Ссылки

Новость часа

"Это война за безопасность всей Европы и в целом за мироустройство". Как изменилась стратегия США по помощи Украине


Поскольку вторжение России в Украину превратилось в изнурительную войну без какого-либо мирного соглашения, США и союзники начали говорить о новой, долгосрочных целях войны для Украины: нанести России такое поражение на поле боя, чтобы потом она не смогла напасть еще раз, пишет СNN. Издание утверждает, что эти слова в понедельник прозвучали от министра обороны США Ллойда Остина после его визита в Киев. В статье СNN говорится, что ранее в США не хотели прямо заявлять, что цель состоит в том, чтобы Россия потерпела поражение и в долгосрочной перспективе была "кастрирована" в военном отношении" – Америка надеялась на урегулирование конфликта путем переговоров. Но эта надежда стала разочарованием, прокомментировал изданию восточноевропейский чиновник: "Единственное решение конфликта – победа Украины".

Стратегия США и союзников изменилась в последние несколько недель: западные страны перестали опасаться отправлять Украине сложные виды вооружений. По словам британского чиновника, с которым поговорил CNN, сейчас на западе считают, что от своих целей в Украине Путин не откажется, даже если российской армии удастся захватить часть страны.

Изменение стратегии США и причины этого в эфире Настоящего Времени прокомментировала Александра Филиппенко, политолог-американист, научный сотрудник Института США и Канады.

Американист-политолог Александра Филиппенко – об изменении стратегии США по отношению к войне России в Украине
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:12:06 0:00

— На первоначальном этапе акцент был сделан на такие виды вооружения, как Stinger и Javelin, – те вооружения, которые можно легко и достаточно быстро достать и которые не требуют какого-то специального обучения. Сейчас же речь идет о более сложных вооружениях, а это значит, что США уже готовы признать, что война может продлиться еще достаточно продолжительное время.

Огромное влияние оказывает то, как война освещается в американской прессе, и то, как американские граждане высказываются относительно того, что происходит в Европе. В целом это все достаточно нехарактерно для американского истеблишмента и американских избирателей. Но нужно сказать, что и министр обороны, и в недавних нескольких заявлениях Марка Милли – это председатель Объединенного комитета начальников штабов – фактически теперь повторяют то, что президент Зеленский говорил на протяжении последних двух месяцев. Поэтому сейчас действительно изменилась риторика Вашингтона, изменилось отношение в целом США к тому, что происходит в Европе.

— Можете ли вы это транслировать, какие именно заявления звучат?

— Два постоянных словосочетания, которые я слышу, – это unprovoked aggression (ничем не спровоцированная агрессия). Это то, что сейчас говорят практически все американские чиновники. И второе – это изменение миропорядка в Европе и угроза европейской безопасности. Это те слова, которые мы сейчас слышим. Это уже глобальные заявления, понимание в целом того, что это не какой-то локальный конфликт, который происходит где-то далеко или вовсе какая-то "специальная военная операция", а это действительно война, которая происходит за безопасность всей Европы и в целом за мироустройство. Поэтому сейчас американские политики практически единогласно в Конгрессе принимают все законопроекты, которые касаются помощи Украине.

Как американист, я давным-давно не встречала таких законопроектов, которые принимаются и демократами, и республиканцами. Обычно мы говорим: "Один-два голоса – и смогли принять". Или: "Не хватило одного-двух голосов". Такая поляризация была в американском Конгрессе. А сейчас мы видим единение, которого не было видно со времен, наверное, 11 сентября, а, может быть, и раньше. Поэтому сейчас совершенно иной взгляд. И такое ощущение, что, наконец-то, слова президента Зеленского долетели, дошли, были впитаны американским истеблишментом.

— А вы понимаете, почему этого единодушия не было до начала войны? Почему оно появилось сейчас? Что этому способствовало?

— После 2014 года – после аннексии Крыма, после начала войны на Донбассе – не было такого понимания происходящего. Сейчас известно, что Европа и вовсе поставляла Российской Федерации оружие в обход санкций, которое, как утверждалось, должно было быть использовано в гражданских целях. Сейчас это звучит устрашающе – видимо, против протестующих. Но это уже другая история.

Сейчас понятно, что все мировое сообщество сконцентрировано на том, что происходит в Украине. И поэтому США, как мировой полицейский, заинтересованы в том, чтобы они были лидерами этого движения помощи Украине. И американские граждане в целом достаточно разделены по партийному признаку: демократы и республиканцы: мы это видели на протяжении всего президентства Трампа – это был пик поляризации. Сейчас же демократы и республиканцы едины в том, что необходимо этой ничем не спровоцированной агрессии противостоять. Этого мы действительно давно не видели.

О поляризации можно очень долго говорить – это целая отдельная тема касательно внутренней политики США, там целый список проблем. Однако сейчас мы видим, что с появлением понимания того, что действительно стоит на кону, уже даже республиканцы, среди которых во время выступления Трампа были популярны майки с надписью: "Я лучше буду с русскими, чем с демократами", – это было как раз в период, когда президента Трампа обвиняли в особых связях с Россией – но сейчас республиканцы видят, что происходит на европейском континенте, понимают, что значит аннексия Крыма, что значат эти якобы какие-то далекие проблемы двух стран, о которых они, может быть, вовсе не подозревали.

Конечно же, очень важно, что с 2014 года США мало что делали, и не было таких обширных санкций. Поэтому сейчас, видимо, американские конгрессмены и политики понимают, что оставить это так совершенно никак нельзя, что, опять же, подтверждают все слова и министра обороны, и председателя Объединенного комитета начальников штабов, и всех американских политиков.

— В заметке на сайте канала CNN говорится о том, что в том числе американский истеблишмент стал менее опасаться рисков для Соединенных Штатов поставок тяжелых вооружений Украине. Может ли эта стратегия меняться в том случае, если, например, Украина будет терпеть поражение на поле боя? Может ли США вернуться к политике миролюбивого сдерживания России?

— Я, конечно, не могу говорить за весь американский истеблишмент, но нужно сказать, что американская политическая система потому так стабильна, поскольку достаточно неповоротлива. Мы можем говорить о том, что это одна из старейших демократий, поэтому для принятия каких-то судьбоносных решений, особенно решений, которые связаны действительно с изменением мироустройства или с каким-то новым взглядом на мироустройство, здесь требуется очень много различных усилий, очень много винтиков должны закрутиться. Поэтому, наверное, США так долго принимали решение относительно поставок тяжелых вооружений. Но когда уже они вступили в эту воду, когда это решение уже принято, то в таком случае американский Конгресс и американские политики с очень большим трудом отказываются от принятых решений.

Мы видим большое количество американских политиков, которые говорят, что необходимо перейти к этому миролюбивому сдерживанию, – это и Джон Миршаймер, и вся Чикагская школа. Это люди, которые говорят о том, что нужно забыть о возможности принятия Украины в НАТО и оставить все, что происходит, и думать о том, что США должна обращать внимание в первую очередь только на Китай и вовсе уйти из Европы. Эти голоса мы тоже слышим, они звучали на протяжении всех последних двух месяцев, конечно же.

Но тем не менее этот коллективный Вашингтон, то самое "Вашингтонское болото", от которого хотел избавить всех президент Трамп, принимает какое-то решение, когда уже переход идет на большую открытость своих действий. То это, во-первых, мне, как американисту, это говорит о том, что наверняка происходит еще большое количество тех действий, о которых мы не знаем и, может быть, узнаем через 20-50 лет. Как это было в период холодной войны, когда США поддерживали одну сторону конфликта, а СССР – другую сторону в гораздо большем объеме, чем это объявлялось в прессе. Поэтому мало говорить о том, что есть еще параллельная деятельность, о которой мы можем только фантазировать и спекулировать. Но это говорит и о том, что в целом американский истеблишмент, в целом Вашингтон переходит на другие рельсы и на другой тип общения, в том числе и с Россией. Поэтому здесь говорить о легком и быстром откате я бы не стала.

— Угроза применения ядерного оружия, развязывание ядерной войны Россией не пугает американцев?

— Конечно же, пугает. В первую очередь говорят о применении тактического ядерного оружия, и эту угрозу никто не снимает, никто не отказывается от нее. Конечно, это в первую очередь волнует США. Но здесь США делегировали Великобритании то, что они, возможно, хотели бы сказать сами. Мы знаем о том, как Великобритания резко отреагировала на угрозы применения ядерного оружия. Я предполагаю, что это как раз делегирование американского голоса Великобритании, потому что Великобритания вышла из Европейского союза, она более свободна в своих высказываниях. Поэтому я предполагаю, что Великобритания без поддержки США не сказала бы то, что она сказала, не объявила бы о том, что обязательно последует жесткий ответ на возможное применение тактического ядерного оружия.

Поскольку я слежу за высказываниями американских конгрессменов, политиков, они все говорят о том, что даже угрозы применения ядерного оружия не должны оставаться безнаказанными в дальнейшем. Потому что вся безопасность Европы, все мироустройство, которое было основано в 1945 году, стоит на том, что великие державы, большие страны не будут никогда нападать на маленькие страны.

Коронавирус. Вся статистика
XS
SM
MD
LG