Ссылки

Новость часа

"Пока мы скрывались в посольстве, я пропустил четыре обследования у онколога". Как живут отец и сын Кузнечики, бежавшие из Беларуси в Латвию


(Слева направо) Владислав и Виталий Кузнечики в Латвии, куда они бежали из Беларуси, проведя почти два года в посольстве Швеции в Минске
(Слева направо) Владислав и Виталий Кузнечики в Латвии, куда они бежали из Беларуси, проведя почти два года в посольстве Швеции в Минске

Виталий и Владислав Кузнечики почти два года скрывались в посольстве Швеции в Минске от преследования со стороны белорусской милиции после того, как Владислав защитил отца от избивавших его силовиков на акции протеста. В начале июня 2022 года Кузнечики смогли покинуть посольство и бежали в Латвию – снова перепрыгнув через забор, на этот раз на границе, – где попросили убежища. Этого статуса им предстоит ждать несколько месяцев. Мы расспросили Владислава Кузнечика о его здоровье (у Кузнечика-младшего было диагностировано онкологическое заболевание) и о том, как они живут сейчас в лагере для беженцев.

— Что сейчас у вас происходит? Какой у вас легальный статус?

— Мы живем в лагере открытого типа для беженцев, статуса еще никакого нет, ждать нужно еще около пяти-шести месяцев.

— Какая финансовая помощь вам выделяется?

— Финансовая помощь – 3 евро в день, проезд на автобус до Риги стоит 1,15 евро. Мы в месяц можем выехать в Ригу пять раз, дают проездные. Финансово очень непросто в лагере, ребята, которые тут месяц-два, питаются практически одной картошкой и сухпайком, который дают на месяц, но его хватает на дней пять-семь.

— Как обстоит дело с онкологическим обследованием? И вообще с состоянием здоровья?

— В лагере беженцев серьезную медпомощь предоставить не могут, только если будет невыносимая боль и будет очень плохо, тогда можно вызвать "скорую". За те почти два года, что мы скрывались в посольстве Швеции в Минске, я пропустил четыре обследования у онколога. Также у меня частичная атрофия зрительного нерва.

У отца также проблемы со зрением и часто болит сердце. Есть проблема с зубами. Тут нам сказали, что бесплатно зубы не лечим, только если вырвать зуб могут. За все обследования надо платить, от безвыходности мы решили открыть сбор средств. Надеемся на помощь людей, которые следили за нашей историей. Все сбережения, которые у нас были, мы потратили на поддержку наших семей.

С родственниками мы не виделись уже год и девять месяцев. Больше всего скучают дети, дочка 8 лет и сын 5 лет. Каждый день созваниваемся по видеосвязи, очень хотят побыстрее увидеться. На семью на данный момент давления нет. Но неизвестно, что может быть дальше.

— Когда вы получите документы, позволяющие искать работу и начать что-то зарабатывать?

— Обычно через три месяца после нахождения в Латвии можно работать официально. Только берут на работу неохотно, пока нет статуса. Планируем начать работать как можно раньше.

— Какие у вас еще планы, кроме поиска работы?

— Самое главное – это как можно быстрее пройти полное медицинское обследование и лечение. Потом сделать визы родным, увидеть семью как можно быстрее. Визы, как оказалось, не так просто сейчас сделать. В консульстве Латвии мне ответили, что нам сначала нужно подождать получения статуса беженца.

— Репрессии в Беларуси не останавливаются. Каждый день людей задерживают, судят, отправляют в колонии или на "химию". Как по-вашему, когда и как это может остановиться?

— Да, репрессии продолжаются, я это знаю не только из интернета. В лагере есть белорусы, которым также пришлось бежать из Беларуси совсем недавно. У каждого своя история, и каждый в ней герой. Репрессии могут остановиться только свержением всей незаконной лукашенковской системы власти.

XS
SM
MD
LG