Ссылки

Новость часа

"С трудом отличает ангину от геморроя". Что изменилось в северном селе Алакуртти после жалобы Путину на единственного врача


Амбулатория в поселке Алакуртти

"86-летняя врач общей практики Татьяна Яковлева с трудом отличает ангину от геморроя. А в амбулатории огромная проблема с неотложкой", – так работник психоневрологического интерната села Алакуртти диабетик Юрий Краснянский описал местную медицинскую помощь в письме президенту в декабре 2020 года. Отрывки письма Владимир Путин зачитал во время прямой линии.

Как изменилась ситуация в селе? Корреспондент Север.Реалии побывал в Алакуртти: пообщался со ставшей известной врачом Татьяной Яковлевой и местными жителями, чтобы понять, как на самом деле живут люди на Севере и на что они жалуются президенту.

"Проблем с медициной ни больше и ни меньше, чем в других поселениях"

Врач Татьяна Яковлева
Врач Татьяна Яковлева

На следующий день после прямой линии в Алакуртти приехали мурманские чиновники в сопровождении пула журналистов. В местных СМИ вышли репортажи о том, что в амбулатории на самом деле не все так плохо, а сама врач оказалась моложе на 20 лет. Пожаловавшийся Краснянский извинился.

"Я на вас в суд подам, попробуйте мне только хоть одно мое слово исказить, – заявила 66-летний врач общей практики амбулатории Алакуртти Татьяна Яковлева в начале встречи с журналистом. – Так и знайте. Меня и так достаточно уже оскорблял этот Краснянский".

Нас с грязью смешали

Скандал врач обсуждать не хочет: в первый день, когда услышала по телевизору его слова и ей начали звонить журналисты, она хотела уволиться, но после личных уговоров губернатора области Андрея Чибиса и извинений осталась. Говорит, что ради местных жителей, которых лечит более 30 лет.

"Поражаюсь, что появился человек, который, не приходя ко мне на приемы, оболгал меня. Да, у нас не хватает одного врача, но мы тянем. А нас с грязью смешали", – говорит она.

По словам Яковлевой, недовольство амбулаторией у местных жителей связано с тем, что они приехали в Алакуртти из городов. Причем большая часть жителей – не из Мурманской области, и они не привыкли к сельской медицине, говорит врач. В 2014 году Северный флот пополнился арктической бригадой на семь тысяч военнослужащих, которую дислоцировали в Алакуртти.

"Население в Алакуртти меняется. К военнослужащим приезжают жены из крупных городов, и некоторые из них не могут понять, что они приехали в село. И что в селе нет таких штатов, как в городе. А они считают, что штаты будут, как в городе. К сожалению, так не бывает. Мы сельская амбулатория и не можем им дать больше, чем положено по установкам, – объясняет Яковлева. – Я читаю в интернете, какая проблема с медициной по России. Закрываются больницы, из-за того, что увольняются врачи. Проблем с медициной в Алакуртти ни больше и ни меньше, чем в других поселениях. Есть села, которые еще дальше от городских больниц, чем наше".

"У меня есть кабинет ЭКГ. Но больше, простите. Амбулатория – это не районная больница", – говорит она.

"От балды назначает таблетки"

"Многие сейчас меня хотят четвертовать, многие – наоборот", – прокомментировал Краснянский ситуацию на следующий день после прямой линии. После этого отключил телефон и отказался от общения с прессой.

Многие жители Алакуртти с его жалобами действительно соглашаются. Людмила Коняева – сотрудница психоневрологического интерната и коллега Юрия Краснянского, которая живет в селе с 1994 года. По ее мнению, Краснянский "вовсе не злодей и не хам".

"Юрий своеобразным способом привлек внимание к Алакуртти. Но из ряда проблем, которые Юра поднял, вытащили только две фразы. Про старую бабушку и геморрой", ­– говорит она.

Диагнозы ставит не очень правильно

"Краснянский, может, и неправильно выразился в своем обращении к Путину, но суть дела от этого не меняется, – рассказывает местная жительница Ирина Коренева. – Нам нужно хотя бы два терапевта. И помоложе. Яковлева – в возрасте. Диагнозы ставит не очень правильно и от балды назначает таблетки. Многих погубила. На нее жалуются. Допроситься направления к специалисту – невозможно. Сама езжу в Мурманск, в Кандалакшу – к платным врачам, но бедные бабушки себе этого не позволят. В силу своего возраста Яковлева нервная и ругается с пациентами. Приемы ведет ужасно: люди сидят в очереди полдня, пока она обсуждает, кто на ком женился, кто с кем развелся. Не понимаю, почему жители и сотрудники амбулатории молчат".

Наталья Тютенкова родилась в Алакуртти в семье военных. Прожив несколько лет в Петербурге, она вернулась обратно.

"Я понимаю возмущение [Краснянского]. Возможно, он говорил на эмоциях и не надеялся, что попадет в эфир. Таких недовольных, как он, в поселке много", – говорит она.

"Министр посмотрел, что здание амбулатории красивое, и на этом – все"

Военный городок в Алакуртти
Военный городок в Алакуртти

Многие в поселке надеялись, что после прямой линии президента ситуация с медициной в Алакуртти изменится, говорит Тютенкова.

"Люди обрадовались, что что-то сдвинется с мертвой точки и изменится в нашем поселке. Но на самом деле ничего не изменилось", – говорит она.

У нас сегодня не гинеколог, а акушерочка Юлечка

После прямой линии в Алакуртти приехал министр здравоохранения Мурманской области Дмитрий Панычев. В трактовке СМИ все выглядело так, будто жители защищали Татьяну Яковлеву. Панычев положительно оценил медицину в поселке, похвалил за красоту здание амбулатории.

"Журналистка [КП.Ru] сказала, что у нас все хорошо. Что у нас большой штат врачей, что есть и невролог, и гинеколог, – говорит Коняева. – Так вот, она просто прочитала таблички [на кабинетах] 25-летней давности. И сослалась на них, заявив, что эти специалисты в поселке есть".

"У нас сегодня не гинеколог, а акушерочка Юлечка, сама имеющая трех деточек. Лаборатория – есть. Но где находится лаборант? Она в отпуске по уходу за ребенком. Министр приехал, посмотрел, что здание амбулатории красивое, а Татьяне Александровне не 86 лет, а 66, и на этом – все. Здорово, – добавляет она. – Нет кабинета УЗИ, а это так важно для женщины. Как мы хотим добиться того, о чем говорит президент, – деторождения? В Алакуртти это губится на корню".

В автопарке амбулатории, по словам министра и губернатора, две кареты скорой помощи. На самом деле, говорят местные жители, одна из них уже давно в нерабочем состоянии: "Сейчас ее борта обросли сосульками, а дно уже давно ржавое".

Единственная "скорая" объезжает как Алакуртти, так и глухие поселения: Нямозеро, Ковдозеро и Зареченск. Там проживает около 700 человек, ехать примерно 100 километров. Между Алакуртти и Кандалакшей с районной больницей – более 115 километров, из которых 100 – это дорога, проходящая через затяжной перевал. А зимой там метели, снежные заметы, обледенения и, как следствие, – много аварий.

"Недавно на трассе произошла страшная авария – лобовое столкновение. Муж и жена получили серьезные переломы. "Скорая" приехала, но она может взять одного человека. Поскольку женщина была в более тяжелом состоянии, то увезли первой ее. Мужчина ждал три часа на холоде", – говорит Коняева.

Впрочем, в последний рабочий день 2020 года у амбулатории Алакуртти появилась еще одна машина: главный врач Кандалакшской ЦРБ вручил ключи от нового автомобиля марки УАЗ "Патриот" лично Татьяне Яковлевой. "Хоть один плюс от обращений", – пишут в соцсетях местные жители.

Полную версию статьи –​ на сайте Север.Реалии

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG