Ссылки

logo-print logo-print
Новость часа

“Мы – глаза и уши синоптиков”. Метеоролог из Таштагола рассказывает, зачем смотреть на облака


Человек на карте: профессиональный взгляд на небосвод
пожалуйста, подождите

No media source currently available

0:00 0:23:59 0:00

Надежда Васильевна Бокова работает метеорологом в городе Таштаголе Кемеровской области с 9 сентября с 1966 года.

– Когда я выхожу утром на работу, у меня профессиональный взгляд на небосвод. Сразу смотрю, какая облачность, какие явления атмосферные. Люблю облака, они мне как сестрички, плывут надо мной, вечные странники. Когда смотрю на небосвод, я радуюсь именно облакам. Хотя у нас в гидрометслужбе считается, что облачность – это самый сложный раздел.

Часть работы метеоролога – производство наблюдений, за сутки делается восемь замеров. Чтобы замерить уровень и плотность снега, Надежде Васильевне (скоро ей исполнится 70) приходится идти на лыжах в лес. Но ей это нравится: “Природой дышится, она дает энергию, какую-то живицу для жизни”.

– Мы ведем наблюдения за фактической погодой, передаем наши замеры прогностическим специалистам. Мы глаза и уши синоптиков: они же не знают, что в Таштаголе делается. На основании наших наблюдений они и составляют прогноз, – объясняет Надежда Васильевна важность своей работы.

На этот раз результатами своих наблюдений метеоролог довольна:

– Плотность хорошая, как раз очень влажный снег, поэтому много. Если бы, допустим, было бы 115, то это мало, неправильно. А так самая норма для апреля.

Оборудование, с которым работает Надежда Васильевна, с 60-х годов прошлого века принципиально не обновлялось. Результаты своих замеров она записывает на прикрепленный к планшету листочек, а потом, уже на станции, переносит в журнал. Ей жаль, что изучению климата в России уделяется мало внимания:

– Климат нужно постоянно изучать, но это зависит от финансов. Вы знаете, что экономическая ситуация в стране оставляет желать лучшего, поэтому на гидрометслужбу спускается очень мало денег. Хотя есть специалисты, которым охота применить свои знания в научной сфере. Но они не могут, потому что нет денег. Я считаю, что большую ошибку делает наше высшее руководство. Может, придет когда-то время, и тот богатейший материал, который мы могли бы сейчас собрать, будет отсутствовать. И новое поколение получит белое пятно в сфере изучения климата.

В детстве Надежда Васильевна мечтала стать фармацевтом, поступала в Томский медицинский институт, но не добрала балла. Приехала домой расстроенная и решила готовиться к новым экзаменам через год. Соседка, тогдашняя начальница метеостанции, которую сейчас возглавляет сама Надежда Васильевна, предложила ей поработать у себя.

– И меня очень увлекла эта загадочная профессия метеоролога. С 9 сентября 1966 года у меня начинается стаж гидрометслужбы. С 1969 года я стала работать начальником и работаю по сей день. 9 сентября этого года будет 52 года вместе с учебой, как я повенчана с гидрометслужбой. Я всегда так говорю. Это любимая моя профессия. Связала меня на всю жизнь гидрометслужба, я привязанная оказалась, так как вторая половина семейной жизни у меня не оказалась устроенной.

Аэропорт Таштагола обслуживает вертолетные рейсы в труднодоступные села Горной Шории. На основании замеров, которые делают местные метеорологи, летные службы выдают разрешения на полеты.

– Утром прихожу, принимаю дежурство. Сегодня предыдущий техник рассказала, что у нас штормовая информация. Передают шторм по видимости, по высоте, по закрытию гор, горы действительно закрыты.

Видимость измеряется просто:

– Выходим, делаем обзор. В западном направлении полностью закрыт объект на 10 км. Видите снег какой? А в восточном направлении у нас вот за этим зданием видна Весёленская гора, это два километра от нас. Значит, сейчас видимость за счет мокрого снега 2 км.

Тип облаков опытный метеоролог определяет на глаз:

– Вообще их больше тысячи. Вот сегодня я вышла, посмотрела, облака кучево-дождевые и разорванно-дождевые: рвань над горами висит. А вчера перышки вот такие были, перисто-волокнистые, потом кучевка появилась.

У здания аэропорта находится гидропост, с которого ведутся наблюдения за рекой. Метеоролог смотрит, не вскрылась ли она, нет ли отдельных льдинок, замеряет уровень воды, температуру и записывает все это в журнал наблюдений.

– Температура плюсовая, +0,8. Уровень 165 сантиметров. Ледоход у нас начинается, когда 200 см будет, – объясняет Надежда Васильевна. – Работа по реке передается в Кемерово, в Новокузнецк и нашим сотрудникам в МЧС. Критический уровень, при котором начинается затопление низинных мест, у нас в Таштаголе – 3 метра 50 см. МЧС, в соответствии с нашей информацией, планирует свои действия: где-то, может быть, население эвакуировать, а где-то даже и взрывные работы произвести срочно, чтобы предотвратить стихийное бедствие.

Данные о наблюдениях за погодой с 1961 года хранятся тут же, в архиве метеостанции. Их могут запросить самые неожиданные организации – пока съемочная группа была на станции, звонили из комбината по благоустройству, спрашивали, какая погода была в городе 13 октября 2016 года.

– Я люблю быть в движении. Наверное, и профессию мне судьба определила, – подытоживает Надежда Васильевна. – Возможно, фармацевтика – это не мое было, фармацевты на месте возятся с травками да с порошками, разнообразия в их работе нет. А я по натуре очень энергичный, очень эмоциональный человек. Судьба подарила то, что мне было нужно по моему характеру, я благодарна судьбе, что я столько лет отслужила в гидрометслужбе. Никогда не думала, что до 70 лет буду работать. Иногда мысленно представлю: ой, как много уже, надо уже уходить на пенсию, отдыхать. Я себе на смену девочку обучила, она у мня сейчас в декрете, я ее жду – только ей, никому другому не хочу передавать свое любимое дело. А она, я думаю, достойная меня будет, она девочка очень порядочная, и знания у нее хорошие, только чуть-чуть отстажировать – и все.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG