Ссылки

В Карелии на месте массового расстрела собирали подписи в защиту историка Дмитриева


"Расстрелян 11 ноября 37 года", – Эльвира Александрова искала брата своей бабушки 70 лет. После армии Ромуальд уехал в Беломорск на лесозавод — работал шофером. В 37-м его арестовали и расстреляли. В 2007 родственники нашли его имя в списках погибших в Сандармохе. Нашел здесь своего деда и Александр Спящий.

"Он был со всеми, кого забрали из деревни расстрелян через неделю", –рассказывает Александр Спящий.

Более семи с половиной тысяч имен – люди разных национальностей и конфессии, у каждого своя история, жизнь, семья, и у всех одна судьба –расстрел. Нашли это место и дали ему имя – Сандармох – исследователи "Мемориала" в 1997 году. Среди них был и карельский историк Юрий Дмитриев. Он же издал книгу с поименным списком расстрелянных здесь людей.

"Папа передавал всем огромное спасибо, он чувствует поддержку, он очень благодарен, что все помнят это его дело. Спасибо большое", – сказала дочь Юрия Дмитриева Катерина Клодт.

За 20 лет со дня открытия этого места Дмитриев не пропустил ни одного Дня памяти. Уже 9 месяцев историк находится в СИЗО, его обвиняют в изготовлении детской порнографии. В этом году в Карелию приехали не только те, кому Дмитриев помог найти их родных, но и те, кто переживает за судьбу историка. В их числе представители иностранных консульств из Германии, Литвы, Эстонии, Польши, Нидерландов, Финляндии, Украины, США.

"Без таких людей, как Юрий Дмитриев, не будет памяти, – уверен замдиректора институт народной памяти Польши Адам Хлебович, – это самое важное, чтобы поставить крест, чтобы помолиться, чтобы написать книгу, самое важное об этих людях, о страшных годах".

"Дмитриев проделал очень важную работу, вместе со своими коллегами, с "Мемориалом", — считает генеральный консул Норвегии в Санкт-Петербурге Хайди Олофсен, – они нашли это место и открыли поводу о многих жертвах, похороненных здесь. Это очень важный урок истории не только для России, но и для всего мира. Количество людей, пришедших сюда сегодня, подчеркивают важность места и важность труда Дмитриева".

По словам коллеги Дмитриева из петербурского "Мемориала" Ирины Флиге, в прошлом году в Сандармох перестали приезжать представители местной власти. Карельских чиновников приглашали и организаторы, и президентский совет по правам человека. Никто не приехал.

"Если к нам второй год уже не присоединяется администрация Медвежьегорского района, представители администрации республики Карелия, это не наша история, это их история", – считает руководитель научно-информационного центра "Мемориал" Ирина Флиге.

"Не повторять ошибки истории", "не забывать о том, что произошло в этом месте 80 лет назад" – на Дне памяти в Сандармохе каждый повторял эти слова. Завершилась официальная церемония сбором подписей в защиту Дмитриева.

Почему Звягинцев, БГ, Быков заступились за обвиняемого в изготовлении детского порно карельского историка.

Руководителя карельского "Мемориала" обвиняют по части 2 статьи 242 УК РФ – "Фотосъемка в отношении лица, не достигшего 14-летнего возраста, в целях изготовления порнографических материалов". Максимальный срок наказания – 15 лет лишения свободы.

Дмитриева задержали в собственной квартире зимой. Фотографии, которые следствие посчитало порнографией, по словам родных историка – это дневник здоровья его малолетней приемной дочери. Дочь Дмитриев взял со своей второй женой семь лет назад, когда той было три года. Болезненная худоба ребенка волновала органы опеки, поэтому на протяжении нескольких лет Дмитриев раз в месяц фотографировал дочь: в анфас, в профиль – как по протоколу – папку с фото хранил в компьютере.

Как об этом узнали следователи, остается загадкой. Перед задержанием Дмитриева обнаружились следы проникновения в его квартиру. Неизвестные ничего не украли, только рылись в вещах и включали компьютер, который следствие и изъяло при аресте.

Суд над Дмитриевым начался 1 июня, все заседания проходят в закрытом режиме – из-за сведений, которые затрагивают половую неприкосновенность. Культурные и научные деятели же, которые высказались в поддержку историка, требуют, чтобы заседания проходили с максимальной публичностью и под личным контролем председателя Верховного суда России.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG