Ссылки

Новость часа

"Дворец в Геленджике не в русском стиле". Кто и зачем восстанавливает наличники в России


В городах России все еще можно встретить старинные деревянные дома, фасады которых украшают резные наличники. Увидеть их можно и в виртуальном музее, созданном фотографом Иваном Хафизовым. Этой темой он увлекся более 10 лет назад, ездил в экспедиции по всей стране, чтобы собрать коллекцию фотографий резных наличников, выпустил книгу и запустил производство сувенирных макетов наличников. Работы Ивана служат вдохновением для многих мастеров, в том числе и для Владимира из Тулы, который влюбился в красоту наличников и теперь сам делает их.

Иван увлекся наличниками случайно. В 2007 году он был в командировке в Энгельсе Саратовской области, и ему приглянулись дома, украшенные резными наличниками. Посещая другие области России, фотограф начал замечать, что наличники в каждом регионе разные: "Мне стало интересно, чем они отличаются и почему они отличаются. И я пошел в библиотеку. Про деревянное зодчество книжек немало, а про наличники нет". Тогда Ивану пришла идея сделать виртуальный музей, где каждый желающий мог бы разместить фотографии наличников: "Для меня это был способ восхищения. Не цель показать, что это все исчезает, что это уходящая Россия, давайте пожалеем друг друга, что мы последнее поколение".

У Ивана появилось хобби: ездить по городам России, где еще сохранились старинные деревянные дома, украшенные резными наличниками. Он понял, что с каждым годом их количество сокращается, а владельцы домов, не видя в них никакой ценности, выкидывают наличники или пускают на дрова. "Это такая обидная история, когда есть пласт культуры, которого нет на слуху. То есть давайте спросим 1000 человек: что составляет суть нашей культуры? И там: водка, матрешка, балалайка, автомат Калашникова, что угодно, банальные скрепы, деревянное зодчество всплывет, может быть, где-то на 178-м месте. Но наличники навряд ли, – сетует Иван. – Мне кажется, что надо рассказывать. Ну как еще на это повлиять? Рассказывать, футболки носить, календари делать".

Чтобы привлечь внимание к истории резных наличников и сохранить их не только на фотографиях, Иван придумал изготовить масштабные модели. Он решил запустить краудфандинговую кампанию по сбору средств для выпуска пробной партии сувенирных моделей наличников. Иван рассчитывал собрать миллион рублей, но итоговая сумма сбора была превышена в пять раз: "Я вообще изначально собирался заказать детали в одном месте, инструкции в другом месте, коробки в третьем, все это собрать и отправить. Но поскольку мы собрали не миллион, а пять с лишним, то стало понятно, что делать надо совершенно по-другому, нужно ставить станки, делать эти наличники. Потому что это не ограничится проектом. У меня в книге описано 390 видов наличников, и самое интересное я хочу представить в виде макетов".

Иван арендовал помещение в здании бывшей текстильной фабрики, закупил оборудование и в ноябре 2020 года начал работу над проектом, а уже в декабре у него появилась помощница: "Кошка пришла. Я сидел в ночь на 1 декабря в прошлом году за этим столом. И вдруг мне что-то тычется в ноги, я вздрогнул. Пришла кошка и ластится. Потом залезла на стол и заснула здесь. И с тех пор она осталась тут. Очень умная кошка. Я назвал ее в честь Аси Казанцевой и Катерины Шульман. Она Кася".

По словам Ивана, сейчас наличники исчезают со скоростью десять тысяч домов в год, несмотря на всю их ценность для нашей культуры и истории: "Я не знаю людей, которые могут повлиять на эту ситуацию, их это не волнует. Вот дворец в Геленджике, он не в русском стиле. Если бы он был в русском стиле, деревянный, прямо такой резной, это бы реально повлияло на ситуацию, серьезно, я уверен. Если бы он построил терем прямо такой колоссальный, красивый, резной и с палисадничком вокруг. Это реально бы повлияло".

В стране еще остаются мастера, которые так же, как и Иван, влюблены в резные наличники. Один из них – Владимир Фокин родом из Сургута: "Я архитектор, меня влюбили в пространство. Так как я с детства был художником, окончил художественную школу, уехал в Питер поступать на художника. Но потом решил в 17 лет, что художники спиваются, пойду я, наверное, на дизайнера или архитектора".

После окончания вуза Владимир перебрался в Тулу вслед за возлюбленной, и тут он впервые обратил внимание на резные наличники. "Я видел, что они есть на домах, но, когда были старые и дома разрушенные, они никакого впечатления не производили. Но когда я первый раз их увидел на одной из выставок – новые, красивые, покрашенные, я встал как вкопанный и не мог сдвинуться с места. Я влюбился. Я влюбился в эти орнаменты. Потом стал изучать то, что есть вокруг, смотреть. Это как увядшая красота, – вспоминает Владимир. – Дальше я все впитывал в себя как губка, взахлеб. Изучал, что есть в интернете, нашел единомышленника Ивана Хафизова. Для меня это стало целым миром, который я для себя открыл. Ну и потом стал как проектировщик уже думать: а как это сделать? Ну и делать чертежи, и потом руками".

В Туле Владимир 15 лет владел дизайн-студией, но череда кризисов поставила под удар его небольшой бизнес. Тогда он переключился на изготовление резных наличников, и теперь они приносят ему основной доход. Несколько лет назад в Туле открылся музей резного наличника, экспонаты для которого изготовлены в мастерской Владимира. "У меня была ситуация. Ко мне подошел человек и говорит: "О, наличник, а это ведь был мой дом, блин, как он красиво смотрится, а я их выкинул". Я говорю: "А зачем?" Он и говорит: "Так я не знал, что это ценно, полно везде добра этого, да и оно уже дряхлое", – рассказывает он.

Владимир уверен, что его ремесло не исчезнет и у резных наличников есть право на существование: "Я тружусь для тех, кому нравятся деревянные дома, но не хочет, чтобы они просто безлико смотрелись, а в них играла какая-то музыка. Чтобы можно было и попариться с душой, приятно было подойти к дому. Вот для таких людей и тружусь".

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG