Ссылки

Новость часа

"Переливание нужно применять рано, когда еще нет легочных повреждений". Врач Андрей Масчан о перспективах лечения коронавируса плазмой


Врач-онколог о перспективах лечения коронавируса плазмой
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:03:22 0:00

Врачи в Москве стали использовать переливание плазмы для лечения больных коронавирусной инфекцией: плазму крови уже переболевших людей переливают тем, кто только заразился вирусом. У переболевших уже есть иммунитет, их кровь содержит антитела, которые теоретически могут помочь в борьбе с COVID-19.

Корреспондент Настоящего Времени расспросила об этом методе детского онколога Алексея Масчана. Он возглавляет Институт гематологии, иммунологии и клеточных технологий им. Дмитрия Рогачева в Москве.

О методе переливания плазмы

— Объясните для наших зрителей, как работает в целом этот механизм, когда плазма людей, которые уже переболели коронавирусом, может помочь в прививании другим людям? Как это технически работает, как это устроено?

— Для этого давайте вспомним, как работает наша иммунная система, нормальная иммунная система: в ответ на бактериальные или вирусные возбудители вырабатывается то, что мы называем иммунитетом. Иммунитет этот состоит из двух главных компонентов. Это так называемые антитела – это белки, которые в плазме содержатся, которые вырабатываются так называемыми б-лимфоцитами. Среди них есть б-лимфоциты памяти, которые в дальнейшем при возникновении повторной встречи с тем же возбудителем начинают быстро-быстро вырабатывать большое количество антител. И второй компонент нашей иммунной системы – это так называемые Т-клетки, это цитотоксические клетки, которые убивают клетки, инфицированные вирусом.

Так вот в плазме переболевших коронавирусом содержатся как раз эти антитела, которые способны связывать вирус. И, собственно, интрига главная заключается в том, может ли противовирусный иммуноглобулин, который содержится в плазме, проникать в достаточном количестве в легочную ткань, в бронхиальную ткань, чтобы там этот вирус связывать.

Для меня более-менее очевидно, что наилучшие результаты от применения плазмы будут получены, только если она будет применяться в так называемом упреждающем режиме, то есть при появлении тех признаков инфекции, которые грозят серьезными легочными осложнениями и, в частности, попаданием на аппарат ИВЛ.

Но если вводить плазму, содержащую противовирусные антитела пациентам, которые уже попали на искусственную вентиляцию легких и имеют катастрофическое повреждение легочной ткани, здесь вероятность лечебного воздействия гораздо ниже.

Мы имеем ряд таких очень, я бы сказал, показательных примеров клинической практики. В похожих ситуациях, не полностью идентичных. Например, существует так называемый респираторно-синцитиальный вирус, который вызывает тяжелое поражение мелких бронхов у маленьких детей, у детей с нарушениями иммунитета. Так вот введение антител против этого вируса в профилактическом режиме практически полностью защищает пациентов от тяжелых инфекций, которые могут быть для них смертельными. Но это профилактическое введение. А вот в лечебном режиме те же самые тела неэффективны.

Поэтому я считаю, что переливание плазмы от переболевших коронавирусом очень перспективно, это заманчивая, конечно, перспектива и метод лечения. Но, во-первых, ее нужно иметь в достаточном количестве, во-вторых, ее нужно применять рано, когда еще нет необратимых легочных повреждений.

О клинических испытаниях

— Если говорить про подтверждение этой методики, о которой вы рассказываете, клиническими испытаниями, это уже есть?

— Полновесных клинических испытаний пока нет, и это очень трудно сделать. Дело в том, что переливание этой плазмы – это тоже не единообразная вещь. Например, у вас может быть очень высокий уровень этих антител, а у меня, точно так же переболевшего, он будет существенно ниже. И поэтому клинические испытания плазмы в любом случае не лишены с самого начала слабости. Это испытание препарата с пока неизвестным уровнем антител. Поэтому речи о таких клинических испытаниях высокого качества мы пока, к сожалению, вести не можем. Хотя плазму применяют уже повсеместно – на Западе и, насколько мне известно, в наших клиниках, которые занимаются лечением больных с COVID-19.

— Результаты такого типа прививок уже сейчас видны для врачей, которые работают с этим на регулярной основе, какая-то положительная динамика?

— Мне известны только слухи, переданные через вторые-третьи лица. Вроде бы впечатления благоприятные, но это впечатления, о которых мне стало известно по косвенным каналам, сам я этих пациентов не видел и ничего о пользе сказать не могу. Я верю в этот метод, если он будет применяться правильно и, главным образом, своевременно.

— Можете рассказать, как давно этот метод начали применять в России?

— Этому методу лет 100 точно, когда переливают плазму переболевших разными заболеваниями, стафилококковыми инфекциями и другими заболеваниями. С тех пор, как стало известно, что в плазме содержатся некие субстанции, которые защищают от инфекции, этот метод применяется. Это примерно такое же средство, как банки и горчичники. Это шутка, конечно, но ничего оригинального в нем нет.

О работе онкоцентра во время пандемии

— Можете рассказать, как работа в вашем центре изменилась с момента начала эпидемии и тех цифр нарастающих, которые мы видим?

— Мы работаем с пациентами, которые теоретически могут особенно пострадать от коронавирусной инфекции, хотя, опять же, с точностью мы этого сказать не можем, потому что специфика развития коронавирусной инфекции у больных, страдающих гематологическими, онкологическими заболеваниями, пока не определена. Поэтому мы ввели строгие карантинные меры как с точки зрения экипировки персонала и обработки рук, так и с точки зрения разобщения пациентов, разобщения контактных с коронавирусом, поскольку уже среди наших врачей есть заболевшие.

Это достаточно трудоемкая и логистически очень сложная система, но пока нам удается наших пациентов, хотя их стало немножко меньше, лечить так, как они этого требуют. Естественно, если заболеют или инфицируются все врачи центра, то это наложит существенный отпечаток, хотя понятно, что, отболев, а у большинства пациентов это заболевание протекает в достаточно легком виде, мы снова вернемся к выполнению наших функций в прежнем объеме.

— У вас есть какой-то план действий, выработанный заранее, на случай, если действительно ситуация будет не радужным образом развиваться, если действительно врачи окажутся инфицированы?

— Она есть и приведена уже давно в действие. Самая лучшая – это бригадная методика, когда на лечение больных выходит фиксированная бригада. И если эта бригада инфицируется, то она в полном составе уходит, и на ее место заступает так называемый резервный полк, который априори не инфицирован и может работать с пациентами.

Естественно, что такую роскошь себе могут позволить далеко не все центры, особенно какие-нибудь региональные клиники, больницы, в которых врачей очень мало и которым и так приходится работать по одному-два врача в день, иногда по три. А уж как они будут работать в условиях этой повальной коронавирусной инфекции, если такая случится, пока логистически это непонятно. И в таких центрах, как наш, это трудно, но выполнимо. А вот что касается провинциальных клиник, здесь, конечно, все гораздо сложнее.

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG