"Репараций не будет. Режим падет". Что Трамп будет делать в Иране – объясняет Фред Флейц из Центра безопасности "Америка прежде всего"

В войне в Иране наступила временная пауаа. Президент США Дональд Трамп на этой неделе отсрочил удары по иранской энергетической инфраструктуре на десять дней, до 6 апреля. Трамп заявил, что сделал это по просьбе иранского правительства и на фоне тайных переговоров с Ираном, при этом президент США утверждает, что эти переговоры идут и "проходят очень хорошо". В Иране это отрицают.

Перед этим Трамп грозил уничтожить иранские электростанции, если Иран не откроет Ормузский пролив и не перестанет атаковать суда с нефтью и газом, которые пытаются по нему пройти.

Иранские официальные лица в ответ не только заявили, что переговоры с США не идут, но и высмеяли так называемые "15 требований" США к Ирану. Военный представитель Ирана Ибрагим Зольфакари в частности заявил 25 марта: "Никто вроде нас не станет заключать с вами сделку. Ни сейчас, ни когда-либо". США в рамках этой сделки предложили Ирану прекращение огня на месяц, открытие Ормузского пролива, демонтаж ядерной программы, прекращение поддержки прокси-группировок в Ираке, Ливане, Йемере и других странах — в обмен на отмену санкций Запада в отношении Ирана.

Иранские власти в ответ потребовали от Вашингтона закрыть свои военные базы в Персидском заливе, выплатить Ирану репарации за авиаудары и гарантировать, что США больше не нападут на Иран. Также они требуют признать право Ирана на неограниченную ракетную программу, признание контроля или власти Ирана над Ормузским проливом и права взимать плату за проход судов по нему. Иранское государственное агентство Tasnim даже объявило о мобилизации 1 млн человек в случае, если США начнут наземную операцию в Иране и высадят десант — но официально власти Ирана мобилизацию не подтверждали.

Какими будут следующие шаги Трампа и его администрации в отношении Ирана? Будет ли наземная операция США в Иране? Насколько реалистичны требования Ирана о репарациях и как Вашингтон в эти дни укрепляет свои военные позиции, чтобы оказать давление на Тегеран и заставить его заключить сделку? Обо всем этом Радио Свобода поговорило с Фредом Флейцем, зампредседателя Центра американской безопасности Института политики "Америка прежде всего".

Флейц — бывший руководитель аппарата Совета национальной безопасности США. Он считает, что Соединенные Штаты, по всей видимости, сейчас используют раздробленность оставшихся в Иране элит и стремятся заручиться поддержкой тех иранских чиновников, которые готовы положить конец конфликту, возможно, через спикера парламента Ирана Мохаммеда Багера Галибафа и региональных посредников. Одновременно, по его словам, США пытаются обойти сторонников жесткой линии конфликта из Корпуса стражей исламской революции. Флейц отдельно отмечает, что публичную реакцию Ирана на сообщения о "плане США из 15 пунктов" не следует воспринимать слишком серьезно" и предупреждает, что Трамп готов обострить ситуацию ударами по энергетической инфраструктуре Ирана.

Фред Флейц в разговоре с Радио Свобода

RFE/RL: Господин Флейц, похоже, наблюдается некоторый ограниченный прогресс в направлении переговоров между США и Ираном. Вы оптимистично настроены относительно того, что эти переговоры могут к чему-либо привести?

Фред Флейц: Я с осторожным оптимизмом смотрю на ситуацию. И я должен добавить, что президент Трамп в первую очередь склонен использовать дипломатию, а не военную силу. И я думаю, он ищет способ найти ответственных иранских лидеров, которые хотели бы остановить насилие, войну и бомбардировки.

Я думаю, что мы пытаемся обойти радикалов из Корпуса стражей исламской революции, а возможно, и радикалов, действующих совместно с верховным лидером. Я не совсем уверен, управляет ли верховный лидер Ирана всей страной. Поэтому, как сообщается, мы работаем со спикером иранского парламента, чтобы выяснить, можно ли достичь мирного урегулирования, которое положит конец войне и обеспечит безопасность Ормузского пролива.

RFE/RL: Когда президент Трамп говорит, что США ведут переговоры с "правильными людьми" в Иране, кого именно он имеет в виду? Спикера парламента Мохаммеда Галибафа?

Флейц: Я слышал сообщения, что это именно он. Могут быть и другие люди.

Ваш браузер не поддерживает HTML5

Иран подтвердил гибель Али Лариджани, самого высокопоставленного представителя страны

Проблема в том, что это правительство раздроблено. В правительстве есть фанатики, например, Корпус стражей исламской революции. Они могут пытаться убивать чиновников, желающих вести с США переговоры о мире. Возможно, именно поэтому президент не решается назвать точно, с кем именно США ведут переговоры.

RFE/RL: Если до сих пор нет четкого публичного представителя Ирана, насколько Вашингтон может быть уверен, что ведет переговоры с людьми, способными реально заключить сделку?

Флейц: Я не работаю в правительстве, но думаю, что у нашего Госдепартамента есть немало источников. Мы также сотрудничаем с Турцией, Пакистаном, Египтом и другими государствами, имеющими связи с Ираном. Поэтому я не могу сказать, откуда мы это знаем, но я считаю, что правительство США действительно поддерживает связь с людьми, которые могут говорить от имени иранского правительства.

RFE/RL: Вашингтон направил Ирану предложение из 15 пунктов, включающее прекращение огня, сохранение открытым Ормузского пролива, демонтаж иранской ядерной программы, прекращение поддержки прокси-группировок и отмену санкций против Ирана. По вашему мнению этот план из 15 пунктов может привести к миру?

Флейц: В нем изложены цели, которые США хотели бы достичь для обеспечения стабильности в регионе. И он включает в себя вещи, на которые иранский режим отказался согласиться. Он отказался от добросовестных переговоров. Он хочет продолжать обогащать уран. Он не хочет отказываться от своей ракетной программы. И теперь мы знаем, что у него есть огромная ракетная программа, способная нанести удар по Западной Европе, возможно, по Парижу и Лондону. Это неприемлемые угрозы глобальной безопасности. Если будет достигнуто мирное урегулирование, эти вопросы необходимо будет решить.

RFE/RL: Какие вопросы вызывают наибольшие споры, а какие, наоборот, являются наиболее легкоразрешимыми?

Флейц: Думаю, спорный вопрос заключается в том, как быстро можно обеспечить безопасность Ормузского пролива. Я надеюсь также, что Иран быстро согласится отказаться от обогащения урана и отдаст контейнеры с гексафторидом урана, который может быть использован для производства ядерного оружия.

Я не уверен, что именно станет решающим фактором. Думаю, самая большая проблема — это заставить иранский режим согласиться на что-либо. Я думаю, мы все еще находимся в процессе достижения согласия на реальные переговоры. Думаю, мы добились определенного прогресса в решении некоторых первоначальных вопросов, но нам нужно, чтобы представитель Ирана сел за стол переговоров с США или с посредником, чтобы начать диалог.

RFE/RL: В какой степени, по вашему мнению, доверие между Ираном и США может стать проблемой, учитывая, что предыдущие переговоры двух стран были прерваны атаками со стороны США?

Флейц: Иран выдвигает обвинение в недоверии к США, потому что, по его версии, в июне прошлого года и в январе 2026 года он вел переговоры с США. И в разгар этих последних переговоров США и Израиль начали атаковать Иран (США и Израиль начали наносить удары по Ирану 28 февраля 2026 года).

Но это не совсем точно. Это иранцы отказывались вести переговоры добросовестно. Они думали, что смогут затягивать переговоры бесконечно. И, когда они попытались это сделать, начались военные действия.

И я думаю, что иранское правительство сейчас (после ударов по Ирану) обеспокоено тем, что от него осталось. И американские войска уже в пути, морские пехотинцы и десантники. Я думаю, это укрепляет позиции Америки. Но я верю, что если мы начнем вести переговоры добросовестно, и Иран тоже будет это делать, то будет достигнуто хорошее соглашение.

RFE/RL: Если США, как вы говорите, движутся в сторону дипломатии, почему они также усиливают свое военное присутствие в регионе за счет дополнительных перебросок войск?

Флейц: Я считаю, что президент Трамп хочет попробовать дипломатический подход, но он не знает, сработает ли это. И я считаю, что, отправляя в регион больше войск, он укрепляет свои позиции и оказывает большее давление на иранских чиновников, чтобы те заключили сделку.

RFE/RL: Из Ирана поступают заявления по поводу "плана США из 15 пунктов". Согласно сообщениям СМИ, Иран требует от США конкретных гарантий предотвращения повторения войны. Также сказано. что Иран рассмотрел предложение и, как сообщается, считает его "чрезмерным". Иран также заявляет, что его оборонительные операции будут продолжаться до тех пор, пока не будут выполнены его условия и требует гарантированной компенсации за нанесенный ему бомбардировками военный ущерб. Каковы ваши мысли по этому поводу?

Флейц: Я не знаю, насколько это правда. Я также слышал, как иранцы утверждали, что никаких переговоров не было, что они не контактировали с США.

Многое из того, что мы слышим, отражает раскол внутри иранского правительства и нежелание людей вести какие-либо переговоры. Посмотрим, что произойдет, когда действительно начнутся переговоры между США и иранским представителем или иранским представителем и посредником, ведущим переговоры от имени Соединенных Штатов. Я не придаю этим словам большого значения. Никаких репараций не будет. Иран несет ответственность за этот конфликт.

RFE/RL: Если переговоры с Ираном все-таки провалятся, как, по-вашему, будет развиваться ситуация дальше?

Флейц: Я считаю, что если эти переговоры провалятся и Иран продолжит угрожать судоходству в Ормузском проливе, президент Трамп может осуществить свою угрозу уничтожить энергетическую инфраструктуру Ирана. И я думаю, что иранские лидеры хотят этому помешать.

RFE/RL: В июне прошлого года, когда мы с вами разговаривали в прошлый раз, вы сказали, что вас беспокоит вопрос о том, кто может править Ираном в случае падения верховного лидера, и что это одна из причин, по которой Соединенным Штатам следует воздержаться от смены режима в данном случае. Вы по-прежнему придерживаетесь этого мнения?

Флейц: Меня беспокоит, как будет выглядеть переходный период после падения этого режима. Я думаю, что этот режим падет, но не знаю, как скоро.

Есть несколько хороших игроков, в том числе сын покойного шаха (Реза Пахлеви), который, на мой взгляд, был бы хорошим лидером, но я не знаю, насколько сильна его поддержка в стране. Однако я считаю, что наш Госдепартамент и Израиль очень тщательно продумали переходный период, создание временного правительства. Я просто не знаю подробностей этого планирования.

RFE/RL: Какова, по вашему мнению, реальная цель США в Иране на данном этапе?

Флейц: Я думаю, США достигли своих целей. Они фактически сорвали планы Ирана по созданию ядерного оружия и помешали ему создать систему противоракетной обороны, которая защитила бы разработку ядерного оружия Ираном.

И к концу года, если бы мы не уничтожили иранский потенциал по производству ракет, я думаю, дальнейшие нападения на Иран были бы невозможны. У Ирана было бы ядерное оружие. Это значительные достижения.

Мы также значительно подорвали способность Ирана распространять свою силу за рубежом, а также его внутренние организации безопасности, которые использовались для подавления и убийства иранского народа. Это большие достижения. Они будут способствовать глобальной безопасности и, будем надеяться, дадут иранскому народу шанс вернуть себе свою страну.

Радио Свобода: Если эта война закончится без смены режима, как, по-вашему, воспримут такой исход простые иранцы?

Флейц: Я не думаю, что кто-то, когда началась эта война, считал, что можно сменить режим с воздуха. Это не смена режима. Это ослабление режима. Это создание возможностей для иранского народа вернуть свою страну.

И это включает в себя довольно агрессивные атаки на ополченцев "Басидж", которые, по сути, являются иранскими нацистами и используются для убийства иранцев, выходящих на улицы с демонстрациями. Их выслеживают израильские ударные беспилотники. Это просто поразительно. Есть фотографии, где они прячутся под мостами, занимаясь другими делами, чтобы каким-то образом беспокоить иранский народ, но при этом скрываясь. Я понимаю, что они также прячутся в такси. Знаете, если будет еще одна массовая демонстрация, а я знаю, что это будет очень, очень рискованно для иранского народа, способность режима подавить ее будет значительно ослаблена.