Ссылки

Новость часа

"Это удовольствие – создавать новые миры": интервью с кинокомпозитором Антоном Байбаковым


Антон Байбаков –​ один из самых востребованных современных украинских композиторов. Он пишет музыку для игрового и документального кино, театра и мультфильмов.

Родился в 1983 г. в Киеве. В 2005 году окончил факультет кино и телевидения по специальности "звукорежиссура" в Киевском национальном университете им. Карпенко-Карого. Работал с украинскими режиссерами Романом Бондарчуком, Юрием Речинским, Владимиром Тихим, Мариной Степанской, Анатолием Лавренишиным, Марысей Никитюк, Дмитрием Сухолитким-Собчуком, Тимуром Ященко.

Байбаков также создал музыку к немым фильмам "Небывалый поход" (1931) Михаила Кауфмана, "Одиннадцатый" (1928) Дзиги Вертова, цикл произведений к картинам французских авангардистов Фернана Леже, Рене Клера, а также Аньес Варда и братьев Люмьер.

Мы поговорили с Антоном о том, как он начал сочинять музыку, чем его привлекает немое кино и что общего между борщом и медитацией.

– С чего для вас началась музыка?

Мне 5 лет. Лето. Мы с папой ремонтируем старый велосипед, сидя на балконе на шестом этаже. Внизу проезжают машины, и я по звуку угадываю названия марок авто. Папу это очень удивляет.

– И какие практические последствия это имело?

– Он отвел меня в музыкальную школу. Меня сразу взяли. Учительница по сольфеджио, которую я очень любил, сказала моей маме, что вот композитор, я об этом недавно узнал. Музыкальную школу, впрочем, я бросил. У меня рано начал ломаться голос, и меня выгнали из хора. А хор я очень любил и люблю до сих пор.

Потом у нас дома появился CD-проигрыватель. По дороге в школу я долго смотрел диски на раскладках у кинотеатра "Орбита" и возле Дворца спорта, недалеко от синагоги. Денег было мало, поэтому я научился диски воровать. У меня собралась интересная коллекция. И как-то мне попался диск с первыми секвенсорами и программными семплерами. Я быстро усвоил их и стал творить и записывать. Уговорил маму продать наше пианино Petroff и купить мне синтезатор. Это была "самограйка" YAMAHA PSR 510. Ужасный по звуку инструмент. Но я был счастлив, что теперь могу подключить его к своему 486-му PC. Для меня это стало прорывом. Теперь все можно было записывать и редактировать. Спасибо, мама!

– Путь у вас выдался все же долгий. Сначала – звукорежиссура…

Мой друг Макс Демиденко, с которым мы иногда игрывали вместе на каких-то архаичных фестивалях бардовской песни, собрался поступать в институт имени Карпенко-Карого на звукорежиссуру и взял меня с собой. Я вообще плохо учился в школе, точнее, очень редко туда ходил. И не очень верил, что смогу куда-то попасть. А тут вдруг раз – и поступил. На творческом отборе я играл свою музыку. Меня спросили, почему я не вступаю в консерваторию. Я ответил, что хочу записывать музыку в кино. Мне попытались объяснить, что я не совсем по адресу, но тем не менее взяли.

– Так вы в итоге по адресу попали или нет?

– Впервые в жизни у меня было впечатление, что я попал к своим! Но к третьему курсу это ощущение почти развеялось. А на четвертом мой друг попал бум-оператором в фильм Романа Балаяна. И так я проник в кинотусовку, познакомился с Жорой Стремовским и Александром Ренковым, динозаврами звукорежиссуры в кино. С ними мы проработали около пяти лет, делали телемувики и сериалы. Я был звукорежиссером на постпродакшене. Мы сотрудничали с Анатолием Матешко, Вячеславом Криштофовичем, Андреем Дончиком, Галиной Шигаевой.

– Что стало в итоге вашей первой самостоятельной композиторской работой?

Как-то я познакомился с Сашей Итигиловым (украинский актер и режиссер рекламы – НВ). Саша работал над новогодней комедией. К нему приехал его друг-композитор, и мы все вместе монтировали его музыку. Не помню почему, но я решил показать Саше и свои композиции, и он предложил мне написать музыку для рекламы. Я написал. Саша заплатил очень щедро, и я решил, что со звукорежиссурой пора завязывать. Правда, поначалу просидел дома без работы около полугода. Меня очень поддержали мои друзья и близкие. Но потом как-то все наладилось, и работа в кино сама начала находить меня.

– Какие кинокомпозиторы на вас повлияли?

–​ ​Каждый период моей жизни с кем-то из них связан. Детство –​ ​с музыкой из "Терминатора-2". Потом –​ ​Гия Канчели –​ ​"Кин-дза-дза!", Арво Пярт, Густаво Сантаолалья (аргентинский музыкант, композитор и продюсер, двукратный лауреат "Оскара" –​ ​НВ), Эрик Серра, Альфред Шнитке... Их гораздо больше. Влияние можно почувствовать, когда что-то напишешь, а потом понимаешь, что это похоже, например, на Клинта Мэнселла (британский композитор, автор саунд-треков к фильмам Даррена Аронофски и Данкана Джонса –​ ​НВ).

– Как вы обычно работаете над фильмом?

–​ ​Каждый раз, когда я начинаю что-то делать, это словно впервые. Думаешь, за что хвататься? О чем говорить? Где вообще здесь может быть музыка? А она нужна? Зачем музыка?

– В чем отличие работы над документалистикой, анимацией и игровым кино? Или принципиальной разницы нет?

–​ ​Я обожаю мультики. Их особенность в том, что мир создается с чистого листа –​ ​и режиссером, и тобой. Это удовольствие –​ ​создавать новые миры.

– Вы также создаете саунд-треки для немого кино. Здесь есть какая-то специфика?

– В современном кино есть три основных звуковых компонента: реплики, шумы, музыка. В немом кино – только музыка.

– Вы применяете элементы импровизации?

– Мне всегда интересно дать исполнителю место для импровизации. Это делает произведение не только моим. В этом удовольствие. Исполнитель привносит свою индивидуальность.

– Насколько в Украине вообще востребована работа кинокомпозитора?

– Не знаю, как у других, но у меня почти всегда есть работа.

– Каким был ваш самый смелый музыкальный эксперимент?

– Я написал бессловесную оперу. Пока что не получилось ее поставить. Я считаю, слова музыке не всегда нужны.

– Вы не думали записать отдельный альбом с какой-либо поп- или рок-звездой?

– Я обожаю Катю Чили, Dakh Daughters, Антона Слепакова (лидер группы "Вагоновожатые" –​ ​НВ), очень нравится Алина Паш. Со всеми все хочу. Хочу и со своей женой Софией – она певица, драматическое сопрано –​ сделать полноценный большой альбом, но где взять время?

– Есть ли у вас особенно любимые инструменты?

– Труба, рояль, голос.

– Что значит для вас успех?

– Когда я сам себе не мешаю делать то, что хочу, не чувствую уныние и разочарование.

– Над чем вы работаете сейчас?

Над анимированными сказками Анатолия и Насти Лавренишиных, над документальным фильмом Юрия Речинского о французском фотографе, снимавшем у нас на войне, и над дебютным фильмом Соломии Томащук "Между нами".

– Интересно, какую музыку кинокомпозитор слушает на досуге?

–​ Ту, которая не раздражает моего сына, а его вкус непредсказуем. Mulatu Astatke очень нравится.

– Есть ли у вас увлечения, не связанные с искусством?

–​ ​ Серфинг. Только я не катался никогда. Люблю готовить. Когда хочется помедитировать, готовлю борщ.

Карты распространения и смертности от коронавируса в мире
XS
SM
MD
LG