На Каннском кинофестивале показали фильм Андрея Звягинцева "Минотавр". Сюжет и актерский состав удалось сохранить в секрете до премьеры. "Минотавр" – это история о супружеской измене (своего рода авторский ремейк фильма "Неверная жена" французского режиссера Клода Шаброля), которая в интерпретации Звягинцева превратилась в антивоенное или как минимум пацифистское высказывание, пишут критики.
Российский город, где по сценарию происходит действие фильма, построили в Латвии. На его улицах – плакаты с Z-символикой и "ветераны СВО", как называют в России участников в войне с Украиной.
"Когда ты запускаешь проект в 2022 году, а сценарий дописываешь в 2023-м, у тебя просто нет шансов обойти стороной контекст того, что происходит здесь и сейчас. Это физически невозможно. Нельзя снять сказку или мелодраму, полностью оторванную от социального, политического или любого другого контекста", – прокомментировал содержание фильма после премьеры сам режиссер.
Андрей Звягинцев уверен, что фильм не покажут в кинотеатрах в России, но считает, что картина найдет своих зрителей:
"Думаю, в нынешних реалиях этот фильм не получит прокатное удостоверение. Но в России сейчас расцвет пиратства. Так что все, кто захочет его посмотреть, обязательно посмотрят. И все, кто умеет нажимать кнопку VPN, тоже обязательно его увидят. А мне, честно говоря, совершенно плевать, как именно – через пиратов или официально. Мне абсолютно все равно.
Еще живя в России, до войны, Звягинцев публично выступал в поддержку украинского режиссера Олега Сенцова, которого судили по обвинению в терроризме, и требовал допустить Алексея Навального к участию в выборах президента в 2018 году. После 2022-го осудил полномасштабное вторжение. Режиссер находился за пределами России, когда оно началось: он долго и тяжело лечился от последствий коронавируса, его даже пришлось ввести в искусственную кому и исход лечения не был очевиден. О начале работа над новым фильмом Звягинцева стало известно в 2025 году.
Главные роли в "Минотавре" сыграли российские актеры Дмитрий Мазуров, Ирис Лебедева и Юрий Завальнюк, много снимавшиеся в сериалах и на второстепенных ролях, но мало известные зрителю фестивального кино, также в нем снялась Варвара Шмыкова, которая уже играла у Звягинцева. Режиссеру и актерам после премьеры в Каннах зал аплодировал десять минут.
Мы спросили кинокритика Дмитрия Елагина, который был на премьере "Минотавра", о чем этот фильм и почему многие его коллеги назвали его антивоенным:
– Потому что он завязан на истории мобилизации. По сюжету у нас есть Глеб, он глава транспортной компании. Ему поступает сверху новость о том, что нужно составить список из 14 человек, которых возьмут на войну. Вот такая квота. Уже у нас [по сюжету] прошел "Верхний Ларс", поэтому все все понимают: он отправляет людей на войну. Он не хочет отправлять людей на войну, наоборот, когда сотрудники улетают, он их отпускает. Но 14 имен ему нужно где-то найти. Это, собственно, военная часть. Почему "Минотавр" – потому что молодые юноши отправляются зверю на съедение, дань отдается.
Вместе с тем Минотавр – это с одной стороны монстр (голова), с другой стороны тело человека. И о человеке говорит вторая часть истории, уже любовная часть. Частично это такой вольный ремейк фильма Клода Шаброля "Неверная жена". Это классика французского кино, фильм 1968 года. У нашего главного героя есть жена Галина, которая ему изменяет. И он пытается выяснить, с кем она ему изменяет, почему их отношения не строятся. Естественно, в ключе Звягинцева это показано не просто как какая-то драматичная история, не просто кризис, а разговор о том, как жить и почему мы несчастливы.
В этом сшиваются – прекрасно, по-моему, без каких-то ненужных краев, – две истории: история политическая, социальная и история личная, персональная.
— Каким языком рассказана эта история? Люди в России с провоенными взглядами, они с первых же кадров сразу скажут: "Ну все, выключаем, это какая-то пропаганда". Или какой-то выбран такой язык, чтобы они продолжали смотреть?
— Я бы сказал, что, скорее всего, этот фильм в России невозможно будет посмотреть легально. Но мне кажется, что там все очень нежно. Чем этот фильм отличается от предыдущего фильма Звягинцева: здесь у нас на экране люди, они все понимают и им правда совестно. Они не высказывают какую-то супер антивоенную позицию, вообще нет такой политической задачи, скажем так, у героев этого фильма. Понятно, о чем думает режиссер, но его герои мыслят по-другому. Есть, например, один из персонажей второстепенных, который [считает], что люди – это мясо, ресурсы. Фильм не кричит об этом громко. Он довольно спокойно показывает процесс, как люди отправляются на войну, как происходит переработка людей. И это все не прямо тебе в глаза. Но там, например, есть кадры, когда героиня Галина гуляет по городу провинциальному – и, например, на улице человек на коляске. Или плакат покажут. Мне кажется, это довольно спокойное кино в этом плане. И оно так отражает реалии.
Звягинцев снял это кино не в России, вообще он из России уехал. Я тоже не живу в России. Мне, человеку, который не живет в России, кажется, что человек, который не живет в России, снял кино, которое прекрасно отражает реалии. Здесь подтвердят мои коллеги, мои друзья, которые периодически летают в Россию, что это все на фоне – как бы близко и далеко одновременно, – мне кажется, Звягинцев передал это ощущение идеально.
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:
"Вторая мировая родила великих мастеров, то же случится в Украине". Александр Роднянский о войне, эволюции кино и кризисе в индустрии— Расскажите, пожалуйста, про реакцию публики.
— Фильм хорошо приняли, приняла международная пресса, можно видеть комментарии. И на самом деле это радостно. Не то чтобы я сейчас здесь [произношу] лозунг про "наше кино", нет, совсем не то: просто когда ты работаешь в другой стране, тяжело создавать искусство в принципе, работать с этим. И конкурс в Каннах это показывает, есть несколько режиссеров, которые работали не на своем, например, языке или в другой стране, у них, мягко говоря, не получилось. Радостно, что у человека талантливого, у Андрея Звягинцева все удалось.
Я не удивлюсь, если фильм получит какую-то из наград. Не думаю, что главную, но если получит – это будет шок абсолютный: второй год подряд получит политический диссидент. В прошлом году победителем был Джафар Панахи из Ирана, за фильм "Простая случайность". Он снял фильм о том, что происходит в Иране с революцией, как подавляются протесты и как потом люди ищут тех, кто их репрессировал. И здесь у нас тоже режиссер, который уехал из России. Если получит ["Золотую пальмовую ветвь"] Андрей Звягинцев, будет прекрасно, но есть и другие хорошие претенденты.
— Вы говорили, что много положительных отзывов, а есть ли критика какая-то?
— Не слышал прямо негативного, слышал, что это самоповтор: опять тот же оператор, опять та же музыка. Братья [Евгений и Александр] Гальперины написали музыку, фильм снял [Михаил] Кричман. В принципе, Звягинцев-то стабилен, и он не удивил в этом плане. Опять у нас есть политическая история, отношения человека и власти, человека и чего-то большего – это было в "Левиафане", например. Есть история измен – в "Левиафане" тоже была личная история. То есть, в принципе, сам формат фильма не поменялся, он не изобрел что-то, он себя не переизобрел. Это единственная критика. С которой я не согласен, но могу понять.