Ожесточенные бои на Донбассе идут за город Дружковка. Под постоянными обстрелами там до сих пор остаются несколько тысяч человек.
В Дружковку попытался попасть корреспондент Настоящего Времени:
Ехать в Дружковку на машине уже не безопасно – велик риск попасть под удар российского дрона. Поэтому съемочная группа Настоящего Времени решает идти пешком, чтобы посмотреть на город хотя бы с расстояния.
Свой путь мы начинаем из Краматорска Донецкой области. Краматорск, как Славянск, Дружковка и Константиновка, входит в укрепленный "пояс крепостей", который пытаются захватить российские войска, чтобы полностью оккупировать Донецкую область.
За летнюю кампанию захватить перечисленные населенные пункты армии России не удалось, но на некоторых участках фронт подошел к городам-крепостям очень близко.
По трассе в сторону Дружковки нас сопровождает Константин Мельников, пресс-офицер 24-й бригады ВСУ, которая уже более двух лет держит оборону на этом направлении.
"В принципе россияне, как применяли уже на протяжении длительного времени тактику инфильтрации, так они ее и продолжают", – говорит Мельников.
Не добившись на Донбассе поставленных задач, о которых не раз заявляли в Кремле, российская армия усилила обстрелы и пытается дронами контролировать логистические маршруты. И мы это прочувствовали на себе.
"Мы видим, на самом деле, что, когда противник не может достичь тех целей, которые он ставит перед собой на поле боя, он начинает терроризировать тыловые города. Мы это видели в Константиновке, сейчас это происходит в Дружковке", – продолжает пресс-офицер Константин Мельников.
Ближе к фронту логистику осуществляют маленькие и большие наземные роботизированные комплексы. На самый передний край доставлять грузы можно только воздухом. Константин накануне был в Дружковке, рассказывает, что видел даже работающий магазин.
"По городу постоянно прилетают КАБы, авиационные бомбы, улицы города стали уже трассами для FPV-дронов", – говорит он и добавляет, что, по данным местных властей, в городе сейчас проживают около двух тысяч человек. Несмотря на опасность, они почему-то не выезжают.
По пути в Дружковку необходимо постоянно смотреть не только вверх, но и под ноги, предупреждает офицер. С российских дронов часто сбрасывают противопехотные мины. Поэтому, когда Константин Мельников видит подозрительный предмет, прежде чем подойти, стреляет в него.
Плотность российских дронов такая, что съемочной группе Настоящего Времени приходится постоянно прятаться под деревьями. На одном из участков дороги 200 метров пришлось идти целый час, хотя в мирное время за 60 минут можно было добраться пешком из города в город, а на машине и вовсе – за считанные минуты.
Офицер рассказывает о ситуации на фронте: "Аэроразведка ведется круглосуточно, потому что противник ищет любые моменты, чтобы найти эти слабые места, когда по погоде можно не взлететь, что-то недосмотреть. Поэтому наши аэроразведчики делают все возможное, а иногда и невозможное, чтобы постоянно наблюдать за линией фронта, хотя это уже и линией тяжело назвать. Потому что инфильтрация способствует тому, что нет четкой линии".
По словам Мельникова, тактику инфильтрации российской армии также пришлось поменять. Если раньше сквозь украинские порядки пытались просочиться по два-три солдата, то теперь только по одному: "Их цель – дойти до какой-то норы, блиндажа, засесть и ждать максимально долго подкрепление, чтобы можно было двигаться дальше".
Они очень любят играть в игру "флаговтыки", куда-то загонять двух-трех бойцов, вывешивать флаг, делать фото, и говорить: "Эге-гей! Мы взяли населенный пункт!"
Иногда российским военным по одному удается пробраться очень далеко. Это одно из объяснений, почему российское руководство часто заявляет о захвате того, или иного населенного пункта, когда на самом деле основные подразделения, да и сама линия фронта, могут быть от него в десятке километров.
"Они очень любят играть в эту игру во "флаговтыки", куда-то загонять двух-трех бойцов, вывешивать флаг, делать фото и видео, и говорить: "Эге-гей! Мы взяли тот или иной населенный пункт!" Но по факту, буквально через полчаса наш наблюдательный дрон снял, как этих оккупантов ликвидировали, зашли наши ребята на это место и повесили украинский флаг. Они это, естественно, не показывают", – рассказывает Константин Мельников.
На трассе по пути к Дружковке съемочной группе попадается небольшой дачный поселок. Здесь до сих пор живут Галина и Александр.
– Выезжать не думаете?
– Нет.
– Не страшно?
– Так у нас там горел дом. Куда выезжать? Сгорело полдома у нас.
"Там" – это в Краматорске. Потеряв жилье, которое за время полномасштабной войны четыре раза попадало под удары, Галина и Александр переехали на дачу. Еще ближе к боевым действиям.
"Вот к чему приводит несвоевременная эвакуация. К сожалению, – говорит пресс-офицер 24 бригады ВСУ. – Сейчас в городе уже такая ситуация, что никакие службы уже не могут заехать или эвакуировать тела погибших людей".
За три с половиной часа пешком, постоянно прячась, съемочная группа Настоящего Времени смогла преодолеть всего около пяти-шести километров пути в одну сторону. Увидеть Дружковку удалось лишь издалека и то через растянутую над дорогой сетку. Учитывая приближение сумерек, в которые становится еще опаснее, было принято решение возвращаться обратно в Краматорск.