Согласно аналитической карте Deepstate, от линии фронта и до восточных окраин Краматорска осталось чуть более десяти километров. В городе осталось лишь 17% жителей от всего населения до начала полномастабной войны. Среди них – семейная пара: Инна и Максим. В интервью Настоящему Времени они рассказали, как приходится выживать в условиях приближения ВС РФ, постоянных атак и бомбежек и проблем с лекарствами.
"Они тут как голуби"
Когда-то это был тихий двор Краматорска. Шумели разве что дети во доре. Сейчас в городе тихого места уже не найдешь, а порой бывает очень громко.
Инна на телефоне показывает, что летает у нее над домом – российский ударный дрон "Гербера". Кроме того, над головой проносятся "Шахеды", "Молнии", "Италмасы" и другие модификации FPV.
"Они здесь как голуби, уже и путаешь: это голубь пролетел или эфпивишка. Здесь же их вообще миллион. Это невозможно", – говорит Инна.
Еще четыре месяца назад она работала в зоомагазине: тогда большим спросом пользовались переноски и успокоительные для животных – местные активно выезжали из города с любимцами. Тогда, как оказалось, жизнь в городе еще кипела, и на улицах было полно людей.
Сейчас дороги в Краматорске пусты из-за постоянных атак FPV-дронами. А Инна осталась без работы.
"Магазин закрывается, весь товар вывозится в Харьков. Товара практически нет, потому что нет поставок. Поставщики боятся сюда ехать", – поясняет краматорчанка.
Вдоль улицы, по которой мы идем, множество закрытых магазинов, офисов, кафе и салонов красоты. "Аренда – продам – аренда, – читает вслух Инна. – Хороший магазин был такой. Салон. Закрывается все. Люди выезжают. Люди боятся".
Работу все еще найти можно, замечает Инна, но это небезопасно: "Есть вакансии в супермаркетах. Но сами понимаете какая работа. День через день: "Эко Маркет" разбит, вчера в "Посад" прилетело. Не знаешь: придешь назад с работы или нет".
Не безопаснее и дома. Дронам уже дают свои названия: "Вон, жужа уже летит. – Жужа это что? – Жужа – это маленький FPV". Здания регулярно подвергаются обстрелам авиамбомб. "У меня где подружка с дочерью жила – все разбито, нет полностью квартиры, – показывает Инна. – Кондиционер только остался и все. Слава Богу, хоть девочка успела выехать. Очень много раненых было, и даже восьмимесячный ребеночек был ранен, потом погиб".
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:
"Реальность все дальше от российских докладов". ВСУ после слов Путина раскрыли, что освободили 200 кв. км Донецкой области у города ЛиманОт ударов российских авиабомб ранее пострадала и квартира Инны. Ударной волной выбило все окна, треснул пол: "Минус окна. Минус балкон". Поставить новые помогли благотворительные организации.
"Вот сидишь здесь, смотришь телевизор, не слышишь прилета. И тут бах, и все, и нет ничего", – вспоминает муж Инны Максим.
Раньше он работал на краматорском машиностроительном заводе. Теперь, как и жена, он без работы.
Работающий в ВСУ зять рассказывает ему, что ВС РФ наступают несмотря на потери. "Что с Краматорском будет? Думаю, что приятного мало. Ничего хорошего не будет. То что было и с Покровском, с Констахой, с Дружковкой: расклепают КАБами, сравняют с землей, – рассуждает Максим. – Русаки прут-прут, такими малыми группами. Зять говорит, лечу на дроне, луплю в них: ноги оторвало, тот орет посреди поля, а уже другой бежит, следующий. По барабану. Под чем они? Я не знаю".
Пара живет на сбережения и гуманитарную помощь. По словам Инны, цены на некоторые продукты начали повышаться: "На хлеб в два раза буквально цена выросла. А потому, что завоза нет, никто не хочет ехать".
С приближением фронта в городе все больше разрушений, прилетают российские авиабомбы, в воздухе постоянно слышно звуки разных типов ударных дронов. Начальник отдела коммуникации полиции Донецкой области полиции Павел Дяченко говорит, что авиаудары стали более мощными и частыми: "В основном, это КАБ-250, но бывают случаи и КАБ-500, и по Славянску были ситуации нанесения ударов КАБ-1500. Очень существенные разрушения. К сожалению, в результате каждого такого обстрела имеем и погибших, и раненых".
"Осколки летят со всех сторон"
Перед сном Максим и Инна смотрят телевизор. "Кабельного нет. Поэтому смотрим YouTube. Познавательное", – поясняют они.
Расслабиться полностью не получается: на случай обстрела надо быть начеку. "Стараемся, конечно, убежать в туалет. Осколки летят со всех сторон. Вот это от КАБа: он острый. Шею отрывает нефиг делать", – показывает Максим.
Ночью с разных сторон вновь слышно стрельбу, взрывы и много, много дронов.
С утра Максим набирает воду в ведра и тазики, пока есть. Инна моет посуду.
На подоконнике в клетке сидит попугай Кеша. Инна говорит, что у птицы стресс: он приседает при каждом ударе.
СМОТРИТЕ ТАКЖЕ:
"Дети – заложники ситуации". Украинские полицейские эвакуируют несовершеннолетних из прифронтовой Дружковки, куда их увезли родителиВозле парадного – печка. Максим построил ее еще в 2022 году. Тогда российские войска подходили к Краматорску на 17 километров, но были отброшены во время контрнаступления ВСУ. Максим считает, что пришло время печку перебрать. "Мы тогда не выезжали, без света сидели, без газа, без ничего. Детвора есть просила у нас. И мы выходили, растапливали эту печку и готовили на ней кушать", – вспоминает он.
Улицы Краматорска оплетены оптоволокном российских FPV-дронов. Инна показывает разбитое почтовое отделение: раньше через "Новую почту" родственники присылали продуктовые посылки. Теперь ничего не получить. Проблема появилась и с лекарствами, говорит краматорчанка.
"Некоторых лекарств уже не хватает: элементарно для желудка или от головы. Это мы еще так более-менее по возрасту, а что делать пенсионерам", – замечает Инна.
В центре города людей почти нет: "Страшно, когда оно летает каждые пять секунд".
Несмотря на новые окна, поставленные с помощью волонтеров, Инна и Максим серьезно задумались покидать город. До последнего не верили, что фронт подберется так близко.
"Зимой не будет отопления, ничего, потому что говорят, что ТЭЦ не запустится. А если мосты перебьют, то мы просто не сможем выехать", – рассуждает Максим.
На время пара планирует перебраться к родственникам в Харьков.
Начальник Краматорской городской военной администрации Александр Гончаренко в эфире национального телемарафона сообщил, что из города ежедневно эвакуируются до 300 человек. Пока же в Краматорске остаются 34 тысячи жителей, и это уже меньше четверти от населения до февраля 2022 года.