Ссылки

Новость часа

Из крестьянина в бизнесмены: как режиссер вывез парня из деревни


Режиссер Монс Монссон провел эксперимент – дал деньги и бизнес-задание конголезцу Лебрану и отправил его в Китай. Рассказываем о фильме "Затерянный в Кантоне" и других картинах, где реальных людей погружают в предлагаемые обстоятельства​.

11 июля в 22:00 мск смотрите на телеканале "Настоящее Время" совместный проект шведского кинематографиста Монса Монссона и китайского режиссера Ли Хунци "Затерянный в Кантоне".

Конголезец Лебран приехал в мировую столицу текстильной промышленности Гуанчжоу за партией агитационных футболок к президентским выборам в Конго. Подрядчик не успевает пошить их в срок, и Лебран оказывается буквально в заложниках. Он должен деньги владельцу склада и не знает, как сбыть партию никому уже не нужных футболок.

Затерянный в Кантоне: история одного горе-бизнесмена
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:02:10 0:00

"Затерянный в Кантоне" – эксперимент, развернутый на границе документального и игрового кино. По словам Монса Монссона, он познакомился с Лебраном во время съемок в Конго и предложил ему попробовать стать бизнесменом. Остальные персонажи – хозяин склада, ливанец Вассим и энергичная, зачастую бескомпромиссная в своих суждениях предпринимательница Сильви – реальные люди, которые встретились немногочисленной съемочной группе уже в самом Гуанчжоу.

Попытки главного героя выпутаться из сложной ситуации безуспешны, однако он не теряет надежды на благополучный исход. Режиссер с хирургической скрупулезностью наблюдает за своим героем, злоключения которого раскрывают его как личность неординарную и во многом поэтическую. Стойкость Лебрана трансформируется постепенно в экранный манифест, развернутый на фоне скрытой жестокости большого города. ​

Кадр из фильма "Затерянный в Кантоне"
Кадр из фильма "Затерянный в Кантоне"

Исследовательский интерес Монса Монссона к замысловатым структурам взаимоотношений в современном мире является сюжетным двигателем всех его фильмов. Он не просто рассказывает те или иные истории, но дает возможность самой жизни предъявить себя во всем многообразии. Отказываясь от жанровых условностей, режиссер буквально конструирует лабораторные пространства для своих героев.

Такие стратегии и подходы становятся все более востребованными и открывают новые перспективы в искусстве. Популярность иммерсивного театра, различных проектов, в основе которых лежит непосредственное вовлечение зрителей или непрофессиональных актеров в те или иные изначально заданные ситуации, тому подтверждение.

Более того, подобный опыт может стать терапевтическим.

В этом году в программе "Форум" Берлинского фестиваля показали фильм аргентинского режиссера и перформера Лолы Ариас "Театр Войны". Спустя 35 лет после Фолклендской войны – кратковременного конфликта между Аргентиной и Великобританией – Ариас предлагает реальным участникам боевых действий создать театральную реконструкцию трагических событий. Солдаты обеих армий, которые участвовали в боевых действиях, преследуемые страхами, которые не изжиты до сих пор, прощаются с призраками прошлого. Фильм на первый взгляд представляет собой сухую документацию театрального действия, но постепенно превращается в доказательство того, что примирение всегда возможно.

Главный приз Берлинале в этом году достался фильму-перформансу "Не прикасайся" румынской художницы Адины Пинтилие. Это детализированный трактат о коллизиях сексуального опыта, в котором главные герои по воле режиссера обнажают подробности своей интимной жизни.

Пинтилие сопровождает своих героев на терапевтических сеансах, походах в БДСМ-клубы и различных встречах. Режиссеру удалось наладить доверительные отношения с персонажами фильма, среди которых есть и профессиональные актеры, и самые простые люди, и создать детализированные портреты их сексуальности.

На постсоветском пространстве метод вовлечения человека в ту или иную ситуацию, которая затем становится основой парадокументального рассказа, приобретает особенную важность.

Неутихающие конфликты, готовые разразиться в любой момент, – социально-культурная особенность бывших империй. Литовский кинематографист Деймантас Наркевичус – один из самых востребованных художников на международной художественной сцене – не единожды в своих коротких фильмах обращался к советскому прошлому, предлагая тому или иному герою повторно пережить то, что уже стало частью биографии и не может быть изменено.

Он снял Донатаса Бониониса в импровизированном ремейке "Соляриса" Андрея Тарковского, где воспроизвел последнюю главу романа Станислава Лема. Съемочной площадкой стало здание КГБ в центре Вильнюса. В фильме "Эффект разорвавшейся бомбы" Наркевичус попросил бывшего офицера советской армии повторить процедуру запуска ракеты с ядерной боеголовкой. Именно такое вооружение было размещено на нескольких военных базах в Литве в советскую эпоху. И это, казалось бы, простое действие офицера перед камерой, его попытка нажать на кнопку, которой давно нет, – страшное возвращение назад, в то время, когда он не имел никакого права ослушаться.

На "Кинотаве" в этом году внимание привлек к себе фильм Дениса Шабаева "Мира" – история словака, приехавшего в Луганск из Великобритании. Изначально его визит был овеян романтическим флером – он ехал в гости к женщине, с которой познакомился в Сети. Отношения не задались. Дружелюбный, коммуникабельный Мира познакомился с местными жителями и начал помогать им восстанавливать разрушенные памятники прошлой эпохи. До участия в съемках авантюрный герой уже был в зоне конфликта, воевал, затем его выслали. Шабаев предлагает ему пережить опыт войны в ином качестве и собирает из этого многогранный портрет дезориентированного в жизненном пространстве человека, который, однако, верен своим жизненным принципам и с уверенностью смотрит в будущее.

КОММЕНТАРИИ

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG