фюрера как величайшего врача, открывавшего "новые дороги к здоровью для 80 миллионов своих соплеменников в Германии", – писал Сильберман.

Чех в своем исследовании отмечает, что обо всех проблемах с нацистами известно только со слов самого Аспергера.

Ганс Аспергер умер в 1980 году. После поражения нацистского режима он вернулся на работу в университетскую клинику, и его деятельность во время оккупации Австрии долго не обсуждалась – как и карьеры тысяч других австрийцев благодаря эффекту "стены молчания". Первый раз на свой опыт при нацистах Аспергер публично сослался в 1977 году.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG