Эгонс Бушс – глава службы безопасности LMT, ведущего мобильного оператора Латвии, 51% которого контролируется государством. В разговоре с Настоящим Временем он рассказывает, какие проблемы для Латвии и других стран Балтии несут обрывы кабелей в Балтийском море, совпадающие по временем с проходом связанных с Россией судов "теневого флота", а также объясняет, можно ли в Латвии "отключить" интернет, как это недавно произошло в Иране, а ранее происходило в Казахстане и других странах на фоне массовых протестов.
– В последние недели мир наблюдает за массовыми протестами и их подавлением в Иране. Протесты сопровождаются практически тотальным отключением в стране интернета. До этого мы наблюдали локальное отключение интернета в Казахстане в 2022 году, во время "Кантара" (массовых протестов, которые переросли в беспорядки и были жестко подавлены силовиками). Отключения происходят и в России. Есть ли у властей Латвии и ЕС такой же "рубильник" способный отключить интернет?
– Латвия и Европейский Союз – демократические государства. Союз государств, у которых нет одного "рубильника", при помощи которого можно отключить интернет.
Наоборот: мы прилагаем много усилий, чтобы соединение было стабильным и взаимозаменяемым. Поэтому у нас есть самые разные каналы передачи данных. А одного централизованного переключателя нет.
В то же время государство позаботилось на случай атаки на нас и необходимости нам самим как-то изолироваться от агрессора. Для этого в Латвии при участии Минобороны был создан локальный, абсолютно независимый и стабильный пункт обмена данными, к которому подключены все крупнейшие, ведущие операторы страны. Кроме того, каждый оператор, как правило, располагает несколькими видами подключений. Это и подводные кабели связи, и подземные кабели, и спутниковая связь, и радиосвязь, и так далее.
Поэтому одного конкретного места, где их можно отключить, нет. В тоталитарных странах иначе. Там обычно есть надзорные структуры, которые сводят все каналы передачи данных к единому центру, и вся передача данных проходит через контролируемые ими места. В таком случае разовое отключение возможно. Но в Латвии такого нет.
– Говоря об инфраструктуре, обеспечивающей передачу данных и телекоммуникацию в целом: сегодня обрыв кабелей связи в Балтийском море стал нередким явлением, такие действия называют частью "гибридной войны" России и Евросоюза, Запада. Обрыв одного из кабелей литовского оператора Telia в 2024 году привел к временному замедлению работы интернета в стране. Насколько работа латвийского интернета зависит от этих подводных кабелей и насколько она защищена от разного рода диверсий?
– Да, тема кабелей действительно широко прозвучала. Важно, чтобы эти кабели работали, было бы хорошо проложить дополнительные соединения и физически их защитить.
В то же время у нас именно из-за обрыва интернет-кабелей никаких перебоев в работе интернета не было, потому что у нас есть несколько взаимозаменяемых каналов передачи данных. Фактически, на всех направлениях, где нам это нужно, если что-то не проходит по подводному кабелю – оно идет по другим каналам.
Подводные кабели очень часто рисуют на карте пугающую картину – что в Латвии их мало. Да, их мало. Но не надо забывать, что у нас также есть наземные кабели, которые идут в разные страны, и по сути, даже с Россией интернет-связь у нас не прервана. Служба госбезопасности Латвии вместе с Советом по СМИ определили перечень российских ресурсов, которые в Латвии заблокированы, но все остальное – доступно.
Это история о том, что общая стабильность важнее отдельных кабелей или технологий. Что, конечно, не отменяет того, что повреждение кабелей – это плохо, и все виновные должны быть найдены и наказаны.
– Хотел бы также спросить вас об оповещении населения в случае кризиса. Военные и другие чрезвычайные структуры называют радио наиболее надежным средством связи в случае кризиса. Значит ли это, что мобильная связь еще менее надежна? И как вы будете доносить информацию для жителей Латвии в случае ЧС?
– Нет, как раз наоборот. Государство сделало выбор в пользу того, что мобильная связь является наиболее надежным средством связи для подавляющего большинства населения. Соответственно, было введено сотовое вещание, поскольку это важный способ обеспечения государства экстренным вещанием.
Исторически, до эры мобильной связи, в начале 90-х, может быть даже раньше – что нужно было людям делать в случае кризиса? Включить Первый канал телевидения и радио. Это правило все еще актуально. Однако я пытался спросить у своих и других детей, где можно найти первый ТВ и радиоканал. Они ответили: "Ну, радио можно найти в машине, ты его часто слушаешь", что правда.
Поэтому был сделан выбор в пользу универсального мобильного решения, которое работает на любом мобильном устройстве. Чтобы любой человек, независимо от возраста, привычек и тому подобного, мог им пользоваться. Это и есть сотовое оповещение.
Молодые люди уже не смотрят телевизор. Это осложняет возможность связаться с ними в кризисной ситуации. Если же на телефоне появляется громкое, кричащее сотовое сообщение, как было в Латвии во время тестов – то люди обращают на него внимание, потому что это действительно громкий, отвлекающий сигнал. Вы не можете просто продолжать смотреть свои видео и не заметить его. Поэтому я думаю, что наше доверие к сотовой связи в Латвии оправданно.
