Псковский областной суд второго июня приговорил гражданина Бельгии и России 48-летнего Михаила Лощинина к 16 годам колонии. Его приговор стало одним из множества сфабрикрованных уголовных дел о государственной измене, возбужденных в России с начала войны с Украиной. В общей сложности, по подсчетам юристов Первого отдела на декабрь 2025 года, с начала войны фигурантами уголовных дел по статьям о госизмене, шпионаже и конфиденциальном сотрудничестве с иностранным государством стали 1431 человек.
Север. Реалии уже рассказывали о том, что 25 лет он жил в Европе, последние годы – в Германии и Люксембурге, где работал администратором цифровых баз данных. На родине бывал редко, предыдущий раз приезжал в 2020 году, и тогда все прошло хорошо.
Первого июля 2025 года на мотоцикле с немецкими номерами он пересек латвийскую границу и остановился на погранпереходе – в пункте пропуска Убылинка (Пыталовский район Псковской области). В России он собирался навестить отца, который плохо чувствовал себя после инфаркта. На границе он предъявил российский паспорт – думал, с ним путешествовать будет проще, не придется делать визу.
Пограничники попросили у него телефон на проверку. В нем они обнаружили переписку с бывшей девушкой Михаила, которая живет в Украине. Она просила у него денег, тот ей их отправил – это и легло в основу обвинения. Девушка на аватарке была сфотографирована в камуфляжной форме. Хотя общение их закончилось еще осенью 2022-го, это не помешало предъявить Михаилу обвинение в "финансировании представителей иностранного государства, признанного противником Российской Федерации". Речь шла о сумме в 18 тысяч рублей.
Михаил Лощинин на мотоцикле
Около месяца Михаила продержали в гостинице "Дубрава" в приграничном городке Пыталово, под охраной, документы и ключи от мотоцикла у него забрали. Оттуда сотрудник ФСБ разрешил ему позвонить родным. Позже Михаил рассказал, что все это время его уверяли, что вот-вот отпустят, но вместо этого увезли в Старый Оскол. Там Михаил оказался в учреждении, где содержались украинские военнопленные. Ему пришлось пройти через многие испытания, унижения и пытки – его раздевали и избивали, заставляли подписывать бумаги со сфальсифицированными показаниями.
Михаил Лощинин
Издание "Берег" опубликовало фрагменты писем Михаила, где он признается, что самым тяжелым для него было видеть страдания украинцев, содержавшихся вместе с ним в СИЗО в Старом Осколе.
Людей пытают током, избивают, годами держат… без суда и следствия, используют сфальсифицированные данные для "доказательства" вины
"Я встретил людей, которые страдали намного больше… Людей пытают током, избивают, годами держат… без суда и следствия, используют сфальсифицированные данные для "доказательства" вины. Я уверен, что если бы я не был таким доверчивым и не подписывал все, что мне давали, обещая отпустить, меня бы тоже пропустили через ток… Я увидел и прочувствовал так много лжи, террора и беззакония, услышал столько историй, из-за которых по возвращении в камеру я просто плакал. Бороться одному гораздо легче, чем видеть страдания других невиновных людей и не иметь возможности им помочь".
Оказавшись в неволе, Михаил вспоминал о той жизни, которая была у него до последней поездки в Россию: "В Бельгии, Люксембурге и Германии у меня была жизнь счастливого человека, работа мечты – айтишником – в большой компании, с замечательными коллегами и шефами. Я обожаю все, что связано с транспортом, и IT-специалист в области администрирования баз данных (DBA – Database Administrator) – это профессионал, который отвечает за управление, безопасность, производительность и бесперебойную работу баз данных в организации было хобби моей юности, которое переросло в профессию".
За годы жизни в Европе Лощинин успел попробовать себя во множестве занятий. Он ставил свет в русскоязычных театрах, работал с фотографией и видео, занимался 3D-анимацией, звуком и спецэффектами, строил радиоуправляемые модели самолетов и вертолетов, играл на гитаре и клавишных. Его друзья говорят о нем как о человеке необычайно разностороннем и с особой любовью к русской культуре и музыке. После его ареста в Люксембурге, где он жил и работал в последние годы, возникла большая группа поддержки. Сегодня от прежней жизни его отделяют стены одиночной камеры, где он проговаривает про себя диалоги на разных языках, учит оперные либретто и "играет" на нарисованных клавишах.
Михаил Лощинин играет на нескольких музыкальных инструментах
В Старом Осколе у него отняли очки, через какое-то время вернули, но зрение сильно упало, один глаз почти не видит, нужна операция.
"У меня забрали очки, а с моей миопией в –8,5 все, что дальше пяти сантиметров от глаз, размыто, – цитирует "Берег" одно из его писем. – Четкими в памяти остались только иглы и разряд электрошокера, которым спецназовец ткнул мне в лицо. <...> Психологические и физические истязания были на ежедневной основе. Это мир, где ты больше не человек. Где, находясь в камере, с закрытой дверью и тишиной в коридоре, ты счастлив. Где ад приходит с каждым открытием двери. А открывалась дверь часто".
Для родственников приговор в 16 лет стал ударом.
Надежда теплится до конца, а потом разбивается, и ты остаешься наедине с болью
"Мы готовились заранее, но надежда теплится до конца, а потом разбивается, и ты остаешься наедине с болью, – говорит родственница Михаила Лощинина Имя по ее просьбе изменено. – Хорошо, что такая невероятная поддержка была оказана Михаилу в зале суда. Столько людей пришли его поддержать! И российские журналисты, и даже европейские успели доехать, хотя мы сообщили им всего за несколько часов до заседания. И бельгийский консул присутствовала. Я думаю, если бы зал был пуст, Миша не смог бы так мужественно выстоять эти восемь минут, которые потребовалось, чтобы рассказать, за что человека сажают на 16 лет".
Михаил Лощинин с матерью
По ее словам, он каждый день переписывается по системе "Зона Телеком" с родными, и хотя все цензурируется, они имеют представление о его здоровье и душевном состоянии. По словам Маргариты, у него стремительно прогрессирует заболевание глаз, миопия.
"В камере темно, солнечные лучи туда не попадают. И во дворике, куда их выводят гулять, солнца тоже практически не бывает. Зрение ухудшилось из-за деструкции стекловидного тела. Черные "объекты", которые у него раньше "плавали", теперь сгруппировались в большое пятно. У нас есть разрешение суда на медицинское обследование в частной клинике. Главное – успеть, пока он в СИЗО, в колонии это будет практически невозможно. Ему нужна операция, но без обследования ее не сделать".
На вынесении приговора был и отец Михаила, до которого тот так и не доехал на своем байке. Отец приехал, несмотря на прогрессирующее онкологическое заболевание – отказался от обследования, назначенного на этот день.
Михаил Лощинин (в окошке) на свидании с отцом
"Отец доехал до Пскова на автобусе, хоть это для него тяжело. Немецкий журналист, который там был, говорил, что отец держался очень бодро и заряжал всех боевым духом. У них было два свидания, одно на этапе следствия, а второе, когда он приехал как свидетель, им дали поговорить в зале суда. Миша уже не надеялся увидеть его, это был подарок – отец говорит, что его время сочтено, и представится ли другая возможность, неизвестно".
Остальные родственники Михаила живут не в России, передачи посылают через сервисы.
"Появились волонтеры, неравнодушные люди, они выручают, особенно с медикаментами. Публикации о Мише побудили писать ему и помогать, я очень благодарна всем, кто не боится связываться с нами в сегодняшней обстановке", – говорит Маргарита.
По словам одного из юристов, который занимается делом Имя мы не называем в целях безопасности, на прогулке тот познакомился с псковским политиком, лидером местного отделения партии "Яблоко" Львом Шлосбергом, сидящим в том же СИЗО.
"Михаил – человек самодостаточный, одиночная камера его не угнетает – гораздо хуже было бы сидеть с кем-то, у кого трудный характер. Могли дать 12 лет, по нижней границе – если бы он признал вину. А он сопротивлялся, защита тоже – вот и дали такой огромный срок. Сейчас готовим апелляцию". – говорит юрист.
Адвокат Первого отдела Евгений Смирнов считает, что в деле Михаила Лощинина очень важно наличие второго гражданства.
Он представляет ценность как часть обменного фонда
"Кейс стал громким, приходили сотрудники консульства Бельгии, сделали соответствующие запросы, о нем пишет международная пресса. Ему вменяется "финансирование представителей иностранного государства, признанного противником РФ" – обычно при таком обвинении назначают 12-13 лет. А 16 – это прямо показательно. То есть таким суровым приговором, 16 лет, Россия могла поднять ему "цену". То есть сделать его более ценным потенциальным участником будущих обменов. Если о нем постоянно спрашивают другие государства, если о нем много пишут, значит, он представляет ценность как часть обменного фонда. Но пока это всего лишь дает некоторое основание для надежды, радоваться можно будет только тогда, когда обменяют – хотя обмена можно ждать очень долго".
Евгений Смирнов убежден: сейчас людей сажают не за то, что они сделали, а за то, что они готовы сделать, ловят тех, кто готов кому-то помочь.
Лощинин – просто сердобольный человек, помог бывшей девушке небольшим переводом, который еще в суде не был доказан
"Кто-то хочет вывезти мать из-под обстрелов, спасти сына, кто-то ищет возможности попасть к родственникам в Украину, пишут везде, где могут, и нарываются на провокаторов. Лощинин – просто сердобольный человек, помог бывшей девушке небольшим переводом, который еще в суде не был доказан. Как и связь девушки с ВСУ, кроме ее фотографии в камуфляжной форме. Но камуфляж может любой надеть, у нас вон президент ходит в камуфляже. Пока ситуация только ухудшается и даже начинает расширяться на любое общение с иностранцами, – говорит Евгений Смирнов".