Китайские компании, работающие в Таджикистане в горнодобывающих, строительных проектах и на промышленных предприятиях , все чаще сталкиваются с недовольством со стороны таджикских сотрудников.
Так, в ноябре прошлого года, на золоторуднике "Зарафшон" возле северо-западного города Таджикистана Пенджикента — одном из крупнейших в стране горнодобывающих предприятий под управлением китайской стороны — таджикистанцы, разочарованные тем, что зарплаты остаются на прежнем уровне, а также предполагаемой разницей в оплате труда по сравнению с китайскими коллегами, обратились к китайскому руководству с просьбой повысить зарплату. В обращении они указали, что "текущая заработная плата сотрудников не соответствует" росту потребительских цен. Для шахтеров, трудящихся в одной из самых тяжелых отраслей страны, это письмо стало редким примером коллективного протеста.
"Работа опасная. Мы ожидаем, что зарплата будет это отражать"
Двое сотрудников компании на условиях анонимности сообщили РСЕ/РС, что ежемесячные зарплаты шахтеров составляют от 2000 до 4000 сомони — примерно от $215 до $430. Однако их требования повысить заработную плату и устранить возможный разрыв между оплатой местных таджикских и китайских сотрудников были отклонены руководством горнодобывающей компанией "Зарафшон".
"Работа физически тяжелая и опасная, — сказал один из шахтеров. — Мы ожидаем, что зарплата будет это отражать".
Золоторудный комплекс "Зарафшон", на который приходится 70 процентов всего золота, добываемого в Таджикистане, имеет особое значение для правительства страны. Его высоко оценил президент Таджикистана Эмомали Рахмон во время визита в июле 2023 года.
Другие таджикские сотрудники в разговоре с корреспондентом РСЕ/РС жаловались на отсутствие прозрачности в управлении. По их словам, между таджикскими и китайскими работниками существует значительная разница в оплате труда.
В письменном ответе, направленном в связи с обращением работников, директор компании сообщил, что было принято решение не повышать базовую оплату труда. Вместе с тем он объявил о введении умеренной системы премий, которая должна начать действовать в 2026 году.
Согласно этой схеме, работники будут получать дополнительно 200 сомони ($21) ко дню рождения, 300 сомони ($32) к новогодним праздникам и 500 сомони ($53) к Наврузу — персидскому Новому году, отмечаемому в день весеннего равноденствия и празднуемому по всей Центральной Азии.
Сотрудники, говорившие с РСЕ/РС, считают, что это предложение мало что изменит, и отмечают, что напряженность между местными таджикскими сотрудниками и китайскими работниками на предприятии усиливается.
"Премии – это хорошо, — сказал один из шахтеров. — Но их недостаточно, чтобы менять нашу жизнь из месяца в месяц".
"Таджикский инженер получает 5000–7000 сомони, китайский — до 40 000 сомони"
Китай — крупнейший иностранный инвестор Таджикистана — с 2007 года вложил более $5,1 млрд капитала. По всей стране работают свыше 700 предприятий при поддержке Китая. В 2024 году таджикские законодатели ратифицировали двустороннее соглашение о защите инвестиций с Китаем, предоставившее китайским инвесторам более прочные юридические гарантии и защиту.
Однако проекты при поддержке Китая сталкивались с трудностями.
Согласно расследованию Озоди, китайские компании в последние годы хищнически осваивают месторождения полезных ископаемых в Таджикистане и загрязняют окружающую среду. Местные жители сообщали о проблемах со здоровьем — от преждевременных родов до заболеваний дыхательных путей. Эти обвинения таджикские чиновники немедленно отвергли. Споры выявили растущее недоверие между местными общинами и структурами, ответственными за надзор над иностранными проектами. При этом появляются признаки того, что китайские компании добывают минеральные ресурсы страны в условиях безнаказанности и лояльного отношения со стороны таджикских властей.
На руднике "Зарафшон" усиливается напряженность между таджикскими рабочими и гражданами Китая, которые в основном занимают технические и административные должности, а их зарплаты не раскрываются.
Один таджикский сотрудник горнодобывающей компании "Зарафшон" на условиях анонимности сообщил, что после жалоб на предполагаемо низкие зарплаты и разницу между таджикскими и китайскими окладами компания разделила бухгалтерский отдел на два: один обслуживал китайских работников, другой занимался расчетом зарплат таджикских сотрудников.
Он утверждает, что бывший сотрудник финансового отдела компании сообщил ему о значительном разрыве в оплате труда.
"Например, если таджикский инженер получает 5000–7000 сомони, китайский инженер получает до 30 000–40 000 сомони, — сказал он. — Китайский персонал работает по восемь часов в день, тогда как некоторым таджикским работникам приходится трудиться до 11 часов в сутки, чтобы заработать больше, хотя восьмичасовой рабочий день является стандартом".
РСЕ/РС не смогло независимо подтвердить предполагаемую разницу в зарплатах, а компания "Зарафшон" не ответила на запросы о комментарии.
Эти обвинения и отсутствие прозрачности усиливают распространенное в Таджикистане общественное восприятие, согласно которому китайские работники получают привилегированное положение.
В 2025 году под давлением прокуратуры города Пенджикента "Зарафшон" перевел более 1000 таджикских работников по контракту в статус постоянных сотрудников.
13 января прокурор Пенджикента в официальном ответе РЕ/РС признал наличие "различных нарушений трудовых прав" на объекте добычи золота, однако подробностей не привел.
"Мы выполняем самую тяжелую работу, но ее плоды достаются другим"
Трудовые волнения совпали с ростом обеспокоенности по поводу безопасности вокруг китайских проектов по всей стране.
С первого декабря работы на крупном участке автодороги Душанбе—Китай были приостановлены после двух смертельных нападений рядом с афганской границей.
30 ноября вооруженные люди убили двух китайских работников и ранили еще двоих на строительной площадке в Дарвазском районе, после чего Пекин призвал Душанбе усилить защиту своих граждан.
Таджикские чиновники возложили ответственность за инцидент на "вооруженную террористическую группу", не предоставив иных сведений. За несколько дней до этого трое граждан Китая были убиты при другом нападении на площадку промывки золота в районе Шамсиддин Шохин. Таджикские власти заявили, что оба нападения были совершены с афганской стороны.
Эти нападения вызвали тревогу среди китайских подрядчиков вдоль стратегического маршрута Душанбе — Кульма — 109-километровой трассы, проходящей через удаленные районы в направлении китайского Синьцзяна. Эмомали Рахмон отметил частичное открытие маршрута в середине 2025 года, однако задержки строительства и новые меры безопасности теперь ставят под сомнение завершение проекта в этом году.
Волна нестабильности может поставить под угрозу отношения с Пекином и сделать китайские компании менее готовыми продолжать работу и инвестировать, что также может повлиять на экономику Таджикистана.
Согласно официальным данным, китайские компании сегодня доминируют в золотодобывающем секторе страны, обеспечивая 84 процента общенационального объема добычи.
Помимо "Зарафшона", к крупным проектам относятся месторождение золота "Покруд", расположенное к югу от Душанбе, а также золотой рудник TALCO Gold стоимостью $136 млн в северном районе Айни, разработанный совместно с китайской компанией Tibet Huayu Mining.
Расширение отрасли помогло одной из беднейших стран Центральной Азии увеличить экспорт, но одновременно усилило ее зависимость от китайских инвестиций.
Для работников "Зарафшона" рост цен и стагнация зарплат по-прежнему остаются ключевой проблемой. "Мы выполняем самую тяжелую работу. Но ее плоды достаются другим", — сказал RFE/RL один из таджикских работников рудника.
