Ссылки

logo-print

"Против нашей страны идет война". Как директор школы в Тольятти убеждала учеников не ходить на митинги


В Тольятти в школе №70 директор Ольга Жигульцева провела беседу с учениками о запланированной политиком Алексеем Навальным акции протеста 12 июня. Видеоролик с частью разговора школьники опубликовали на Youtube.

До начала выступления директора школьникам показали фильм "Экстремизму – нет", смонтированный местным телеканалом. Настоящее Время публикует сокращенную версию разговора педагога с учениками.

Директор: Они попытались сделать это в апреле, в апреле у них не получилось (речь идет о митинге 26 апреля "Она нам не Димон" – НВ). И сейчас я смотрю на вас на всех – вы же умные, вы же все прекрасно понимаете. Я вас, понимаете, я просто уверена, что никто вас не будет использовать вот так – в качестве дурачков, потому что я по-другому это не могу назвать.

Единственное, что я хочу, чтобы вы имели в виду, что на территории Тольятти действуют четыре человека проплаченных. Так же, как и Навальный, который получает миллионы из-за рубежа на свою деятельность.

Error rendering VK.

Вы думаете, что все это бесплатно делается? И в массы обещают, что если придут, по тысяче евро, если спровоцируют полицию. Они только забыли сказать, что спровоцировав полицию, тысячу евро человек на руки не получает, а тысяча евро выделяется для того, чтобы нанять адвокатов и вытащить его оттуда, куда он попал. А куда он попал – он уже окончательно испортил свою судьбу.

12 июня они планируют еще одну протестную акцию. Причем планируют ее под лозунгом "Мы за Россию!". Я не знаю, что мы можем сделать, но единственное, чтобы вы все помнили и понимали – против нашей страны идет идеологическая война.

Ученик: Медведев, допустим, хорошо.

Директор: Да, в семье не без урода. У нас в ваших семьях как? Везде все хорошо? Вот своя семья – мама, папа, брат сестра и так далее.

Ученики между собой: Не, мы можем поугорать. Можем реально ее развести.

Ученица: Пожалуйста, не надо.

Директор: Мы никогда не ссоримся. Мы всегда очень хорошо дружим. Правильно? В такой семье как Россия не бывает все идеально. Не бывает все идеально. Но это совершенно не значит, что вот подобные экстремистские действия надо проявлять.

Ученик: А можно вопрос? Почему понятие экстремизм сравнивают с мирными митингами? Нет-нет-нет, не с терроризмом – с мирными митингами. Там не было разбоя, не было ничего. Почему сравнивают?

Директор: Я просто разговаривала с людьми, когда в марте эта ситуация произошла, и ребята приходили туда, старшеклассники, студенты приходили туда, вот, там, понимаете, он действительно был мирный поначалу. Но вы если вы обратили внимание, я этот фильм внимательно смотрела, что в любом таком митинге появляются провокаторы. Причем это люди, которые призывают, они проплаченные. Вы поймите, они на работе, в отличие от вас, которые пришли просто посмотреть.

Вот у меня есть, сейчас, ребята, у меня есть цель, к примеру, сделать что-то, да? Вот, например, обратить вас в свою веру. Да? Я элементарно это могу сделать – сочинить любые документы, фальсифицировать документы и выложить в сеть. Естественно, в открытый доступ. Второе, мои хорошие, я еще раз говорю: есть легальные, есть нелегальные способы борьбы с тем, что мы видим. Я не случайно привела в пример вашу семью.

Ученик: А ничего нелегального нет.

Директор: Ребята, я еще раз, я говорю, я привела в пример вашу семью неслучайно. В любой семье бывает все. В любой семье, откровенно говоря, не без урода. Правильно? И в любой семье бывают ситуации, когда вы не хотите, чтобы так было. А оно так. Ну что, матери и отцу по лбу за это бить? Ну нет. Да, ребята? Ну нет. Это такие же вещи.

Ученик: Вы подменяете понятия.

Директор: Нет, это такие же вещи. Понимаете?

Второй ученик: Вам сверху просто министерство образования…

Ученик: "Единая Россия" не платит?

Второй ученик: Вы же это видео не просто так показали, вам же сказали показать это видео. А кто отдал приказ?

Директор: Нет, нет.

Второй ученик: Министерство образования. Вам уже заплатили за это.

Директор: Нет, мне платят зарплату. Я за зарплату работаю и выполняю свои задачи.

Ученик: Какой-нибудь бонус такой за то, чтобы показать ученикам.

Директор: Нет. Нет.

Второй ученик: Это же не просто вы посмотрели и показали. По всем школам в России сейчас, мы почему видео снимали? Во всех школах это показывают. Это открыто, как вы сказали, в интернете это выкладывают. И видно, что во всех школах происходит вот такое.

Директор: Речь идет о том, что, опять, беспокоит прежде всего – о вас. А не о ком-то. Мне вот, откровенно говоря, чтобы влезть в какую-то историю, вы у нас уходите через несколько, мне все равно. Но мне не все равно…

Ученик: В школу письмо придет.

Директор: Да ради бога. Пусть приходят. А думаете, вам не приходило? И вот с одним из таких ребят я вот так же разговаривала. Когда он влез, но это было несколько лет тому назад, 2 или 3 года тому назад, в фашистскую организацию, именно откровенно фашистскую организацию. И когда я его вызвала, я не буду называть его фамилию…

Вы заканчивайте ВУЗы, начинайте работать, начинайте работать и можете спокойно на своем месте противостоять вот этим вещам. Я еще раз говорю: можете, откровенно говорю. Вы знаете, сколько я сейчас могу? И сколько я пользуюсь этим? Вы знаете? Я понимаю, мне вот это не нравится, вот это не нравится, но я не боюсь, я ничего не боюсь.

Ученик: Я говорю то, что вы боитесь того, что в школу придет уведомление о том, что (неразборчиво) был задержан неправомерно.

Директор: Ради бога. Значит, задержан – так задержан. Мне от этого что будет?

Ученик: То есть вы этого не боитесь?

Директор: Нет, абсолютно.

Ученик: А что тогда?

Директор: Я абсолютно этого не боюсь. Я боюсь за вашу дальнейшую судьбу, потому что то, что вы там будете задержаны, ну сам понимаешь, начиная от ФСБ и всего остального, ты себе крест на дальнейшей карьере можешь поставить.

Я сказала, чтобы это сделать, надо сделать карьеру и иметь возможность влиять на то, что происходит. Вот с этим ты никогда карьеру не сделаешь. Я тебе еще раз говорю: у тебя будет такой крест на твоей карьере…

Ученик: А почему? Нет, да, могут там…

Директор: А вот есть возможность влиять только такая.

Ученик: Потому что не любят таких людей, которые выражают свою позицию.

Директор: Знаешь, сколько сейчас свою позицию выражают? Везде. Везде! Вот везде, понимаешь? Вот уж я-то выражаю!

Ученик: (нрзб) ты ничего не изменишь.

Директор: Ничего не изменишь. То, что ты придешь туда…

Ученик: Вот когда ты придешь во власть, тогда ты изменишь.

Директор: Вот, а для того, чтобы прийти во власть, надо иметь ресурсы.

Ученик: А туда не пустят нас. Там только сынки.

Директор: Кто тебе сказал?

Ученик: Да все!

Директор: У меня нет никаких сынков и этих самых, а я во власти, тем более… Я не во власти как директор школы, еще раз говорю…

Третий ученик: Там проще походить в толпе поорать, а сделать карьеру тебе слабо.

Директор: Да, вот. А я не просто сделала карьеру, я влезла в те ассоциации, которые могут влиять на принятие законов. Сейчас вот я занимаюсь образованием. Я являюсь членом ассоциации, которая пишет и влияет на принятие законов.

Ученик: Весь народ не может влезть в политику.

Директор: Сказали про Путина, сколько у него там денег. А вы про Навального не знаете, сколько у него денег, и откуда он их получает? И кто, и откуда он их получает? Просто к чему я говорю, да, я поняла, просто к чему я говорю – я вижу, умудренная же опытом, я все-таки уже столько уже прожила на свете, что пора уже, наверное, и не жить. Но просто, ребята, поймите меня одну, я мудрый человек. Не то что умный, а мудрый. И я знаю, что очень многие вещи могут помешать, если будучи делать карьеру и (неразборчиво) и не потому что его не пустят, а потому что, я же сказала, он проплачен, ребята, он проплачен.

Ученик: Ааа! Вот в чем дело!

Директор: Конечно! Ему заплатили!

Ученик: А мы и не знали.

Директор: А вы не знали, что ему заплатили, чтобы подрывать. Да, а вы говорите: этому платят, этому платят. Вот нет, к сожалению, не платят. Вот жаль, что не платят, вот жаль прям. Только зарплату.

Ученик: Нет, мы верим.

Директор: Я просто знаю, я уже умудренный человек, который, во-первых, не берет никогда никаких денег, вы, наверное, ни разу не слышали про меня, чтобы я вообще пачкалась в чем-то. Да? Начиная, с выпускных и все остальное.

Ученик: А если вот вдруг возьму и предположу гипотетически, что вы могли что-то взять там, неправомерно немножко, нелегально, и как бы, понимаете…

Директор: А про любого можно сказать, про любого, вот…

Ученик: Просто когда есть официальное подтверждение на официальных сайтах государственных, там прямо уже эти документы об имуществе, отчеты, и когда у вас там вилла в 5 миллиардов просто дарится премьер-министру, просто дарится по документам Алишером Усмановым…

Второй ученик: Да-да-да, Усмановым.

Ученик: Просто дарится и все, то есть никак там, никаких отчислений, ничего. Это как назвать?

Директор: Ребята, очень много, я понимаю, очень много документов можно сделать. Я понимаю, еще раз, в семье не без урода. Я понимаю, что у нас идеальной страны нет. А вы мне, пожалуйста, перечислите идеальные страны. Вот вы мне перечислите идеальные страны, где можно жить спокойно. Ни одной идеальной страны нет.

Ученик: В Южной Корее. А в Южной Корее буквально до 26 марта, какого марта?

Второй ученик: Там импичмент был. А у нас так никогда не сделают. Они сами не уйдут, их только…

Директор: Согласна. У нас большая страна, большие деньги и большая (неразборчиво). Все понятно, но речь идет о том, я еще раз говорю: способы борьбы могут быть разными. Выбирайте безопасные. Я, прежде всего, как мама, которая может вас чем-то защитить. Выбирайте безопасные. Вы сейчас пошли по ободку. Вы просто сломаете себе шею и поставите крест на своем…

Ученик: Некоторых людей в Москве посадили за то, что они вышли.

Директор: Ребята, ну вы просто понимаете, вы просто сломаете свою судьбу, вы поставите крест на своей карьере.

Ученик: Путин – он хороший?

Директор: Во внешней политике – да. Он не может разорваться и туда, и сюда.

Ученик: Он развивает военную инфраструктуру и все.

Директор: Я понимаю. А сейчас альтернативы ему нет.

Ученик: Вы знаете, финансирование военной структуры у нас в 8 раз больше, чем здравоохранения.

Директор: Но, мои хорошие, как далеки мы от Соединенных Штатов, дорогие мои.

Ученик: Да, далеки, по развитию, по технологиям, по всему, понимаете?

Директор: Да. Мы сейчас все равно, поэтому мы сейчас на грани войны. Сейчас вроде бы и то, и другое, и третье, но мы прекрасно понимаем – не дай бог что, объединятся страны НАТО, будет очень много (неразборчиво), понимаете, в чем, опять, опять боль за Россию.

А вот когда протесты идут, это не в пользу России. Это как раз на руку тем, кто ждет. Это произойдет, ребята, ну произойдет.

Ученик: Пусть даже это произойдет. Власть не будут убирать, да, мне нравится, как какой-то депутат Госдумы предлагает убрать пенсионеров, уменьшить количество пенсионеров.

Второй ученик: Увеличить пенсионный возраст.

Ученик: Уменьшить количество пенсионеров. Снизить ставки и все.

Второй ученик: Но вы же сами уже, наверное, пенсионер, вы же понимаете, как тяжело до пенсии-то дожить. А у нас и так уровень жизни плохой, здравоохранения, экономики, прожиточного минимума.

Директор: И сразу, вот когда мне эти вещи говорят, я сразу – ваши предложения.

Ученик: Есть эксперты, которые предлагают, их не слушают, понимаете?

Директор: Ребята, слышат, слышат.

Ученик: Не хотят и не слушают.

Директор: Еще раз говорю, потому что я один из экспертов, которая езжу минимум два раза в Москву, и нас собирают вот таких вот из этих, сажают вот так вот, и когда принимают законы, мы делаем экспертизу этим законам.

Ученик: Они хотят, но их не слушают. Их просто убирают, такие: "Помолчи лучше".

Директор: Они просто…. Понимаете.

Второй ученик: Альтернатива такая – нужно меньше пилить бюджет, пилить народное достояние. Те же ресурсы…

Директор: Давайте я скажу крамольную вещь: в России воровали со времен скольких? Еще со времен да, всегда, цари.

Ученик: Ну просто иногда они перегибают палку.

Директор: Да, я понимаю. Но еще раз я говорю: мы можем изменить что-то…

Ученик: Вот что можно изменить?

Второй ученик: Вот "Зенит Арена" в Питере, сначала сказали, что она будет стоить 5 миллиардов…

Ученик: Там 45 миллиардов уже.

Директор: Так, народ, вы меня услышали? Безопасность. Одно слово – себе не испортить жизнь.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG