Жители стран Балтии 40 лет назад принимали участие в ликвидации последствий аварии на Чернобыльсккой АЭС . Что с ними сейчас, какой удар по здоровью нанесла радиация, и почему эта тема не оставляет молодое поколение, которое родилось уже после аварии?
От станцим Земитаны в Риге 40 лет назад, восьмого мая 1986 года, отправился первый эшелон с ликвидаторами Чернобыльской аварии из Латвии. Среди первых ликвидаторов был и Валдис Затлерс. Тогда – врач, потом, уже в независимой Латвии, – президент страны.
"Я лично, со всеми погонами старшего лейтенанта работал лопатой. Потом мне дали радиометр, точнее, я его попросил, сказал: "Я командир медицинского взвода, он мне нужен, мне надо следить за тем, что происходит". Измерял, предупреждал людей, где находиться опасно. Такого, как пишут в книгах, не было: облако, и радиоактивные вещества равномерно направляются в одну сторону. Нет! Там была "шкура леопарда": большая радиация могла быть в любом месте. Там, куда упал маленький кусочек радиоактивного графита. Этот кусочек мог застрять у вас в ботинке, и ты мог принести его в свою палатку", – вспоминает экс-президент Латвии Валдис Затлерс.
Валдис Затлерс провел в Чернобыле 60 дней. Рассказывает, что первый месяц они были полностью отрезаны от мира: ни газет, ни телевидения. Письма домой проходили цензуру или их просто выбрасывали. Советские власти катастрофу скрывали, о реальных последствиях аварии поначалу замалчивали.
"Почему мне понравился фильм про Чернобыль. Одна фраза: "Когда роботы не выдержали, в дело вступили биороботы". Кто эти биороботы? Простые люди. Одну минуту надо было находиться на крыше, схватить, бросить и бежать. Но что ты хватаешь, насколько сильно тебя облучает, никто толком не знал. Все эти дозы формально писали на бумаге, но цифры были высосаны из пальца – примерно, что-то там, около того. Эти биороботы там и работали. Возник еще один парадокс: мы, те, кто был там в первые месяцы, от радиации пострадали меньше, чем те, кто приехал позже. Нас не отправляли в самое пекло! Во-первых, они пробыли там дольше. А во-вторых, их руководство больше не боялось потерять здоровье людей".
Валдис Затлерс еще два раза вернется в Чернобыль. Архивные снимки нам показывают в организации, которая объединила ликвидаторов аварии, борется за их права, помогает решать проблемы. Одна из главных – со здоровьем.
"Чтобы попасть в стационар, надо ждать много месяцев. Также медикаменты все время дорожают, мы хотим добиться, чтобы государство больше компенсировало", – говорит президент Латвийского союза "Чернобыль" Арнолдс Арвалдис Верземниекс.
Всего от стран Балтии призвали 20 тысяч человек. От Латвии – больше шести тысяч. Сейчас им, в среднем, 69-70 лет. В живых, по данным Латвийского союза "Чернобыль", осталась только половина.
В Риге, на территории больницы Страдиня стоит памятник ликвидаторам Чернобыльской аварии. Неподалеку находится Центр радиационной медицины, где наблюдаются ликвидаторы.
"В первые годы было большое число самоубийств. Поскольку они себя морально списали. У них не было достаточно информации, что такое радиация, какие последствия, что с ними будет потом. Хроническая усталость. Хроническое воспаление. Пониженный иммунитет. Это идет с ними бок о бок. У большинства инвалидность, вторая группа. Их функциональность нарушена, все органы, все системы в большей или меньшей задеты", – вспоминает Йоланта Цируле, глава Центра радиационной медицины в Риге.
У ликвидаторов уже после спасательных работ родились дети. По данным больницы Страдиня, таких в Латвии 1600 человек. Это уже второе поколение, которое наблюдают врачи.
"В литературе описано, что у второго поколения как в Японии, так и в Чернобыле, геномная нестабильность, которая повышает риск таких заболеваний, как артериальная гипертензия, диабет", – говорит вспоминает Йоланта Цируле.
Бомбоубежище в бывшей швейной фабрике "Латвия". Молодые ребята, энтузиасты отремонтировали его своими руками. Три года назад открыли здесь музей. И интерес у посетителей большой.
"Да, интерес есть. Люди приходят. Особенно в последние годы. Эта вся тема, не знаю, "советская" она стала интересна у молодого поколения, потому что они не застали этих времен", – говорит один из посетителей музей Александр.К 40-й годовщине Чернобыля открывают вторую часть музея. Новый экспонат – планшет обстановки, который стоял на другом заводе. Он должен был предупреждать о разных угрозах, в том числе радиоактивного заражения.
"Он был, правда в ужасном состоянии. Мы его реставрировали. Он был весь ржавый. Мы его чистили, красили, полностью внутри всю электронику внутри переделывали", – рассказывает Диана. В 2016-м она в первый раз поехала в Чернобыль. И эта поездка ее так увлекла, что организация таких вот туров по заброшенным местам стала частью ее жизни. Так появилась команда Riga Chernobyl Team.
"Там своя атмосфера. Чернобыльская зона отчуждения живет своей жизнью. Она другая. Ты приезжаешь туда. Кого-то она цепляет, кого-то она отталкивает", – говорит Диана.
После начала полномасштабной войны в Украине поездки в Чернобыль прекратились. Но ищут и находят новые места.
"Я для себя открыла очень интересный объект – это Игналинская атомная электростанция, которая является прототипом Чернобыльской АЭС.Там такой же реактор, только чуть помощнее стоит, практически то же самое. Они, оказывается, предлагают экскурсии", – добавляет Диана.