Кадыровцы и металлолом. Советник мэра Мариуполя – о том, как бизнесмены из РФ получили контроль над оккупированным городом

Российский военный возле завода "Азовсталь" в оккупированном Мариуполе, июль 2022 года. Фото: AFP

Приближенные Рамзана Кадырова получают бизнес-активы в оккупированном Мариуполе, рассказали журналисты BBC. Пятьдесят процентов металлургического комбината имени Ильича – одного из крупнейших предприятий Украины – теперь контролирует 25-летний чеченский предприниматель Валид Корчагин, связанный с семьей Геремеевых. Эта семья – приближенные Кадырова и родственники депутата Госдумы Адама Делимханова, также эта фамилия не раз упоминалась в связи с убийством российского оппозиционного политика Бориса Немцова.

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Близкий к Кадырову бизнесмен получил Завод Ильича в Мариуполе и бизнес OBI и Starbucks, которые ушли из РФ, – расследование ВВС

Соратники Немцова считают, что именно командир роты чеченского батальона "Север" Руслан Геремеев – один из возможных организаторов убийства.

В марте 2022 года Рамзан Кадыров публиковал видео с Геремеевым и утверждал, что тот воюет в Мариуполе. Журналисты полагают, что семья Геремеевых получила доступ к металлургическому комбинату имени Ильича в качестве "награды" за то, что они воевали в Украине.

О том, что известно о чеченских бизнесменах в городе украинским властям, мы спросили советника мэра Мариуполя Петра Андрющенко. По его словам, за активы в Мариуполе боролись две группы: ставленники ФСБ во главе с Денисом Пушилиным и ставленники СВР, то есть разведки. Когда группа СВР стала побеждать, Пушилин якобы заручился поддержкой кадыровцев. Андрющенко говорит, что благодаря этому весь город оказался под контролем ФСБ. А металлургической отраслью, вернее – ее разграблением, занимаются кадыровцы.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Советник мэра Мариуполя Петр Андрющенко – о российских бизнесменах в разрушенном и оккупированном городе


— С момента начала оккупации города, когда закончились боевые действия, когда были эвакуированы все наши защитники с "Азовстали", естественно, начался раздел власти и сфер влияния. Ну, на самом деле, [решалось], кто будет "пилить" российские деньги, которые будут туда заходить.

Все прекрасно понимают, что есть металлопрокат, в порту до сих пор валяется [металл]. Есть заводы – но заводы не как актив, потому что они не возобновляемы для работы по целому ряду экономических причин: металлургический кризис в России из-за санкций и так далее. Какой интерес в заводах? В первую очередь металлолом – это просто золото во всех отношениях. Второе – это оборудование, учитывая санкции. Российское оборудование во многом аналогично оборудованию, установленному на комбинате Ильича, у российской металлургии, безусловно, возникают проблемы [нехватки] запчастей – поэтому оборудование комбината Ильича можно использовать как донора: снимать что-то и отправлять в Россию.

Кадыровцы полностью контролируют металлургический бизнес в городе, и это не только комбинат Ильича. Есть металлисты, которые вырезают металл. Это не сами кадыровцы: зашли российские металлисты, предприятия, которые занимаются ломом черных и цветных металлов. Им платят за работу по 2 тысячи рублей [за тонну], а дальше металлолом едет в Ростов-на-Дону, и там он продается кадыровцами уже по 32 тысячи. Вот эта разница, учитывая объем, – это колоссально.

Если ввести санкции, аналогичные тем, которые приняты уже на сегодняшний день, конкретно под металлолом, то это парализует просто. Металлолом, если попадет под санкции и они не смогут им торговать, то, я думаю, на этом остановится разграбление заводов. Потому что в российской экономике нет такой большой потребности в металлоломе. А пока им можно будет торговать – будут резать, потому что это объемы. Это несколько десятков или сотен гектаров земли металлолома.

Я знаю, что "Метвинвест" иски подал, город готовится иски подавать – мы не оставляем это на завтра, на потом. Мы понимаем, что должны быть готовы к тому, что мы еще поборемся с другими городами, с другими громадами за деньги. Когда деньги в Украину [на восстановление] придут, встанет вопрос, у кого есть планы, кто готов с ним работать, у кого есть [оцененный] ущерб.

Будем подавать в Международный суд – в Гаагу конкретно. Даже если Россия их не признает сейчас, мы должны иметь признанный международным сообществом подтвержденный ущерб, подтвержденные иски. Мы уверены, что после нашей победы, подписания в каком-то виде каких-то документов, которые зафиксируют мир и поражение России, безусловно, эти документы станут основанием для возмещения ущерба в том числе городу Мариуполю.