После начала мобилизации в сентябре 2022 года многие уехавшие из России мужчины остались без работы. Далеко не у всех профессии позволяют работать удаленно или быстро найти подходящую позицию в другой стране. С тех пор прошло девять месяцев – и некоторые уехавшие успели освоить новые профессии вдали от дома. Корреспондентка Настоящего Времени поговорила с бывшими инженером, сотрудником таможни и реставратором о том, кем они стали после эмиграции и как себя ощущают в новой роли.
Сергей. Был реставратором – стал татуировщиком в Ереване
(Имя героя изменено по его просьбе.)
Я учился на реставратора, потом 2,5 года проработал на самых разных работах. Непосредственно перед отъездом я занимался реставрацией и чисткой обуви. Но работу свою никогда не любил, это была работа, чтобы выжить.
Из России я уехал в конце октября. Родители не поддержали мое решение не идти на войну, это было одной из главных причин уехать. Я понял, что не вывожу весь этот сюр, который происходит. Я давно начал понимать, что все идет не туда в России, и, естественно, мы с родителями иногда говорили об этом. У нас фундаментальная разница во взглядах, и споры заканчивались очень жесткими скандалами. И с этими словами о войне наш разлад достиг кульминации. Я понял, что больше не хочу поддерживать связь и хочу уехать. Уже здесь, в Армении, я понял, насколько атмосфера в семье и в России на меня влияла.
У меня было две повестки, но я даже с юмором к ним отнесся, не испугался. При этом у меня по здоровью категория "В", то есть я годен только в военное время. Изначально провластные СМИ говорили, что не будут призывать с этой категорией, но тут начали приходить повестки и "вэшникам". И тут оставалось два варианта – либо просто жить на иголках, либо ехать в Сибирь в какую-то деревню прятаться. И тот и тот вариант отстойный.
Сразу после мобилизации мы вместе с друзьями анализировали, как и куда лучше выехать и что делать, если не выпустят. В итоге решили поехать в Армению. Меня легко выпустили, единственное, минут семь девушка на погранконтроле смотрела мой паспорт, но вообще ни слова не сказала. Так я уехал с 40 тысячами рублей на карте.
Сразу после того, как переехал, я был в стрессе: нет денег, нет понимания того, как их зарабатывать. И я подумал, что будет неплохо "пойти в IT", там хорошие зарплаты и можно хорошо жить. Взял кредит, купил себе курс тестировщика, отучился месяца три. Но так сложилось, что в Ереван ко мне прилетел приятель и начал меня уговаривать выучиться на тату-мастера. Несколько дней говорил мне: "Попробуй, попробуй, тебе понравится". А я уже учился на тестировщика. Думаю: ну ладно, посмотрю. Начал смотреть, что за мастера вообще в Ереване есть. Нашел одного армянского мастера, который мне понравился и который запускал курс, я съездил к нему, познакомился, и мне понравилось. И пошел учиться к нему.
Когда я начал заниматься татуировками, я сразу понял, что не смогу работать в IT. В самом начале мне менеджер курсов говорила, что я смогу в любой момент закончить курс и вернуть деньги за ту часть, что не доучился. Но ничего не вернули и несколько раз звонили, пытались уговорить остаться на платформе. У меня остался долг перед ними – 77 тысяч рублей.
Я всю жизнь был связан с художественным искусством. С детства меня закинули в художку, я ее закончил, поступил на реставратора. Но в универе было так отвратительно, что он на много лет отбил у меня желание рисовать и прикасаться к чему-то творческому. Я до сих пор отговариваю людей туда поступать. На третьем курсе меня даже отчислили, но потом я все же восстановился и его закончил. А после пять лет ничем таким не занимался.
В итоге после эмиграции я вернулся к тому, с чего начинал еще в детстве, – к искусству и рисованию. Учиться я начал в середине марта, еще месяц шло обучение. В это время я жил случайными подработками и с помощью друзей. Помимо всего прочего, я занимаюсь музыкой, иногда принимал участие в разных проектах, которые приносили немного денег. Но в основном меня поддерживали друзья, за что им огромное спасибо, они у меня великолепные.
За месяц обучения я предоставил 400 тысяч драмов, это около тысячи долларов. Учеба была почти каждый день, и я получил сертификат, с которым смогу поехать почти в любую страну мира и там показать, что я нормальный специалист. Я видел, что другие специалисты заломили цену в 500 тысяч драмов за неделю обучения по несколько часов в день. Чему ты можешь научиться за это время? Со мной же мастер работал почти каждый день весь месяц.
Пока у меня было всего несколько заказов, я еще тренируюсь. Реальность оказалась такова, что мало выучиться делать татуировки – еще надо продвигать себя, быть блогером, заниматься таргетом и рекламой. В итоге на сами татуировки ты тратишь 20-30% рабочего времени, а все остальное – на продвижение. Пока я беру не самые большие деньги за свою работу, я работаю на имя и на перспективу. Мне еще есть чему учиться, есть много разных стилей, нужно нарабатывать опыт.
Все сложилось очень хорошо. Я не жалею ни о чем. Когда сравниваешь то, что ты делал до этого, и то, что тебе не нравится, с тем, что тебе доставляет удовольствие, – это невероятная разница. Армения не идеальная страна, тут есть российские военные, которые сюда приезжают как на курорт и ведут себя очень развязно. Но в кругах, в которых я общаюсь, все разделяют мои взгляды.
Я не вернусь в Россию, пока этот режим себя не изживет. Я не только про войну говорю, я в принципе говорю про то устройство, которое в России сложилось. Война каким-то образом закончится, но все эти люди останутся сидеть на своих местах, и делать мне там в этой атмосфере нечего. Пока я ничего больше не планирую. Буду заниматься татуировками и выстраивать свою жизнь здесь.
Илья, 25 лет. Был сотрудником таможни – cтал массажистом в Батуми
(Имя изменено по просьбе героя.)
Я пошел в таможенную академию, потому что не хотел идти на срочную службу, а "таможка" предоставляла отсрочку, если сразу после учебы пойдешь работать по специальности. После учебы я год не работал вообще, потому что делал операцию на глаза, а через год пошел работать в таможню одного из аэропортов. Сначала искал контрабанду, потом перешел в грузовой отдел, где работал с самолетами и проверял декларации. Так я проработал больше двух лет – и каждый год должен был подтверждать в военкомате, что я все еще там работаю.
И вот еще до войны в один из таких дней, когда я принес в военкомат справку, что работаю в таможне, мне сказали: "Ой, мы вам неправильно дали отсрочку". А после начала войны по адресу прописки принесли повестку на срочную службу. Я понял, что риск возрастает, и рано или поздно придется уехать или меня призовут. Была надежда, что с работы как-то помогут избежать призыва, но когда объявили мобилизацию, риски стали еще больше. Особенно после "присоединения" "ЛНР" и "ДНР" я боялся, что введут военное положение и закроют границы. Так что я решил, что надо ехать. Единственная проблема была – работа: после начала мобилизации им запретили одним днем увольнять людей, и мне сказали, что нужно отработать две недели. Но я боялся, что пока буду отрабатывать две недели, границы закроют, и я просто уехал. Меня уволили "по статье" за прогулы, пытались дозвониться несколько дней. Но какая уж теперь разница.
Еще в Москве я купил себе старый велосипед, полетел с ним во Владикавказ, не взял никакого багажа, потому что ничего, кроме велосипеда, не влезло. И на этом велосипеде обогнул все пробки на Верхнем Ларсе. В 10 утра я был в Москве в Домодедове, а в 11 вечера уже пересек границу.
Вообще у меня со школьных лет была мечта работать массажистом. Мне нравится помогать людям. Еще в детстве мы с сестрой делали друг другу массаж, и она говорила: "Ты хорошо делаешь, у тебя сильные руки, тебе нужно быть массажистом". А я только посмеивался. В России в основном для этого нужно медицинское образование, поэтому я как-то забил на эту мечту. Но в Тбилиси познакомился с человеком, который сказал, что тут прошел курсы и начал работать без медицинского образования. Он дал мне контакт человека, который эти курсы ведет. Там как раз был новый набор – и я записался. Курсы длились две недели, очень интенсивно и со множеством практики. В группе было несколько человек, мы отрабатывали разные приемы друг на друге. Для получения базовых знаний этого достаточно. А дальше уже буду учиться другим техникам, углублять знания.
Сейчас у меня появились первые клиенты, в основном из приехавших россиян и туристов, я развиваю инстаграм и начал зарабатывать. Для грузин это все же дорого, но и они иногда приходят. Не все могут сдавать квартиры, цены здесь сейчас очень выросли из-за наплыва россиян. Все очень по-разному смотрят на наш приезд, но с грубостью я никогда не сталкивался.
До этого у меня были небольшие подработки, менеджером, мне еще предлагали вакансии вроде администратора в отеле, бармена, но я даже не стал пробовать – это все не мое. У меня были небольшие сбережения, поэтому я мог какое-то время не работать. Сейчас я уже почти все их истратил, но работа наладилась – и я получаю стабильные деньги.
Работа в таможне мне не нравилась, хотя она была довольно халявной, чего-то сложного я не делал. Но и смысла и радости в этом не было. Сейчас я живу на курорте, люди сюда приезжают отдохнуть, расслабиться, и я им помогаю. У меня удобный график, и я работаю на себя. Конечно, я скучаю по родным и друзьям, которые остались в России, но абсолютно не жалею, что уехал. В России мне всегда было некомфортно после начала войны, я был уверен, что будет жестче. А здесь я могу спокойно жить.
Марк, 26 лет. Был инженером – стал официантом в Ереване
До переезда из России я строил свою карьеру: был старшим инженером пожарных и охранных систем. Такой человек нужен везде, это довольно хорошая должность. Я работал в государственных структурах, поэтому повестку мне принесли прямо на работу. При этом я никогда не служил, у меня военный билет с отсрочкой по здоровью.
Это было 7 октября, я обычно плохо запоминаю даты, а эта как в кино – разделила всю жизнь на до и после. Ночью я собрал все вещи и уехал на другую квартиру, потом улетел в Турцию, а оттуда – в Армению.
Вообще удивительно: у меня дедушка армянин, а я до этого момента никогда в Армении не был. Мне уже даже подтвердили, что я могу получить гражданство. Но если его получить во время призывного возраста, то мне придется служить в армии Армении два года. А за уклонение – запрет на выезд из страны или в тюрьму. Я пошел в военкомат местный, и мне на голубом глазу сказали: приходите через год получать гражданство. Так я и сделаю.
Мне незадолго до мобилизации предложили снять квартиру у метро "Рыбацкое" в Петербурге за 15 тысяч рублей. Я сидел на даче, думал, как сниму эту квартиру, как позову друзей, все было хорошо. А на следующий день – мобилизация, и родители мне говорят: "Может, уедешь?" Я долго думал, несколько дней ни с кем не разговаривал. Потом принесли повестку. Почти все мои друзья меня поддержали [в моем решении уезжать]. Был один разговор в курилке с коллегой, он мне сказал: "Я никуда не поеду, буду судиться – если что, буду бороться внутри системы". В итоге его мобилизовали.
У меня были накопления, поэтому я полгода не работал. Пробовал устроиться по своему направлению техником или инженером, но в Армении очень сильно влияние связей, маловероятно, что возьмут человека с улицы, да еще и не армянина. И для любой серьезной работы нужен армянский. На какое-то время я впал в депрессию, что не могу найти работу, что у меня было все устроено, а тут я никто. Был высококвалифицированным специалистом – а теперь безработный. Это большой удар по гордости. На прежней работе еще полгода ждали, что я вернусь.
Сначала я пошел работать курьером в "Яндекс.Доставку". Может быть, на самокатах и велосипедах еще возможно работать, но так – абсолютно невозможно. Пешком нужно было проходить 40-50 километров в день. Я на третий день пришел домой, замочил ноги в тазу и так сидел несколько часов. Там неадекватная система штрафов и импотентная поддержка, которая ничего не знает. Все курьеры хотят протестовать – что в Ереване, что в Москве.
В доставке мне было так плохо, что я даже хотел вернуться домой. Я был в таком депрессивном состоянии, что у меня часть мозга, которая отвечает за зону комфорта, активизировалась: "Да все нормально, да уже все улеглось, там дом". Знаю несколько человек, которые после такой работы вернулись. Я даже позвонил своему начальнику в Питере и спросил, взяли ли кого-то на мое место, но уже взяли.
И вот я как-то захожу в чат "Русские в Армении", и там ищут официанта в ресторан-пиццерию. Я подумал: "А почему бы не попробовать?" Я никогда этим не занимался, но я люблю общаться с людьми. Знаю русский и английский, учу армянский, в туристическом месте этого хватает. И забавно, что у меня с владельцем ресторана одинаковая фамилия.
На первое время в любой стране советую всем идти работать официантами. Нужно уметь носить тарелки и общаться с людьми – мы все это умеем. Да, нужно выучить меню. С иностранными туристами разговариваю на английском или на русском, армянам говорю, что учу язык, и они всегда с пониманием относятся. Я им говорю: "Приходите через полгода, поболтаем", – а они счастливы, что я учу их язык. Иногда даже приходят армяне, которые сами не знают армянского, и просят русское меню. Я даже спросил как-то, как так вышло.
Считаю, мне повезло: ко мне хорошо относятся, у нас очень дружная атмосфера, повара учат меня армянскому, все всегда поймут и поддержат. Денег хватает. И хорошо относятся ко мне как к русскому. Сегодня клиент, друг хозяина, подарил мне самоучитель армянского в красивом бумажном пакете с армянскими буквами.
Я много чего умею: делать сайты, фотографировать. Но это все не мое. Я даже думаю нашему ресторану сайт сделать, но работать так я бы не хотел, не хочу сидеть за компьютером. Хочется жить, а не просыпаться, сидеть за компом и сновать спать. Скоро ChatGPT всех заменит, но необходимость общаться останется.
Из России уехало очень много молодых ученых, хороших специалистов. Это, конечно, грустно, но естественно после таких действий со стороны государства. Было довольно трудно все это проглотить. Можно сказать, гордость, что, типа, придется работать на совсем других должностях. Я не люблю модное слово "релокация" – мы все мигранты.
Мне страна очень нравится, нравятся люди, нравится погода. Я всегда говорю: я договорился – хотел в Краснодар, уехал в итоге в Ереван. Для меня Грузия, Армения – все это было очень далеко и непонятно. Не ожидал, но Ереван очень современный город со всеми удобствами.
Я учу язык и могу просто объясниться уже, армянский не такой сложный, как кажется. Когда выучу язык, вернусь к своей профессии, потому что она везде пригодится. Естественно, все в эмиграции не так, как я представлял. Но это наш новый дом, и надо учиться тут жить. У Ремарка есть книга об эмиграции "Тени в раю". Очень многие, кто тоже переехал после войн, стали очень сильными личностями, это невероятный опыт. Он настолько насыщенный, что, когда ты через время смотришь в прошлое, настолько взрослее себя ощущаешь, настолько другим человеком, что ко всему по-другому относишься. Так что я даже благодарен судьбе за эти изменения.
