Ссылки

Сумеет ли общественность отстоять Исаакиевский собор у РПЦ: деятели культуры, политики и ученые о спорном решении властей Петербурга


В Санкт-Петербурге появится рабочая группа для оптимизации процесса передачи Исаакиевского собора в безвозмездное пользование церкви. В нее войдут представители власти, музейного сообщества и Русской православной церкви. Утверждается, что после передачи собора на 49 лет РПЦ, вход в него станет бесплатным, а музейные функции будут расширены.

В Законодательном собрании Санкт-Петербурга накануне произошла стычка между депутатами: несколько человек из фракции Единой Росии и ЛДПР окружили и хватали за руки депутата "яблочника" Михаила Амосова, а сам он в ответ кричал: "Это не по-христиански". Причиной скандала стал Исаакиевский собор.

Михаил Амосов хотел внести поправки в постановление парламента Санкт-Петербурга с просьбой о скорейшей передаче Исаакиевского собора в безвозмездное пользование Русской православной церкви.

В документе, написанном единороссами, депутаты обращаются к министру культуры России Владимиру Мединскому. В итоге потасовку прекратил спикер Заксобрания Вячеслав Макаров, но требование "яблочника" Амосова внести добавления он проигнорировал, и постановление приняли сразу в двух чтениях. Из 50 депутатов восемь проголосовало против и один воздержался.

Споры вокруг музейного комплекса, в который входит Исаакиевский собор и знаменитый Спас на Крови с новой силой разгорелись в прошлом году. История битвы за храм — в нашей справке:

Против передачи Исаакиевского собра церкви выступил Санкт-Петербургский союз ученных. Это неправительственная организация, которая объединяет более девятисот членов-исследователей, преподавателей и администраторов науки из учреждений Российской Академии наук.

– На связи со студией Настоящего Времени Давид Раскин, заместитель председателя правления из Санкт-Петербургского Союза ученых. Давид Иосифович, вы могли бы сперва пояснить позицию вашего общественного объединения, почему вы против передачи Исаакиевского собора в распоряжение церкви?

– Во-первых, мы высказываем свою позицию в силу того, что это затрагивает наши уставные задачи, то есть вопросы научной деятельности, а также сохранение и умножение культурных ценностей Санкт-Петербурга. Во-вторых, что касается самого предмета нашего разговора, то есть передачи Исаакиевского собора в пользование Русской православной церкви, то мы считаем, что такой акт нанесет серьезный ущерб деятельности собора как музея, не принеся никаких преимуществ, собственно, богослужебных.

– А в чем ущерб?

– Ущерб, во-первых, в том, что – в этом смысле мы согласны с позицией Министерства Культуры, которое было озвучено – говорить о сохранении этой музейной деятельности в ее настоящем виде при передаче собора можно лишь теоретически.

– В этой дискуссии мне почему-то все время кажется, что вопрос не в том, будет Исаакиевский собор церковью, каким-то образом церковь будет в нем распоряжаться или нет, а в том, что светская часть общества не доверяет Русской православной церкви. И в этом есть какой-то совсем другой пласт, который уже не имеет отношения к тому формальному спору, кто отвинтит или что-то привинтит на колоннах Исаакиевского собора, к которому на самом деле все пытаются свести разговор. У вас нет такого же ощущения?

– Очень хороший вопрос. Значит, сторонники передачи Исаакиевского собора православной церкви совершенно справедливо не делают акцент на правовую сторону. Поскольку, с точки зрения закона, решение, скажем, губернатора об отказе в такой передаче 2015 года было абсолютно безупречным. Они пытаются перевести этой спор в мировоззренческий пласт. Так вот, уверяю вас, что противостояния между верующими и неверующими, светской частью и церковной здесь нет. Мне кажется, что этот вопрос, он расколол наше общество примерно так же, как в свое время вопрос со строительством "Охта- центра". Я думаю, что и для светской части общества, и, если говорить о перспективе, а не о кратковременном эффекте, с точки зрения православной церкви, нужно всячески подчеркивать, развивать, устанавливать то, что может нас объединить, и всячески избегать того, что может разъединить. Здесь откровенно выражено пренебрежение к мнению значительной части горожан; откровенно выражено то, что вопрос уже решен. Я думаю, что это скорее способствует расколу, чем согласию.

Передача Исаакия РПЦ объединила всех петербургских несогласных против власти. В последний раз подобное единодушие наблюдалось во время споров вокруг строительства башни "Охта-центра" для "Газпрома". Тогда стараниями активистов стройку удалось отменить. На этот раз даже противники смены собственника храма признают — шансов гораздо меньше.

Мы спросили, что думают о передаче Исаакиевского собора Церкви жители Петербурга.

В тот же день, когда Полтавченко заявил о решении отдать собор церкви, в Интернете появилась петиция с требованием отменить указ. Среди голосов против и градозащитники, и обиженные музейщики, и уличные политики, и системные депутаты. 13 января на Исаакиевской площади прошла первая акция недовольных. Сперва возле собора, а затем и в сквере напротив собралась толпа протестующих против решения губернатора Полтавченко.

Свое слово по поводу передачи Исаакиевского собора церкви еще должна сказать международная организация ЮНЕСКО, депутаты намерены обратиться туда в ближайшее время, объяснил Настоящему времени яблочник Борис Вишневский.

– Наверное, вы слышали о создании согласительной комиссии, как вы относитесь к перспективам ее работы?

– Это никакая не согласительная комиссия. Не надо принимать желаемое за действительное. Речь идет о создании какой-то в перспективе рабочей группы, куда вроде бы обещают включить и депутатов, которые должны заниматься вопросом передачи Исаакиевского собора. Я лично против передачи Исаакиевского собора и считаю, что для этого никакие рабочие группы не нужны.

– Вчера вашим коллегам в парламенте Санкт-Петербурга остановить этот процесс не удалось. Даже обращение к министру культуры России Владимиру Мединскому принято?

– Обращение абсолютно бессмысленное, потому что Министерство культуры тут же ответило, что оно вообще тут ни при чем и это – не его компетенция. Что касается того, что не удалось остановить, – остановим другими методами.

– Какими методами?

– Во-первых, публичными акциями. Во-вторых, общественным давлением. В-третьих, я думаю, что завтра уже будет подан иск в суд об отмене распоряжения Комитета имущественных отношений от 30 декабря, которое абсолютно противозаконно, и весь этот процесс происходит с грубейшими нарушениями законодательства.

– По вашим ощущениям, какая доля жителей Петербурга против передачи Исаакиевского собора во временное пользование Русской православной церкви на 49 лет?

– По моему опыту личного общения, хотя это не репрезентативная выборка. По ощущениям пока что где-то 9/1 в пользу противников.

– Почему петербуржцы не доверяют Русской православной церкви в таком массовом порядке?

– Потому что петербуржцы любят Исаакиевский собор и любят музей "Исаакиевский собор". При передаче музей будет уничтожен. Это надо ясно понимать. Музей не может существовать вне своего главного и фактически единственного главного экспоната – самого Исаакиевского собора. По закону, в этом случае государственное учреждение подлежит выселению и имущество, которое не принадлежит религиозному заведению.

– Музей чего Исаакиевский собор?

– Это музей Исаакиевского собора как памятника архитектуры федерального значения. Это символ Петербурга. Его значение выходит далеко за пределы вопросов веры и любой религии.

– Исаакиевский собор входит в список объектов культурного наследия ЮНЕСКО?

– Исаакиевский собор – часть объекта всемирного наследия ЮНЕСКО.

– Как объект всемирного культурного наследия ЮНЕСКО оказаться в пользовании религиозной организации?

– Я лично тоже полагаю, что не может. Это отдельная тема, которой мы будем заниматься. Но исторический центр Петербурга и связанная с ним группа памятников — это отдельный объект всемирного наследия ЮНЕСКО. Сам Исаакиевский собор тоже туда входит.

– Кому так в церкви понадобился Исаакиевский собор? Есть ли какой-то персоналий, конкретный человек с фамилией и именем, должностью и званием, который мечтает обладать Исаакиевским собором?

– Я могу только выдвигать предположения. По моему мнению, это Патриарх Кирилл. Он же Гундяев. Видимо, ему очень хочется проводить торжественные службы в Исаакиевском соборе будучи главным лицом на этих церемониях.

–​ Последний вопрос. Мне кажется, что телескоп должен стоять в планетарии, а в храме проходить религиозные службы. Почему бы так не сделать, и музей не отнести в здание, которое походит для музея, а храм отдать церкви. Собственно, люди будут знать, что они в храм идут молиться, а в музей смотреть на памятники архитектуры и всевозможные исследования, которые музейные работники проводят регулярно.

– Тимур, даже православный царь Александр II отказался передать Исаакиевский собор в ведение духовного управления. Уж, казалось бы, он был куда православнее нынешних губернаторов и президентов, однако он отказал, поскольку было сказано, что потрачено 23 миллиона народных денег на возведение этого памятника — подчеркиваю, денег народных, а не пожертвований верующих, и содержание этого памятника столь сложно, что он должен оставаться у правительства. Церковь с этим справиться не может. Так вот, огромное число людей, примерно по 4 миллиона туристов в год, приходит в Исаакиевский собор в первую очередь как в памятник архитектуры. Только один процент из них — это люди, которые посещают службы. И я полагаю, что, если музей получает другое помещение, он просто исчезнет. Повторяю, потому что главное, что он показывает — это сам Исаакиевский собор. А верующим никто не мешает, они и сегодня могут прекрасно приходить туда и молиться, никто им не препятствует. На этих службах в среднем по 30 человек. О чем Вы говорите? У нас нет проблемы с нарушением прав верующих в том, что касается Исаакиевского собора. Пусть все остается, как есть сейчас.

Коллеги Бориса Вишнеского по Заксобранию, которые встали на сторону власти церкви уверяют, что всего лишь исполняют федеральный закон.

"Во-первых, это не прихоть губернатора Санкт-Петербурга или депутатов Законодательного Собрания. это четкое выполнение федерального закона о передаче объектов Русской православной церкви, которое выполняется в разных субъектах, и в том числе и в нашем. Что касается его коммерческого использования, я думаю, там будут проходить и богослужения, и, наверное, вход в храм будет бесплатный. А вот что касается использования колоннады и панорамного обзора города, вполне допускаю, что может использоваться в дальнейшем оплата за посещение колоннады. Это мировая практика", – сказал Сергей Соловьев, зампред Законодательного Собрания Санкт-Петербурга.

Известные деятели культуры, жители Санкт-Петербурга, актер Олег Басилашвили и режиссер Александр Сокуров рассказали Настоящему Времени о своем отношении к спору вокруг собора.

В Украине большинство храмов было передано разным христианским конфессиям, еще в девяностые годы и основные споры проходили уже между ними, а на западной Украине богослужение в храмах и не прекращалось. Возвращение храмов в Украине можно назвать первой главой десоветизации страны.

Исключений немного одно из них Софийский собор в Киеве. Музеем заповедником комплекс Софии в Киеве стал еще в Советском Союзе, а Храм, как и Киево-Печерская лавра первым внесен в список мирового наследия ЮНЕСКО на территории Украины. Именно этот статус не позволяет передавать его религиозным организациям и проводить там богослужения за исключением одного дня в году.

Об опыте восстановления контроля церкви над храмами НВ узнало у религиоведа доктора философских наук, Виктора Еленского.

— Виктор Евгеньевич, могли бы вы в двух словах подтвердить или опровергнуть мои слова о том, что в Украине процесс передачи храмов церкви начался сразу практически после распада Советского Союза, и в некотором смысле это был пролог десоветизации. Я прав или я ошибаюсь?

— Видите ли, в Украине до распада Советского Союза находилось 65% всех православных храмов СССР. Ими пользовались верующие, и они продолжили ими пользоваться, и одновременно приблизительно сразу же после тысячелетия крещения Руси примерно в 800 храмах, пустовавших до этого, они вошли в эти храмы и начали там служить. Это, в основном, происходило в Западной и Правобережной Украине.

— Распределение по конфессиям происходило по историческому принципу или по принципу общинному, то есть кто где был, там так и произошло?

— В Украине среди восьми украинских губерний, которые входили в состав Российской империи, примерно в шести, пожалуй, подавляющее большинство храмов было построено людьми верующими, в отличие от южных губерний Российской империи, восточных.

— Кстати, это роднит чем-то эту ситуацию как раз с Исаакиевским собором, построенным тоже на народные деньги когда-то еще давно.

— Естественно, этот конфликт не похож на украинскую ситуацию, потому что в Украине нет монополии одной церкви и одной религиозной организации, причем такой монополии, в общем-то, давящей.

— А есть серьезная конкуренция. Давайте их просто перечислим, христианские конфессии, которые всерьез конкурируют за души прихожан. Это Московский патриархат (православная церковь), Украинский патриархат…

— В Украине, если говорить коротко, есть несколько центров религиозной силы, которые сравнимы между собой. Это Украинская православная церковь Киевского патриархата, Украинская греко-католическая церковь, Украинская православная церковь Московского патриархата, сильная протестантская община, например, баптистское сообщество, сейчас крупнейшее в Европе.

— И пятый – это, пожалуй, католическая церковь.

— Ну я назвал Украинскую греко-католическую церковь. Католическая церковь латинского обряда, вот как раз у нее более всего, пожалуй, сейчас претензий по поводу ее храмов. Есть некоторые храмы, на которые претендует Римско-католическая церковь, и в которых сейчас, например, органный зал.

— Как вы думаете, есть у общества воля, желание и возможности эти органные залы превратить в храмы Римско-католической церкви, к примеру?

— Я думаю, что общество в большой степени устраивает ситуация, когда это концертный зал – церковь. Это во-первых. Во-вторых, я еще хочу отметить, что в Украине нет такого организованного и подкрепленного интеллектуально антиклерикального движения. В России оно чувствуется. Я, например, помню письмо покойного Гинзбурга, академика, против засилья Русской православной церкви и клерикализма, насаждаемого в обществе.

— А это из-за чего? Это, вы думаете, такой атеизм, присущий россиянам, или это сопротивление монополии одной церкви?

— Я думаю, что в большей степени это сопротивление монополии и неудовлетворение той ролью, которую играет церковь в жизни общества.

— Я понимаю, в Украине конкуренция существует, действительно, церковь очень живая. Просто очень хочется перейти сейчас совсем плотно к Исаакиевскому собору. Мне интересно, на чьей вы стороне в этом споре, который сейчас развернулся в Санкт-Петербурге.

— Я, естественно, на стороне общественности.

— То есть тех людей, которые считают, что музей-церковь предпочтительнее, чем церковь-музей.

— Конечно.

— Мне кажется, что тем не менее вопрос передачи храма церкви, а музею музейного пространства – это вопрос продолжения десоветизации, и в этом смысле он, скорее, благо, чем вред. Вы согласны со мной или нет?

— Смотрите, церковь не изгоняют из этого храма, церковь имеет возможность служить, проводить там богослужения. Если говорить о справедливости, то эту церковь, этот храм строили предки петербуржцев нынешних – и тех, кто являются членами Русской православной церкви, и тех, кто ими не является. И я думаю, что и те, и другие имеют полное право находиться и в музейном пространстве, и в пространстве храмовом.

КОММЕНТАРИИ

XS
SM
MD
LG