Ссылки

Новость часа

"Абсурд нашей повседневности". Павлина Скурко – о состоянии здоровья мужа и деле против него


Андрей Скурко

Руководитель отдела рекламы и маркетинга белорусского издания "Наша Ніва" Андрей Скурко несколько дней находится в медицинской части СИЗО на улице Володарского. Сообщается, что у Скурко "структурные изменения в легких" и подозрение на COVID-19. У Скурко также есть зависимость от инсулина.

Скурко находится под арестом с начала июля по подозрению в причинении имущественного ущерба без признаков хищения (статья 216 УК). По этому делу проходят еще несколько сотрудников издания.

Жена журналиста историк Павлина Скурко рассказала Настоящему Времени, что известно о состоянии здоровья Андрея и деталях дела.

Павлина Скурко – о состоянии здоровья мужа и деле против него
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:07:00 0:00

— Как сейчас себя чувствует ваш муж, подтвердился ли у него коронавирус – вам что-то известно об этом?

— Дело в том, что в белорусских тюрьмах стараются, насколько я знаю от родственников других заключенных, не подтверждать коронавирус. Делают тест, но эта информация закрытая. Вроде бы при всех симптомах и признаках все равно это лечат не как коронавирус, а как пневмонию, бронхит или что-то другое. Но мы для себя так думаем, что, наверное, это все-таки "корона", потому что по тем симптомам, которые нам описали сокамерники Андрея, были перепады температуры, озноб, слабость, про которую говорят при коронавирусе, и началась пневмония. Пневмонию ему диагностировали уже в следственном изоляторе, куда его перевели после двух недель таких адских условий – то, о чем вы говорили, когда они жили без матрацев, без передач, без сменного белья, без прогулок, с ужасной едой. Теперь его лечат от этой пневмонии. Теперь мы только надеемся, что вылечат.

— А вы понимаете, как его лечат? Может быть, вы с ним могли поговорить или адвокат его посещает и знает, что делают, чтобы вылечить?

— Поскольку коронавируса нет – но в камере объявили карантин. Андрея тоже забрали на карантин, поэтому адвокат не может с ним связаться.

Вчера у нас был очень счастливый день – мы получили два письма от Андрея из тюрьмы. Одно было написано в четверг-пятницу, второе в субботу-воскресенье. В общем, пару дней назад. И он пишет много, пишет, что ему колют капельницы, берут анализы. Как-то так я приободрилась после этих писем. Он пишет, что кашляет вроде бы уже меньше. Написал, что доктор диагностировал пневмонию, но сказал, что все будет нормально.

— А как быстро доходят письма из изолятора до вас? Когда он пишет, что ему становится лучше – это он как давно своей рукой написал?

— В воскресенье.

— Насколько я понимаю, ваш супруг инсулинозависимый. Если не ошибаюсь, ему четыре раза в день нужно делать уколы. Эту помощь он получает?

— Да. Мы очень переживали из-за этого. У нас есть такое место – изолятор временного содержания на Окрестина. Окрестина – это одно из самых страшных СИЗО в Беларуси в связи с тем, в каких условиях там люди находятся. Так вот на Окрестина, где он провел первые две недели задержания, инсулин клали ему на порог в камере, открывали камеру и давали ему, чтобы он сделал себе укол. Но дело в том, что инсулин надо хранить в холодильнике, потом греть его до комнатной температуры и колоть. А у нас в это время там была жара под 40 градусов. И я даже боюсь себе представить, какая жара в это время была в этом изоляторе. Поэтому я сильно переживаю, что там инсулин испортился и эти уколы не имели никакого смысла.

А тут, когда его перевели в следственный изолятор в центре Минска на улице Володарского, тут уже инсулин в холодильнике. Он пишет: "Все нормально, меня водят на уколы, достают из холодильника, все [в порядке]".

— Ему под камеру подкладывали инсулиновые ампулы и шприцы тоже?

— Да, шприц и ампулу инсулина.

— И тут же говорили, что ему нужно сделать укол?

— Там лежали две недели на этой жаре на пороге камеры. Ему открывали камеру перед едой.

— Накануне, как сообщили в редакции "Нашей Нiвы", и Скурко и главреду "Нашей Нiвы" Егору Мартиновичу, который также находится под арестом, предъявили обвинения, но по статье, которая касается не массовых беспорядков, из-за чего они изначально были задержаны, а нанесение имущественного ущерба. Об этом вам что-то известно?

— Известно очень мало. Адвокаты под подпиской. Это просто такая иллюстрация того, что у нас происходит. К нам ворвались эти люди – человек 15 в масках, – напугали нашего ребенка, которому полтора года, напугали нас. Сделали у нас черт-те что дома, с этим оружием неслись. И вот по массовым беспорядкам уже мы такие злодеи. Потом проходит две недели, оказывается, что уже нет никаких массовых беспорядков, а уже какая-то очень странная статья "нанесение ущерба без хищения". Зачем тогда все это было? Где мои компьютеры? Они проверяются на предмет нанесения ущерба без хищения? Это просто такой абсурд нашей повседневности.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG