Сергей — украинский солдат батальона беспилотных систем "Сапсан" 14-й бригады ВСУ. До войны он был предпринимателем — продавал различную технику. А после мобилизации начал работать в небольшой военремонтной мастерской недалеко от линии фронта. Таких мастерских на три-пять десять человек с украинской стороны много по всей линии боев. В них быстро чинят и модернизируют дроны, которые почти сразу же идут обратно на передовую, а также производят абсолютно новые изделия по спецзаказам военных.
"Я из семьи военного, он полковник артиллерии. Мама — старший сержант, сейчас служит, младший брат — в 110-й мехбригаде, недавно получил капитана", — рассказывает Сергей, добавляя при этом, что сам он солдатом быть никогда не хотел.
О своей работе он рассказывает так:
"Приходит задача: нужен, образно говоря, дрон на ночной камере. У нас таких нет, но есть дроны на дневных камерах, и у нас есть свои запасы отдельных камер. Ребята перекинули, поменяли камеры, — объясняет Сергей. — Или стоит задача частоту поменять – тогда целый узел меняется. Бывают такие моменты, что дроны полностью перебирают. Они к нам приходят, и они не то, чтобы некачественные, просто у них менее мощные какие-то узловые запчасти – они идут под замену. Или прошивка военная полностью перепрошивается под наши задачи".
"Вот тут раз, два, три – подпайка. Тут видеопередатчик, тут управление, тут само видео, – показывает коллега Сергея один из дронов, который уже готов к работе. – Или вот наматывается, откусывается и снимается. Потом лудится, и выходят элементы к антеннам. Ну и кабели частично мы сами паяем".
Еще один репортаж Настоящего Времени про военно-полевые мастерские ВСУ:
Ваш браузер не поддерживает HTML5
Репортаж с позиций ВСУ, где чинят свои, разбирают на детали российские и в полевых условиях изготавливают боеприпасы для беспилотников
Мастера говорят, что им в какой-то степени повезло: они работают в теплой, хорошо освещенной комнатке в относительной безопасности и имеют дело не с летящими пулями, а с антеннами, платами и аккумуляторами.
Дмитрий, еще один работник этой мастерской, до войны был электриком, и после мобилизации просто добавил к паяльнику бронежилет.
"Я бы не сказал, что тут есть что-то сложное, для меня самое сложное — бронежилет тягать, бегать с автоматом и бронежилетом, в каске, особенно летом или уже зимой, когда очень холодно, — смеется он. — Вот это самое тяжелое. А наша работа — она больше сидячая, она проще".
Андрей — командир батальона "Сапсан" и идейный вдохновитель этой и подобных мастерских. Он рассказывает, что военную карьеру начинал с обычного пилота дрона, и, благодаря этому опыту, теперь прекрасно понимает, куда надо двигать военную инженерию. По его словам, усовершенствовать дроны через госмашину — долго: надо проходить через закупки, госзаказы. Улучшать технику прямо на месте, по его словам, — гораздо быстрее, и это позволяет обеспечить военных именно такими модификациями, которые им необходимы в данный момент.
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: "В ближайшие годы украинские операторы начнут обучать дроновой войне военных США". Редактор Defense One – о войнах будущего и AI на поле бояАндрей подчеркивает: пилоты дронов — это лишь вершина успешной военной машины, и чтобы она таковой была, у нее должны быть еще и несколько низовых уровней:
"Когда ты выполняешь свою задачу так, как ее поставило тебе командование, все хвалят пилота дрона. Но это не так! Большой организм направлен на то, чтобы пилот выполнил свою задачу. И мастерская огромную роль в нем играет, — объясняет он. — Ведь перед тем, как дрон начал работать, ребята сделали для него выносную антенну, разработали для него ретранслятор. Разработали инструменты для минирования и противодействия в воздухе. Это все разработки мастерской!"
Десятки таких мастерских или даже небольших заводов с украинской стороны сейчас развиваются вдоль всей линии фронта, и они уже показали свою эффективность. Многие военные эксперты и аналитики говорят, что такие ремонтные мастерские — сильная сторона украинской армии, потому что мастера могут подготовить любой механизм под нужды конкретного подразделения и конкретного направления и быстрее реагировать на изменения на поле боя.
Андрей констатирует: два года назад он не думал, что инженерия на фронте будет столь продвинутой. И констатирует: с каждым годом сектор, в котором он работает, будет только расти. Сейчас для него и его сослуживцев главная задача – минимизировать человеческие потери.
"Я думаю, что мы дойдем до того уровня, что пилоты будут сидеть в безопасных местах и будут просто крошить врага где-то далеко в тылу, — предсказывает он. — Я думаю, мы к этому придем, и это будет уже в 2026-м году, в ближайшее время. Уже задумки есть, и довольно неплохие. Люди могут сидеть далеко от фронта, в районе 100 километров от фронта, и будут выполнять боевую задачу".
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ: Роботы под Волчанском. Репортаж Настоящего Времени о работе операторов беспилотных наземных машинУже к вечеру дроны из этой мастерских передадут на тестирование в небоевых условиях.
"Если это дрон-камикадзе и он должен нести килограмм взрывчатого вещества, мы вешаем на него два килограмма, чтобы проверять его возможности, — объясняют принципы таких тестов разработчики. — Пилот не должен думать обо всех этих обстоятельствах. У него есть команда на взлет, и пусть он переживает только, чтобы попасть".
Через несколько дней тестов собранные и готовые к боям дроны уедут на фронт. Те, кто будут использовать их на передовой запишут видео: их посмотрят в мастерских и снова будут думать, над тем, что что еще можно улучшить. А затем ремонтники снова сядут за рабочие столы и возьмут в руки паяльники: работы у них много.