Ссылки

Новость часа

Долговые книги и разбитые дороги. Как работают сельпо в российской глубинке


Наталья живет в небольшом селе в Тюменской области и снабжает магазины отдаленных умирающих деревень продуктами. Сначала это был бизнес, сейчас – все больше благотворительность. Все ее магазины работают в долг, в них есть долговые книги, да и она сама берет у баз продукты под честное слово.

Жители российской глубинки говорят, что пока в деревне есть школа, она будет жить. То же самое можно сказать и про сельские магазины. И если в деревне есть магазин, то есть надежда, что люди ее не покинут. Наталье Мальцевой 50 лет, она живет в селе Тушнолобово Тюменской области и половину своей жизни держит продуктовые магазины в небольших деревнях своего района. В этом году государство вносит новые правила налогообложения, и вполне возможно, что Наталья будет вынуждена закрыть свой небольшой бизнес.

"Я родилась рядом здесь, в 18 километрах, в соседней деревне Болдырево. Закончила 8 лет, уехала учиться в техникум, агроном я по образованию. Но работать не пришлось на земле", – вспоминает Наталья. Свой бизнес она начала в 1995 году. Тогда работала в кулинарии, получила опыт работы с кассовым аппаратом и решила открыть свой продуктовый магазин: "Построили у себя возле дома магазин – и вот с тех пор там. Союзовские магазины стали закрываться, стояли, как хозяев не было, и я решила взять сначала один, потом второй, потом третий, вот так насобиралось. Было десять, потом закрыла два".

Большинство магазинов Натальи находятся в удаленных селах. По ее словам, никто не хотел открывать их из-за проблем с дорогами, а она рискнула. В распутицу туда можно добраться только на УАЗике, по весне в районе случаются половодья, и дорога уходит под воду. Но наценку из-за сложностей доставки Наталья не делает, хотя затраты на ремонт машин не окупаются: "Резины нам на год не хватает на всех машинах, приходится менять. А вот с распутицей вот с этой, ну вот УАЗик второй уже поменяли".

Наталья рассказывает, что за те 25 лет, что она занимается бизнесом, жителей в селах стало меньше, молодежь уезжает в поисках лучшей жизни и заработка: "Ничего уже не вернуть назад. Все уезжают. Остаются старые люди. Старые люди сейчас умрут, все, мне кажется, там вообще уже никто не останется. Молодежь-то не возвращается".

Они рассчитаются – и снова в долг будут набирать, и у меня постоянно эти долги, долги и долги

Основные клиенты в магазинах Натальи – пенсионеры. Ассортимент она составляет по заявкам от продавцов и покупателей. "То какой-нибудь дезодорант вот этот новый-то, воздушный, сам который распыляет. Вот одна в Водолазове пришла, говорит: купи мне такой дезодорант. Ну где я тебе его возьму, я сама первый раз слышу. Ну нашла, привезла, все, бабулька довольная, ей именно такой надо было. И вот таких моментов очень много, – говорит Наталья. – Даже сама еще не знаю, вроде бы езжу, вроде бы все это смотрю, но рекламу, правда, некогда мне смотреть. А бабульки все знают".

Часто продукты приходится отпускать в долг, потому что у людей нет возможности оплатить их сразу. В каждом магазине заведена долговая книга: "С первого дня моей работы долговая книга пошла. Вот сколько лет работаю, а долги не прекращались. Не в таких количествах были в долгах, сейчас-то люди вообще уже полностью на долги перешли. Раньше работа была хотя бы, совхозы свои".

Поскольку Наталья берет продукты на продовольственной базе под реализацию, она сама оказывается в долгах. В каждом ее магазине покупатели должны по 80-100 тысяч рублей: "Они рассчитаются – и снова в долг будут набирать, и у меня постоянно эти долги, долги и долги. У меня долговая книжка, она вычеркивается и снова заводится у человека, человек постоянно живет в долгу".

По словам Натальи, из-за эпидемии коронавируса ситуация с должниками ухудшилась: многие остались без работы. В одном из сел ей даже пришлось временно закрыть магазин из-за того, что заболевший контактировал с продавцом. "Продавец позвонила и сказала, что обнаружили у нас человека с коронавирусом. Мне позвонили из Тюмени, с санэпидемстанции: надо срочно закрывать магазин", – рассказывает Наталья.

В это время магазин ограбили, вынесли товар на сумму 15 тысяч рублей: "Вызывали милицию, ищут до сих пор, хотя милиция дежурила на тот момент, деревню патрулировала, по ночам патрулировала. Утром пришли – магазин вынесен". Наталья не надеется, что преступников найдут, потому что, как она говорит, "все продукты давно съедены".

По деревням и продуктовым базам Наталья часто ездит в компании собачки Ляльки: "Она с нами везде – и в огонь, и в воду, и в баню. Маленькую мы ее взяли, боялись, как бы дома одну оставлять, она вякала-вякала. Мы ее раз взяли, второй раз взяли, а потом все. Как наше запасное колесо. Никуда без нее".

После рабочих поездок Наталья спешит домой, где ее ждет большое хозяйство: "Куриц я нынче напарила 100 штук, сама, в инкубаторе. Я люблю цыплят парить. Потом у меня кроликов штук 50, наверное, три свиньи, пять собак и четыре кошки. Мы привыкли к хозяйству, мы не можем без него. Мы свое все едим: мясо, яйца. Все у нас свое, в магазине не покупаем".

В этом году правительство решило изменить систему налогообложения для сельских магазинов. Наталья сетует, что из-за этого ей, возможно, придется закрыть свой маленький бизнес, как и миллионам других предпринимателей по всей стране.

"На данный момент мы находимся на едином налоге, то есть мы платим с квадратов. С каждого магазина с квадратов платим. Сейчас нас будут заставлять платить с товара, то есть в каждом магазине должен стоять кассовый аппарат. Подключен к интернету, – поясняет Наталья. – У нас интернета в этих деревнях нет, кассовые аппараты я поставить не в силах. Просто у меня там очень маленькое население, у меня нет такой выручки, чтобы я кассовый аппарат отработала".

Наталья признается, что в этой ситуации ей больше всего жалко людей, которые останутся без магазинов, но повлиять на это она не может, а в налоговой и слушать не хотят. Свою жизнь без этой работы Наталья уже не может представить, да и многочисленные кредиты нужно как-то выплачивать: "Не знаю, может быть, кто-то и будет за меня там работать, может, найдется человек какой-нибудь. Но на данный момент столько лет проработала, я как бы уж приросла к этим деревням, к этим магазинам, к этим людям. Тут вот, например, человеку надо даже палас там какой-нибудь, лестницу какую-нибудь, стремянку там, краску, линолеум, цемент. Все привожу, что надо, что просят".

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG