Установлена причина смерти пятимесячного Умарали Назарова

Акция памятя Умарали Назарова, Посольство Таджикистана в Москве, 29 октября 2015

Согласно заключению судмедэкспертов, работавших с телом мальчика почти три недели, он скончался от цитомегаловирусной инфекции

Согласно заключению судмедэкспертов, работавших с телом пятимесячного Умарали Назарова почти три недели, он скончался от цитомегаловирусной инфекции.

Как говорится в заключении комплексной судмедэкспертизы, пишет "Новая газета", "причиной смерти Умарали Назарова явилось заболевание: генерализованная вирусная (цитомегаловирусная) инфекция. Данная инфекция осложнилась развитием легочно-сердечной недостаточности. Во внутренних органах ребенка не обнаружено ни этилового спирта, ни наркотических, сильнодействующих и лекарственных веществ".

Наличие это вирусной инфекции означает поражение практически всех жизненно важных органов. Согласно результатам проведенных исследований, вышеназванный вирус развился у Умарали не за один день, поскольку поразил дыхательную, сердечную и желудочно-кишечную системы.

Адвокат потерпевших Ольга Цейтлина собщила, что она и родители мальчика еще не ознакомлены с результатами судмедэкспертизы, назначенной следствием 15 октября.

***

Напомним, что 13 октября полиция задержала в Адмиралтейском районе Санкт-Петербурга маму и дядю Умарали Назарова – граждан Таджикистана Талера Назарова и Зарину Юнусову. Взрослых поместили в камеру, ребенка у них отобрали. Когда Юнусова на следующее утро пришла в отдел полиции за сыном, ей сообщили, что младенец умер по неизвестным причинам. После этого родственники мальчика целую неделю не могли получить тело.

По версии следствия, ребенка отвезли в Центр медицинской и социальной реабилитации детей, оставшихся без попечения родителей имени Цимбалина, где в ночь на 14 октября он умер.

6 ноября Совет по правам человека РФ провел собственное расследование обстоятельств изъятия пятимесячного таджикского младенца и последующей смерти младенца. Выводы общественной организации однозначны: у полиции Санкт-Петербурга не было оснований отбирать ребенка у гражданки Таджикистана, а смерть пятимесячного ребенка - преступление.