Переселенцы из Курской области требуют вернуть им социальные выплаты. Они записали обращение к губернатору Курской области Александру Хинштейну.
Бои в Курской области продолжались полтора года, свои дома покинули около 150 тысяч человек. Во время боев много жилых домов были уничтожены. Однако не все смогли получить сертификаты на покупку нового жилья. А те, кто смог купить новую квартиру или дом, не могут их обустроить.
Раньше переселенцы из Курской области ежемесячно получали по 65 тысяч рублей (около $850). Однако в декабре прошлого года эти выплаты прекратились. Тогда жители курского приграничья вышли на митинг у здания администрации Суджанского района. Им объяснили, что отмена выплат – решение федеральных властей. Въезд в Суджу и еще 121 населенный пункт Курской области до сих пор закрыт из-за разминирования.
В отличие от пострадавших из Курской области, жители прифронтового пограничья Белгородщины вообще не получали таких выплат. Хутор Шаховка Белгородской области власти решили не закрывать несмотря на то, что он регулярно попадает под обстрелы. Хутор находится в шести километрах от границы с Украиной. Жители жалуются, что оборонительная линия проходит прямо за Шаховкой, хутор оказался в "серой зоне", приводит их слова телеграм-канал "Пепел – Белгород". Танки стоят недалеко от домов. Магазин разрушен, не работает школа, фельдшерско-акушерский пункт и почта. Разрушены многие жилые дома. Нет стабильного электро- и водоснабжения, мобильной связи и интернета. В Шаховку не ходит автобус, не ездит "скорая помощь". Никакой централизованной эвакуации, по словам местных, не было. Обращения в администрацию района жителям не помогли.
Про ситуацию в регионе мы поговорили с белгородской журналисткой Викторией Литвин.
– В случае Белгородской области хутор Шаховка – единичный случай или есть похожие истории, о которых мы не знаем?
– Таких населенных пунктов множество, где люди просто выживают, потому что там постоянные обстрелы. Но людям практически ничего не положено. И если у человека маленькая пенсия или зарплата, то оттуда очень сложно выехать. Куда они поедут?
– А почему им не помогают?
– Это большой вопрос к властям Белгородской области. В некоторых населенных пунктах людям помогают, но в некоторых нет. Все зависит от какого-то случайного желания [губернатора Белгородской области] Вячеслава Гладкова, потому что объективных признаков к этому нет.
– А как это работает? Есть какая-то разовая помощь, но не системная?
– Нет. Есть выплаты для того, чтобы люди сняли квартиры в других населенных пунктах Белгородской области. Это именно выплата за аренду. Но, во-первых, это касается не всех населенных пунктов. Во-вторых, эти выплаты платятся раз в три месяца.
– А в чем разница с Курской областью, где все-таки жители получали и временное жилье, и сертификаты на покупку нового жилья, и ежемесячные выплаты? Почему в Белгородской области не получается организовать такую же помощь?
– Это влияние местных властей. Если в Курской области власти чуть более помогают жителям, то в Белгородской очень мало. Я даже с некоторой завистью смотрю на то, как помогали жителям Курской области, потому что в Белгородской такого не было. Выплата 65 тысяч – это вообще какая-то мечта для тех, кто в Белгородской области покинул свои дома из-за войны. Очень плохо, что сейчас прекратили эти выплаты. Я также работаю с темой суджан. Там очень многие люди постоянно жили на эти 65 тысяч. Теперь они остались без ничего. Но, в отличие от жителей Белгородской области, у них хотя бы была какая-то кратковременная поддержка.
– Какая-то помощь для них сохранилась или уже нет ничего?
– Сейчас платят за аренду. И в Курской области есть большой плюс, что власть не ограничивает аренду одним регионом, как это делают в Белгородской области. В Курске, если у тебя есть выплата за аренду, ты можешь поехать в регион с меньшей арендной платой. Да, это будет дальше от дома, но это какой-то способ выжить.
